Взгляд висельника - Александр Варго

Она вскочила и, плача навзрыд, выбежала из квартиры.

Женя едва устояла. Она была напугана. И Саша видел, что ее пугает сложившаяся ситуация, а не то, что загнало ее на крышу.

– Женя, дочка, послушай меня. Эта тварь намеренно убивает детей…

– Прыгай, – приказал Док.

– Я не…

– Женя, иди ко мне, не слушай его.

Саша сделал еще один шаг вперед. Женя дернулась и снова едва не сорвалась.

– Давай! Прыгай! Неужели ты хочешь так жить? Неужели ты хочешь, чтобы над тобой смеялись всю оставшуюся жизнь? А после того, что случилось сегодня, думаешь, ты будешь нормально жить? Расскажи своему спасителю, что случилось, и он сам скажет тебе, что с этим не живут. Это смертельные симптомы.

– Заткнись, ублюдок!

Саша впервые с того момента, как ступил на крышу, заговорил с Доком.

– Ты спроси у него, как там его сынок…

– Заткнись, сука!

– Так это правда? Вы хотите спасти меня, потому что не смогли спасти своего сына?

– Женя, он намеренно хочет настроить нас друг против друга. С Сережей все хорошо. Он сейчас в больнице, но с ним все хорошо. Он скоро выздоровеет.

Слезы хлынули из глаз.

– Ты не слушай его. Он хочет убить вас всех из-за какой-то личной проблемы. Его жена выбросила…

– Заткнись! – Dr Weber вмиг оказался у плачущего Истомина. – Ни слова о моих детях!

– Что так? – Саша, непонятно для чего, провоцировал виртуального призрака.

Призрак молчал.

– Ты винишь нас в глупом поведении и отбираешь у нас детей, чтобы мы поняли свои ошибки? А ты не думал о том, что твоя психованная жена то же самое сделала с тобой?

– Я не делал глупостей…

– Да ну?! Ты приходил с работы и проводил вечер с семьей?

– Я не мог, мне нужно было закончить программу.

– Закончил? Ценою жизней собственных детей закончил?!

Ответа не последовало. Силуэт призрака замерцал, бегущие цифры несколькими рядами стали еще заметней. Компьютерный гений «завис», будто обрабатывал полученную информацию.

– Ты потерял собственных детей, чтобы спасти чужих?

«Что я несу? Эта тварь еще никого не спасла. Dr Weber, наоборот, только уничтожал». Саша готов был услышать от него о своей исключительной миссии спасать детей от подлых глупостей взрослых, но Док сказал:

– Я всего лишь хочу указать вам на ваши ошибки. Безразличие и нарциссизм в каждом из вас. Дети не чувствуют вашей любви, и поэтому им незачем оставаться здесь. – Dr Weber завибрировал и повернулся к Ефремовой.

– Прыгай!

– Нет! – крикнул Саша и сделал два уверенных шага в сторону Жени. – Не прыгай! Давай поговорим.

– Прыгай, говорю. Бабка забегает как ошпаренная.

– Да. Он прав, – неожиданно для всех произнес Истомин. – Бабка забегает. Более того, она бросит пить и не выпьет ни грамма до самой смерти. Это все хорошо. Только где ты? Где ты в этой поучительной истории? Женя, подумай. Для чего все это? Сделав шаг с крыши, ты шагнешь в никуда. В бездну. И все это в угоду программисту-неудачнику. Мертвому программисту-неудачнику. Он боролся с виртуальной угрозой, а в конечном итоге сам стал угрозой – реальной.

– Все, мне надоело, – подал голос призрак и рассыпался на миллионы цифр.

Женя и Александр молча смотрели на темное пятно, оставшееся от Дока. Вдруг пятно начало куриться черным дымом. Дым поднимался и становился все гуще и гуще. Потом собрался в небольшой сгусток и поднялся к лицу Жени. Несколько секунд повисел, а потом начал просачиваться в голову девушки. Тоненькие струйки полились в рот, ноздри, глаза и уши. Когда последняя ниточка дыма проникла в Женю, она упала на колени и схватилась за голову.

– Женя, с тобой все в порядке?

Девочка завалилась на бок, все еще держась за голову.

– Женечка, что с тобой?

Саша подбежал к ней, упал на колени и попытался привести ее в чувство.

– Посмотри на меня, девочка.

Она посмотрела на него. Злобный взгляд мог прожечь в нем дыру. Женя отдернула руку и встала.

– Убери свои руки, педрила штопаный.

Женю качнуло.

– Ты меня чем-то напоил?

– Нет. – Саша тоже встал.

Теперь несчастная девочка куда-то делась, и вернулась безжалостная девица, способная убить.

– Какого хера тогда ты здесь?

Девица нарывалась на трепку. Она готова была грубить, а может, даже наброситься на Истомина, но к самоубийству вряд ли. Саша не знал, что делать.

– Что ты вылупился, педофилья твоя рожа? Хочешь, чтобы я на тебя еще раз заяву накатала?

Истомин мотнул головой.

