Ларс III (СИ) - Гросов Виктор

Пришлось рассказать о том какие сведения преподнес Гор по поводу Софии. Метик сокрушался сильнее всех, но это понятно. Он ближе всех был к шпионке.

Вечером на следующий день мы слушали доклад византийского соглядатая. Переодевшись в странствующую торговку, она отправилась на север города, где располагались караван-сараи и постоялые дворы, в которых останавливались путешественники, прибывающие с севера.

Общаясь с хозяевами и постояльцами, София расспрашивала о норманнах, которые могли недавно проезжать через эти места. Она узнала, что пару дней назад небольшой отряд вооруженных норманнов действительно проходил через Венецию, направляясь на юг. Их предводителем был высокий светловолосый воин по имени Улоф.

Далее, София посетила несколько торговых лавок и мастерских, расположенных вдоль дороги, по которой двигался отряд Улофа. Общаясь с ремесленниками и торговцами, она выясняла, не останавливались ли норманны у них, не делали ли какие-либо покупки или заказы. В одной из кузниц ей удалось узнать, что Улоф заказывал ремонт оружия и доспехов для своих людей. Кузнец описал его как человека немногословного, но внушающего уважение.

— Улоф прибыл сушей с севера, Ларс, — сказала София, — он возглавляет небольшой отряд норманнов и, похоже, направляется на юг. Он хорошо вооружен. Венецию он покинул накануне покушения на Омуртага.

Выслушав девушку, я нахмурился. Появление Улофа в Венеции становилось более загадочным. Могла быть с ним Милена или нет? Может быть Триумвират имитировал побег моей жены, а на самом деле она у Улофа. Или я слишком высокого мнения о Триумвирате? Если я прав, то мы можем догнать Улофа и отбить Милену. С другой стороны, нужно дождаться сообщения Ходота, чтобы у нас были развязаны руки для продолжения военной кампании. Что же делать?

— Спасибо, София, — поблагодарил я шпионку, — ты проделала хорошую работу. Надеюсь, ты не будешь против, если мы будем поручать иногда такие задания?

— Не буду, — улыбнулась девушка.

Метик на нее смотрел пронзительным взглядом. Обиделся, видать. А девушка изменилась. Ее поведение перестало быть поведением угодливой служанки. Она стала более самоуверенной и независимой. Может у Эда что-то склеится с ней?

— Я хотела извиниться, — начала девушка, поглядывая на лекаря.

— Не надо, — прервал ее я, — каждый делает свою работу. То, что ты оказалась на стороне наших союзников — это хорошо. Наш главный лазутчик сейчас выполняет важное задание. Всех толковых людей он забрал с собой, — не хочу раскрывать личность Эсы, в том числе и ее пол, — поэтому твое присутствие нам только на руку.

Она поклонилась и вышла под недовольным взглядом Эда.

— Знаешь, — задумчиво заметил Омуртаг, — меня не покидает мысль о том, что покушение было на тебя, а напали на меня.

— Ну прости, — я развел руками, усмехаясь, — глупая вышла шутка.

— Не в этом дело, — болгарин улыбнулся, — меня перепутали с тобой во дворце дожа.

— Значит, Улофу показали гардарского царя, указав на тебя, — закончил я мысль.

— Именно, — многозначительно протянул Омуртаг.

А мог быть Улоф в этот момент во дворце? Да это не важно. Важно то, что Улоф, скорее всего, был вхож в доверие к дожу. Может быть именно Улоф подговорил венецианца на саботаж со снабжением армии? Значит, византийцы не в курсе подковёрных игр Триумвирата с Венецией. Нужно будет описать ситуацию в письме к Феофилу. Пусть разгребает свои авгиево-венецианские конюшни.

Тогда у нас вытекает еще одна проблема с дожем. Нужно его контролировать. Мне не нужен скрытый агент Триумвирата за спиной, когда я двинусь на север Италии. Может сместить его с трона?

И еще одна проблема. Улоф знает, что я в Венеции с армией. А он наверняка идет в Рим. А это минимум полторы-две недели на загнанных лошадях. Значит нужно понимать, что через две недели из Рима двинуться войска в сторону Венеции. А может быть и раньше, если достаточный контингент имеется в близлежащих к нам городах.

