Потусторонний. Книга 4 - Юрий Александрович Погуляй

на мажоров. — Очень легко быть хорошим против всего плохого, вот только не всё так просто. Да, радость ты моя, они дети. Но эти дети уверенно маршируют по дурацкой дорожке. И если не сойдут с неё, то потом вырастут и такое здесь устроят: исландская диктатура покажется доброй сказочкой про волшебных гномиков.

— Не сравнивай исландскую диктатуру с этим! — передёрнулась Лиза. — Это другое.

Согласен. Сравнивать было чрезмерно. От того, что творилось на далёком западном острове, даже у Князей Падали рога на голове распрямлялись. Единственный раз, когда никто в мире не встал на защиту новых правителей Исландии. Даже каннибалы Новой Гвинеи обалдели от кровавого пиршества в Рейкьявике.

Но это другая история.

— Тьфу ты пропасть, Лиз! — возмутился я. — Такие люди не из космоса прилетают! Они все среди нас рождаются. И пока они юная поросль — их вот так вот и жалеют. Если не разбить им морды сейчас, то дальше будет ещё хуже, ну! Вон, один уже встанет на путь исправления, я уверен. Может и другим поможет.

К Толстому у меня претензий не было, да. Тем более, что у него сейчас и без меня проблем будет порядочно.

— Пу-пу-пум… — выдохнула Лиза. — Ладно, Илья. Хорошо. Ты разбил им морды. Ты их научил. Допустим. Это я принимаю. Но что за «месть»⁈ Это-то откуда взялось⁈ За что ты собрался мстить? За то, что в драке они потеряли рассудок? Ты же не ждал от них уровня профессиональных бойцов⁈ Ты же сам такой, как понесёт, так тушите свет!

— Неправда. Я хуже, — ничего себе как её зацепило. И ведь кое-какие зёрна сомнений внутри у меня она заронила. Идея даже одна возникла. — Но знаешь, если оставить это так, как оно сейчас, то маркиз не тот урок извлечёт из потасовки. Это так-то неправильно. Карать надо. Жестоко. Чтобы неповадно было!

Лиза закатила глаза:

— Иисус милосердный, Люшка! Ты же не учитель! Они сами как-то разберутся и без тебя. Давай мы сами по себе и они сами по себе?

— Ну не! Может, это моё призвание? — с хитрецой во взгляде поинтересовался я. — Может, я потому книжку напишу про воспитание трудных подростков? И люди будут говорить друг-другу: «Ну, а что вы хотели? У Артемьева в книге всё про то рассказано. Методика работает!». Ты ведь и сама, в своём роде, учитель.

— Откуда в тебе это, Илья? То ты ведёшь себя как обычный юноша, то в тебе проявляется что-то такое, чему нет объяснения. Будто бы у тебя за плечами гораздо больше лет, чем тебе есть на самом деле. А потом снова выкидываешь что-то такое, как с этими мальчиками.

Она отстранилась.

— Ладно, мне надо бежать. У меня же встреча с девочками. Прости, Люшка. И пожалуйста, не задирай никого, ладно? Хотя бы сегодня.

Я проводил её взглядом, а затем прошёл в сад. Одна из скамеек напротив фонтана пустовала. Я устроился на ней, прямо между двумя гипсовыми фигурами: гордого бородатого витязя в крылатом шлеме и лихого гусара, попирающего ногой пушечное ядро.

Оба мне подмигнули. Я имею в виду витязя и гусара, а не ядро, разумеется.

Разговор с Лизой из головы никак не шёл. Нет, можно от него отмахнуться, конечно. Как бы сам разберусь, но она права. Я ведь действительно нарывался. Всю дорогу нарывался. И мне доставляло удовольствие провоцировать и карать всех ответивших на мои провокации! Просто так, походу. Откуда это вообще взялось? Версия была, и она меня не радовала. Скорее всего, гормоны юного тела и пленённая душа, провисевшая в небытии несколько сотен лет, нашли друг друга. Было бы, скажу прямо, неплохо. Потому что второй вариант вызывал на спине холодные мурашки.

Несколько минут я сидел, любуясь фонтаном и искрящимися в воздухе брызгами и прикидывая, насколько серьёзным может быть такая связь. В целом, на анамнез «заболевания» ложилось хорошо. Но, всё-таки, надо было убедиться и исключить, так сказать, патологии. Я прикрыл глаза, погружаясь в транс, и тщательно исследуя собственный контур. Вроде бы всё хорошо, пятен нет. Очагов странных тоже не наблюдаю, однако Лиза же увидела во мне то, чего не замечал старый добрый Илья.

Но на сердце чуть отлегло. Больше всего я опасался того, что организм начал отторжение перенесённой в него энергетической сущности. Да, сигнатуры у меня до и у меня после — идентичные, да, носитель тот же, то есть — я, но всё же был небольшой риск того, что совмещение моего сознания из будущего и сознания из настоящего не пройдёт гладко. Что молодой мозг начнёт отторгать чуждую информацию. Отторгать часть меня, прошедшую через века и вернувшуюся. Освобождать память, пока я не забуду всё, что знал до переноса.

Однако, слава всему хорошему, теория не подтвердилась. Я почти полчаса тщательно сканировал контур в районе головы, изучая всевозможные наведения и трансформации. Всё чётко. Полная гармония и симбиоз.

Значит, всё-таки, гормоны и душа. Вот ведь как оно бывает! Думаешь, что ты тварь дрожащая, а на самом деле просто чего-то в организме не хватает. Или, наоборот, слишком много. Гормоны это вам не шутки юмора. Они не только на жажду размножаться влияют. Мда… Заглушить их? Ну, нет, спасибо. Вдруг ещё чего заглушу? Спасибо, серого мира накушался. Жизни нужно радоваться. В жизни нужно гореть и сверкать. В разумных, конечно, пределах.

В принципе, биохимия это хорошо. Если её понимать, то можно многого добиться. Сталкивался я как-то с демоном, который очень сильно увлекался подобными экспериментами. Работал он круто, обладал огромным войском его обожающим (и дело было не в харизме, а в химии). Но в итоге создал экстракт, от запаха которого сам и сбрендил. А так как силой он не был обделён, то несколько недель в своём безумном состоянии сначала жрал собственных слуг, а потом создавал большие проблемы соседям, пока те не собрались вместе и не прикончили бедолагу.

Ведь один раз понюхал, а организм сломал. Кто там говорил: один раз не этот самый? Этот самый, поверьте. Не стоит недооценивать собственные химические процессы.

Ладно, раз уже забрался