– Тогда вали отсюда, а то у меня от тебя депресняк уже начался.

Саша медленно пошел к спуску с крыши. Похоже, Света запустила диск, и он стер Санитара, а Ефремова стала самой собой. Покоя не давало только одно: черный дым. Люк открылся прямо перед Истоминым, и из него показалась голова Светы.

– Диск не работает. Или компьютер… Я не знаю. – Света едва не плакала. – Ничего не получилось.

Саша медленно обернулся к Жене. Она стояла на краю крыши спиной к ним. Ей оставалось сделать еще шаг, чтобы оказаться на крышах припаркованных у подъезда машин.

Истомин все понял. Dr Weber овладевал разумом детей, когда не мог убедить их в необходимости самоубийства. Это не Женя его прогоняла, это Док развлекался. Педрило штопаный… Это ж надо так. Как он сразу не догадался?

– Женя, – обратился к девушке Саша. – Я знаю, ты слышишь меня. Борись, девочка. Он слабый, а ты сильная.

Девочка продолжала стоять спиной к Истомину. Ее лицо вдруг напряглось.

– Женя, миленькая, отойди от края. – Света вылезла на крышу.

Ефремова попыталась сделать шаг назад, но внутренняя сила удерживала ее.

– Пошли на хер, сердобольные. – Голос исказился и стал похож на голос Андрея Михайловича. – У меня от вас изжога.

– Дядя Саша…

Откуда-то издалека раздался слабенький голосок, принадлежащий Жене.

– Что, Женя?

– Не бросай меня, ладно?

– Хорошо, дочка. Только ты помоги нам.

Дочка? Неплохо. У тебя сын при смерти, а ты «дочка»? Саша отогнал эти мысли так быстро, как только смог.

– Женя, не давай ему сбросить тебя.

Ответом было:

– Проваливай, педрило штопаный!

В следующий миг девушка повернулась к Александру и Светлане лицом и просто начала падать спиной назад.

Саша буквально прыгнул за ней и схватил за пояс. Под весом девочки его потащило с крыши. Он уже свисал по грудь, когда почувствовал хватку Светы. Она держала его за ноги.

– Ублюдок, отпусти девочку! – закричал Истомин.

– Пошел на хер! Ваши дети вам не нужны!

Тварь в теле девочки извивалась.

– Женя, борись.

Вены на лице девочки вздулись, а тело изогнулось от боли. Женя протянула руку Истомину.

– Зачем тебе это?! – взвизгнул призрак. Голос его слабел.

– Затем, что ни один ребенок из тех, кого ты убил, из тех, что живы и будут жить, не безразличны мне.

– Ты лжешь!

– Женя, слышишь? Ни один из вас мне не безразличен.

Тело девочки еще раз дернулось, и она наконец-то смогла схватить Истомина за плечо. За ней осталась тень. Саша дернул девочку и вместе с ней оказался на крыше. Вспомнив о тени, Александр выглянул во двор. Dr Weber повисел какое-то время в воздухе, а потом, будто вспомнив, зачем он здесь, размахивая руками, упал вниз. Не касаясь земли, черный силуэт разлетелся на миллионы крупинок, которые, в свою очередь, подхваченные утренним ветерком, разлетелись по округе. Саша отполз от края крыши и лег на спину. Звезды затухали, небо на востоке уже светлело.

– Дядя Саша, он больше не вернется?

Саша приподнялся на локтях и посмотрел на девочку.

– Думаю, нет. Он сделал достаточно.

Истомин сел, скрестив ноги.

– Он всего лишь показал нам, взрослым, что за наши глупости мы можем расплатиться детьми.

Света подсела к ним. Достала диск и протянула Саше.

– А как же это?

Истомин взял диск. Повертел его, потом замахнулся и закинул в сторону развеянного ветром Дока.

– Смерть Кощея была в другом яйце.

– Что? – не поняла Света.

– Ему было очень важно услышать, а в нашем случае и увидеть, что ребенок кому-то нужен. Мы, сами того не подозревая, «заразили его вирусом».

Телефон зазвонил, когда они спускались в квартиру к Жене. Истомин ни с кем не хотел разговаривать. Особенно в шесть утра. Он вынул трубку и, не глядя на дисплей, нажал зеленую клавишу.

– Да, – раздраженно произнес Александр.

– Александр Михайлович?

Женский голос не был ему знаком.

– Да.

Странное чувство поселилось внутри. Что-то случилось!

– Вы извините, что так рано. Но Федор Сергеевич считает, что для таких новостей нет временных рамок и ограничений.

– Вы извините, но у меня была трудная ночь, и я не знаю, кто такой ваш Федор Сергеевич.

– Федор Сергеевич – это наш реаниматолог.

Саша напрягся.

– Я хотел бы уже услышать вашу новость, – не сдержался Истомин.

– Ваш сын…

Александр едва не потерял сознание. Он схватился за перила и присел на ступеньку.

– Что случилось? – спросила Света, но Истомин никого не слушал из окружающих. Все его внимание было приковано к говорившей в трубке.