— А если дож уже отправил гонца в Рим и сообщил о нас? — спросил Эдик.

— Наверное надо спросить не «если», а «когда»? — ответил я.

Мы мрачно переглянулись.

— Я отдам приказ, чтобы мы вышли с этого острова на материк, — встрепенулся Омуртаг.

Я кивнул и схватился за голову. Если сюда подойдет с десяток военных судов, то нас перестреляют как в тире.

Через десять минут весь лагерь был поднят по боевой тревоге.

Глава 24

Начало осени 827 г., Венеция.

Вечерело. Морской ветер трепал мои волосы. С высоты небольшого возвышения в центре острова Лидо, я взирал на алые паруса венецианских галер, окруживших нас. Дож заманил нас в ловушку на этом острове.

— Требушеты, огонь! — мой голос, усиленный ветром, разнесся над морской гладью, словно раскат грома.

Каменные ядра, выпущенные из требушетов, прочертили в воздухе смертоносные дуги и с грохотом обрушились на палубы вражеских кораблей. Треск ломающегося дерева, крики раненых, отчаянные вопли команд слились в какофонию битвы. Мои арбалетчики, притаившиеся в легионерских «черепахах», осыпали палубы градом стрел, не давая венецианцам опомниться.

Враг отвечал ответным залпом катапульт и жиденьким роем стрел, но их снаряды падали в море, не долетая до нас. Дож явно недооценил наше оружие и готовность к бою. Если бы нас застали врасплох, то ситуация была бы плачевной. К счастью, к моменту подхода венецианского флота, мы смогли восстановить боевой порядок, соорудить какой-никакой вагенбург. Из-за этого, потерь было в разы меньше. Более того, мы сумели подготовить сюрприз врагам.

Спустя час ожесточенного сражения, из-за мыса показался огромный корабль с чёрными парусами, украшенными золотым львом. Флагман дожа, хищная птица, готовая к броску.

— Вот он, старый лис, — прошептал Омуртаг, сжав рукоять меча.

Болгарин оказался в родной стихии — в горячке боя.

Флагман приблизился, и с его палубы донесся голос глашатая.

— Царь Ларс, дож Венеции предлагает тебе переговоры! Он ожидает тебя на своём корабле.

Я усмехнулся. Дож, почувствовав запах жареного, решил откупиться. Армия прекратила боевые действия в ожидании моего решения.

Мы с Омуртагом переглянулись. Метик вовсю развел кипучую деятельность в лазарете. Раненных было достаточно.

— Ну что же, — пробасил я, — поговорим.

Я переговорил с болгарином, и мы условились вручить венецианцам наш сюрприз по моему сигналу.

В окружении Аги, Умки и двух десятков легионеров я направился к берегу, где меня ожидала небольшая лодка. Возникла небольшая перепалка гардарцев с венецианцами по поводу сопровождения. Нам прислали еще несколько лодок для моей свиты. Они действительно надеялись на то, что я один приду на корабль?

Когда я, в окружении верных гардарцев, поднялся на палубу венецианского флагмана, нас встретили настороженные взгляды и плотный строй солдат дожа. Неподалеку находился небольшой столик, за которым сидел венецианский дож Джустиниано Партечипацио. Меня пригласили за стол. Легионеры встали за моей спиной. Усевшись напротив сухонького старика я с интересом разглядывал правителя Венеции.

За несколько дней я узнал немного об этом человеке. При нем началось строительство Дворца дожей и базилики Святого Марка — символов Венецианской республики в мое время. Народ поговаривал, что он активно занимался дипломатией, налаживая отношения с Франкской империей и Византией. В 9 веке Венеция ещё не была морской державой, да и как таковой не считалась. Сейчас мощь Венеции находилась в зачаточном состоянии. А вот через пару веков, ее слава будет греметь по всему средиземноморью. Или не будет.

— Ты развязал войну с могущественным Римом, — нагло проскрипел дож.

Вот даже как. С места — в карьер?

— Я не боюсь ни Рима, ни Папы, — отрезал я, — гардарцы привыкли сражаться с сильными врагами. А ты, дож, предал своего истинного повелителя, византийского императора, и переметнулся к его врагам. За это ты поплатишься когда-нибудь.