Развод. Будьте моим бывшим, доктор - Анна Варшевская

Не хватало ещё, чтоб они сейчас сцепились!

— Конечно, радость моя, — в глазах Дани, обращённых к бывшему, отчётливое обещание неприятностей, и я замечаю, как у Игоря дёргается кадык.

Мы устраиваемся на своих местах как раз вовремя — к кафедре уже подходит первый выступающий. Я честно пытаюсь сосредоточиться на словах коллеги, но выходит с трудом. Даня, похоже, тоже не слишком-то следит за выступлением — взгляд у него слегка стеклянный. Мы не смотрим друг на друга, только держимся за руки, переплетя пальцы, и я чувствую, как бьётся у меня жилка на запястье.

Очередь Игоря наступает быстро. Бывший начинает говорить, и я чувствую, как по спине у меня ползёт струйка ледяного пота. Да. Это мои данные. Те, которые я собирала, ещё будучи врачом больницы моего свёкра. Точнее, той, где он главврач… неважно. Я вслушиваюсь в выступление, забыв обо всём на свете, стараюсь подмечать каждую деталь, и…

Всё-таки кто-то есть там, наверху.

У меня получается уловить момент, когда наши исследования расходятся.

Благодаря данным, полученным в последние два месяца, в моих выводах картина немного другая. Немного! Но в некоторых случаях эта разница принципиальна!

Даня сжимает мне пальцы, смотрит на меня, и я понимаю, что Игорь закончил своё выступление — уже назвали моё имя.

Встаю на негнущихся ногах и выхожу вперёд. Бывший, ухмыльнувшись, с превосходством окидывает меня взглядом и с издевательским полупоклоном освобождает мне место за кафедрой.

На экране появляется заставка моей презентации, и я слышу шум в зале. Тема. Тема такая же, коллеги явно в недоумении. Ну, Агния, давай.

— Понимаю ваше удивление, — говорю звонким голосом, оглядев зал. — Действительно, странно, не так ли? — поворачиваюсь к экрану, указывая на него взмахом руки, и неосознанно выхожу из-за кафедры, чтобы быть ближе к слушателям. — Да, видите ли, у меня с моим бывшим мужем одна и та же тема.

Похоже, заявления насчёт бывшего мужа никто не ожидал. Шушканье становится громче, но я не даю ему разрастись.

— Так что в некотором роде это можно назвать семейными разногласиями.

Кое-где раздаются смешки. Краем глаза замечаю перекошенное от злости лицо Игоря, перевожу взгляд на улыбающегося Даню, расправляю плечи.

— И сейчас я объясню, в чём конкретно наши мнения не сошлись!

Делаю вдох и начинаю.

— Агния Станиславна, а как насчёт вот этого оперативного вмешательства, о котором вы говорили…

— Агния Станиславна, есть ещё один вопрос, как вы объясните тот факт…

— Агния Станиславна, а что вы можете сказать по поводу…

— Агния Станиславна, а чем вы можете доказать, что эта тактика ведения пациента действительно отвечает требованиям…

К концу своего выступления, которое длится больше часа, я хрипну, отвечая на вопросы, и организаторы вынужденно просят аудиторию прерваться, обещая, что я никуда не денусь и пообщаюсь со всеми желающими.

Спускаюсь с небольшого подиума, на котором выступала — это даже не сцена, а так, просто приподнятый сантиметров на десять пол. Оглядываюсь, и передо мной тут же вырастает фигура моего ненаглядного хирурга.

— Я принёс тебе горячий чай, — говорит мужчина негромко, протягивая мне кружку-термос.

И где только умудрился достать?!

Устало улыбаюсь ему, забираю у него напиток.

— Только осторожно, не обожгись, — он практически жестом фокусника достаёт чуть ли не из рукава крошечную шоколадку, протягивает её мне и усмехается.

«Я тебя люблю», — говорю ему одними губами.

— Я тебя тоже, счастье моё, — Даня улыбается и утягивает меня вбок, за колонну. — Это было грандиозно, ягнёночек! Ты просто невероятна! Если б я не был влюблён в тебя по уши вот уже чёрт знает сколько лет, то влюбился бы сейчас, честное слово!

Отпиваю мелкими глотками чай, прислоняюсь к его плечу, мужчина ласково обнимает меня за талию. Как на самом деле мало нужно нам для настоящего счастья. Никакие миллионы не сравнятся с вот такой вот заботой — достать из-под земли чай и шоколадку, подставить плечо, когда устала, дать пиджак, когда замёрзла, взять за руку в нужный момент…

Вздыхаю, допивая последние капли, и Даня забирает у меня опустевшую кружку.

— А где?.. — спрашиваю негромко, понижая голос, чтобы не шептать и не давать нагрузку на связки.

— Игорь? — понимает меня с полуслова хирург. — Сбежал, гад такой! Даже не дождался, когда тебе вопросы начнут задавать. Ягнёночек, можно я его придушу, а? Так, слегка, знаешь… артерию передавлю малость…

— А я тебе сухари потом сушить буду? — фыркаю ему в плечо. — Нет уж!

— Эх, а мне так хотелось, — вздыхает мужчина.

— Госпожа Добрайа? — звучит сзади нас мужской голос с заметным иностранным акцентом.

Даня, тут же сориентировавшись, переходит на английский, как и я. У меня уровень языка тоже неплохой, для диссертации это было необходимо, но хирург-то и за рубеж ездил, успел поработать, поэтому у него с языковой практикой получше. Мы здороваемся, представляемся друг другу, и я сразу говорю иностранному коллеге:

— Вы можете звать меня по имени, так удобнее.

— Спасибо, — с улыбкой кивает мужчина в возрасте, назвавшийся Аланом Харрисом, тем самым представителем зарубежной кафедры одного из научно-исследовательских институтов, которым пугал меня главврач. — Надо признаться, ваши, как это называется, имена отцов в именах детей часто создают нам сложности.

— Понимаю, — тоже улыбаюсь, но тут же закашливаюсь, в горле по-прежнему першит и даже немного побаливает.

— Вижу, вы сейчас немного не форме, — сочувственно смотрит на меня врач, — и должен сказать, что ваше выступление произвело на нас впечатление! Но я нашёл вас не только за тем, чтобы поздравить.

Показываю жестами свою признательность и прошу продолжать. До чего же некомфортно без голоса…

— Может быть, мы подберём более удачный и удобный для всех момент для разговора? — Даня продолжает приобнимать меня за талию, и от Алана это не укрывается.

— Согласен и поддерживаю, однако мне сейчас хотелось бы кратко ввести вас в курс дела, а потом задать один вопрос, Агниа, — немного коверкает он моё имя.

— Конечно, — отвечаю тихо.

— Дело в том, что у нас образовался серьёзный конфликт интересов, — говорит Алан. — Видите ли, у нас был договор о сотрудничестве с вашим мужем, который сообщил нам, что все исследования вы проводите совместно. Для нас это был принципиальный момент, так как планировалось, что господин Свиридоф вместе с вами приедет на длительный срок для общей работы над исследованием, которое перекликается с вашим.

Мы с Даней переглядываемся.

— Господин Свиридоф в последнем электронном письме, которое пришло от него всего неделю назад, обещал предоставить нам на конференции новую информацию о ваших наработках, — Алан переводит взгляд с меня на Игнатьева и обратно. — Но вы