Лекарство от любви – любовь - Ольга Егорова

Но она на какую-то дою секунды опередила ветер. Она закричала – и, проснувшись от собственного крика, открыла глаза…

«Сон. Успокойся, это был просто сон…» – тихо прошептала Кристина и тут же вскрикнула снова, заметив совсем рядом два хищных блестящих глаза. «Надо проснуться… Проснуться окончательно…» – приказала она себе. Обстановка казалась незнакомой. Если это продолжение сна, то оно какое-то странное…

Кот ткнулся холодным носом в ее щеку. «Степан», – пронеслось в голове. Она откуда-то знала имя этого хищного зверя… Недовольно что-то пробурчав себе под нос, сонный хищник спрыгнул с дивана и растянулся на полу во всю длину.

Только теперь она окончательно пришла в себя и поняла, что заснула на диване у Германа в обнимку с котом. Она даже вспомнила этот удивительный момент, когда ей вдруг стало так спокойно, когда веки налились свинцом, а кот показался живой теплой подушкой…

«Да, кошки, кажется, и правда обладают лечебным эффектом, – подумала с улыбкой Кристина, вспоминая слова Германа. – А я-то… Я-то хороша… Мало того что приперлась среди ночи, так еще заняла, похожа, единственное спальное место в доме… Вот ведь нахалка…»

Но все это было не важно. Важным было что-то другое. Спустя еще несколько секунд она вдруг поняла: Варька. Мертвая девушка, погребенная под мертвым песком…

Если бы так часто не оказывались сны Кристины пророческими, она бы, наверное, не придала этому никакого значения, не обратила внимания. Но сны, которые видела Кристина, сбывались с завидным постоянством, и она уже перестала переживать по этому поводу, смирилась со своим странным провидческим даром. И теперь, зная, что сны, которые она видит, почти всегда сбываются, Кристина замерла от ужаса.

Да нет же, с ней не могло ничего случиться. Из офиса она поехала домой, до дома – рукой подать, три остановки на троллейбусе. На улице было еще светло, никаких бриллиантов на Варьке не было, даже золота не было, и мобильник обыкновенный, затрапезная дешевая «лыжа» позапрошлого года выпуска, кто на такую польстится?

«Успокойся», – приказала себе Кристина. Ведь бывало и такое, что ее сны ничего не значили. Абсолютно ничего не значили. Когда сны оставались всего лишь снами, не выходили за пределы собственного мира, не вмешивались в жизнь Кристины или того человека, которого она видела во сне.

Тем более, учитывая события прошедшего дня, учитывая ее состояние, граничащее с нервным срывом из-за обрушившегося шквала воспоминаний, не стоит воспринимать этот сон так серьезно. Не стоит.

А если все-таки…

И это «если все-таки» не давало ей покоя. И даже кот, которого она подобрала с пола и снова положила рядом, даже тепло этого кота и сладкое его мурлыканье на этот раз Кристину не успокоило.

Поднявшись с дивана, она потянулась к сумочке за телефоном.

Отыскав его, Кристина удивилась тому, что телефон выключен. Кажется, она его не выключала. Может быть, села батарейка? «Ну точно». Кристина усмехнулась, вспомнив тревожный гудок, который периодически проникал в ее сон из внешнего мира. Конечно же, это телефон. Прежде чем окончательно вырубиться, он добросовестно несколько раз предупредил ее о том, что батарея садится.

Стало немного легче. Но только немного. Она тут же напомнила себе о том, что тревожный гудок появился в ее сне уже потом, когда все самое страшное случилось. А значит, сигнал разрядившейся батареи и события сна напрямую никак не связаны.

Еще минуту она раздумывала о том, стоит или не стоит звонить. Цифры на табло электронных часов – 03.22, – говорили о том, что, если с Варькой все в порядке, она сейчас спит. И мама ее спит. И сын… кажется, Никита его звали… он тоже спит. И телефонный звонок, прозвучавший в тишине квартиры среди ночи, будет совсем некстати. Совсем некстати.

Но все-таки, не в силах отделаться от дурных предчувствий, она поднялась с дивана, осторожно освободившись из объятий кота, и подошла к телефону, расположенному в манящей близости, на тумбочке между креслами.

Номер телефона она знала на память. Удивительно, ведь столько лет прошло с тех пор, когда она набирала его в последний раз. Память шепнула: «десять», Кристина отмахнулась от этой злосчастной цифры, символизирующей первый юбилей несостоявшейся жизни.

Она набрала знакомые шесть цифр в тональном режиме и почти сразу услышала голос.

Только это был не Варькин голос – встревоженный («Что случилось»?) или возмущенный («Какого черта?! Половина четвертого утра?!»), – а равнодушный и почти неживой голос девушки-оператора, записанный на пленку.

«На линии производятся профилактические работы. На линии производятся профилактические работы. На линии…»

Кристина, чертыхнувшись, сбросила вызов и снова набрала все те же шесть цифр в надежде, что первый раз просто ошиблась номером. И снова услышала: «На линии…»

Воздав хвалу техническому прогрессу, она напрягла память и вспомнила мобильный номер. Память на цифры у Кристины всегда была отменной, она не раз ее выручала, выручила и теперь. Набирая номер, она боялась снова услышать чужой голос, сообщающий равнодушно: «Вне зоны действия сети…» или что-нибудь в этом роде. Но на этот раз ей повезло – вслед за потрескиванием эфира в трубке все же потянулись гудки. И уже третий по счету оборвался, сменившись встревоженным:

– Алло?

Кристина вздохнула почти облегченно: по крайней мере Варька жива.

– Ты жива, – озвучила она, не отдавая себе отчета в том, насколько нелепо прозвучала эта фраза среди ночи.

– Что? Кто это?

– Да это я, Варька. Я, Кристина. Скажи, с тобой все в порядке?

– Ты с ума сошла?

– Не знаю, наверное… Ты извини, что разбудила. Значит, с тобой все в порядке?

– Да вроде бы… Господи, ты и правда сумасшедшая…

– Ну и ладно, спи тогда. Мне просто сон приснился… Знаешь, совершенно жуткий сон. А мои сны, знаешь, так часто сбываются… Вот я и не сдержалась, решила проверить… Ладно, засыпай, – шептала Кристина в трубку.

– Попробую, если получится… Ты все-таки чокнутая… Никитку чуть не разбудила… Но все равно, спасибо тебе за заботу… Спокойной ночи…

– Спокойной ночи, – эхом повторила Кристина и отключилась.

Осторожно, стараясь не шуметь, она опустила трубку на базу и так же неслышно прокралась обратно к дивану. Легла, пошарив руками в темноте – кота рядом не оказалось.

– Степан, – тихо позвала она. Кот не отозвался, видимо, окончательно разобидевшись на нее. В самом деле сумасшедшая какая-то дамочка, не дает поспать спокойно…

«Ну и ладно». Смирившись с отсутствием кота, Кристина повернулась на бок и попыталась снова заснуть.