Книга радужников - Георгий Соловьев

Лицо старшины несколько вытянулось, а в глазах показался суеверный страх:

- Ну, знаешь, ты нас, богохульник, потопишь еще ненароком через этот твой неуёмный язык!

Капитан отмахнулся от его слов, быстро опрокинул еще одну маленькую рюмку, потом встал, застегнул куртку, убрал бутылку со стола и запер в подвесной шкафчик на ключ.

- Кончай чесаться задницей о деревяшку! Пошли, надо еще раз проверить груз, да как там снаружи! Через полчаса придется идти к старому сумасброду, да потом притащить его сюда за бороду! Надоел!!

На борту промысловой шхуны "Бэзолла" всё было в порядке - напрасно беспокоился её капитан, Бурдж Папване. Теперь он стоял у правого борта, на носу, с подзорной трубой и вглядывался в пространство между силуэтом мыса и местом, где обычно в море опускался солнечный диск. Он видел буруны у гряды подводных скал, перед ними - четвертую лодку. Команда на ней суетилась, склоняясь над чем-то, что скрывал корпус самой посудины, а Югрен, стоя у руля, что-то кричал им и то и дело взмахивал свободной рукой. Наконец, один из рыбаков сел, достал со дна ружье, зарядил его сухим порохом из рожка, который всегда носил на ремне под курткой. На шхуне услыхали звук выстрела - это означало, что возвращение задерживается по чрезвычайным причинам. Терпение Папване лопнуло - он приказал быстро вновь спустить на воду одну из вернувшихся лодок и сам отправился на ней выяснить в чем дело, в то время как "Бэзолла" продолжала стоять на якоре.

Еще подплывая, Бурдж услышал окрики старого рыбака:

- Аккуратнее, аккуратнее! Подтягивай, подтягивай её поближе! Глам, полезай туда, мы придержим, а ты прими конец, да закрепи как следует! - звучал над водой чуть надтреснутый голос Югрена Маг-Могана.

- Эй, там, чего палили, Югрен? И чего так долго копаешься - тебя уже заждались! - начал Бурдж недовольным тоном.

- А… мы, ну, это, мы тут кое-что нашли, вот! Ну, я, значит и того… ну, думаю, раз морские духи нам послали что-то, так может оно и ценное, а не так что только выбросить вон! - сбивчиво попытался объяснить Маг-Моган. Бурдж знал - когда старшина так вот мямлил, то дело касалось чего-то действительно достойного внимания. Не случайно ведь пару лет назад Югрена чуть не упекли за кражу на пару лет. Он не являлся вором в полном смысле этого слова, а если и желал что-то стянуть, то весь его внешний вид - от выражения лица до пытающейся быть крадущейся походки - выдавал его с головой. Портовые власти в нескольких городах побережья знали про эту болезненную страсть Маг-Могана и смотрели на это сквозь пальцы. Во-первых, Югрен, как-никак, старейший промысловик на много морских миль кругом, а его опыт и всевозможные уловки, приносившие удачу, высоко ценились среди его сотоварищей по рыбацкому ремеслу. Во-вторых, начальство не стремилось лезть во внутренние дела рыболовов и справедливо полагало, что любая паршивая овца, заведись она в прибрежном сообществе мореходов, будет немедленно с позором изгнана, как это уже неоднократно и происходило.

- Не валяй дурака! Ну, показывай, что там у вас причалено к другому борту? Чего вы там нашли?! - настаивал капитан шхуны.

- Ды так, кэп, ничего особенного! Две посудины… мда, ничейные, угу! Видите, у них мачты обломаны - видать бурей зацепило, ну, которая на прошлой неделе случилась, странная которая… - продолжал гнуть своё старик, но было поздно - капитан и еще двое из прибывших с ним уже осматривали обе лодки.

- И что ты тут врал, старый мошенник! Вот, на корме там и тут есть ясные знаки - намалёваны два меча, а посредине - какая-то коза! Видать, это корабельный знак и так их пометил капитан судна, с которого они спущены! - сказал Бурдж, бегло осмотрев лодки с внешней стороны. - Поглядим, что там есть внутри!

- А почему это они должны быть с одного корабля? Может, эти лоханки смыло с берега, или на них вышли в море такие как мы рыбари? - недоумевая спросил боцман Иами Кривой Клюв.

- Ты вроде грамотный?! Ну, так посмотри на передние банки этих посудин - там вырезаны номера: вот эта - вторая, а та - четвертая! Значит, на корабле их было не меньше четырех! А потом - я служил на военном корабле Северного Альянса - там были похожие шлюпки! Странно, конечно, что это кораблю с Севера тут вдруг понадобилось? Где точно вы их заприметили, Югрен?

- Дык, тама вон одна была, за бурунами как раз! Не поспей мы вовремя - утонула бы, как пить дать, утонула бы! А вторая показалась, когда я по ту сторону бурунов уже глянул на мыс Морн - ее к берегу поднесло, почитай, на мелководье уже! Ну, вот так оно и было!

- Ладно, поверю тебе, даже если ты где-то и приврал! Эй, Нефар, дай-ка мне багорик!

Держа инструмент в правой руке, Бурдж склонился над шлюпкой, которую прикрепили ближе к корме рыбачьей лодки и зацепил парусину, лежавшую поверх банок и на днище большой кучей.

- Ну, что у нас тут! Глядите-ка, тут несколько небольших мешков тоже из парусины! Возьмем их, может, содержимое прольет свет на то, откуда всё это взялось!

Потеряв на время интерес к шлюпке номер четыре, рыбацкий капитан перешел к подробному досмотру шлюпки номер два - он одним решительным движением сдернул кусок ткани. Под дырявой и истрепанной парусиной на днище, между банками, лежал лицом вниз труп человека в синем потертом камзоле, весьма изодранном. В воздухе тут же распространился смрадный запах - скорее всего тело этого человека пробыло в жарком южном климате несколько дней. Закрывая лицо рукавом и стараясь не вдыхать часто, капитан приказал:

- Нефар, прикрой лицо тряпкой, да пошарь у этого малого в карманах, да побыстрее, пока мы тут все не попадали! Надо его поскорее спровадить за борт с запасными грузилами на ногах, уф!

Нефар вскоре закончил обыск.

- Ладно, теперь поглядим, нет ли чего подобного и на другой посудине! - распорядился Бурдж.

Пока команда придавала тело покойного морю, Бурдж развязал один из мешков. Он оказался проложен изнутри вощеной бумагой - в качестве защиты от сырости. Внутри находился большой конверт с сургучной печатью, с теми же изображениями, что и на кормах лодок. Папване не стал вскрывать его, решив сделать это на борту своего корабля. Тем временем рыбаки принялись сматывать парусину, лежавшую в другой лодке.

- Священная Инрия! Смотрите, ребята, еще один покойник! - воскликнул Амбел.

Однако, в этот раз никакого запаха не было, и потому сразу несколько голов склонилось над телом, находившимся между шлюпочными банками и покрытое отдельным куском материи. Ткань отдернули и тут раздались возгласы удивления:

- Женщина! Это женщина!

Произошедшему, кажется, не удивился один только капитан:

- Если она уже окоченела - в мешок её и в море! Ну, хватит вам на неё пялиться, чего застыли!