Игры третьего рода - Борис Долинго

На листе бумаги она нарисовала Арку, окружённую высоким забором. Гончаров утвердительно кивнул. Олара улыбнулась и тоже кивнула, что-то сказав одной из воительниц в отряде «амазонок».

Домашников тем временем внимательно разглядывал нескольких местных жителей, собравшихся чуть поодаль. Уже не вызывало сомнения, что в этом обществе царил матриархат: мужчины со всеми открытыми половыми признаками в виде коротких бородок и усов, стояли позади женщин и явно находились здесь на вторых ролях.

Предводительница снова начала рисовать в альбоме. Появились схематичные, но вполне узнаваемые ряды столов и сидящие за ними фигуры. На столах громоздились какие-то блюда и кувшины.

– Застолье, – сказал майор, поворачиваясь к Петру. – Нас настойчиво приглашают. Твоё мнение?

Домашников пожал плечами:

– Кто его знает, но я уже говорил: безусловно, интересно с инопланетянами, а точнее с инопланетянками, за столом посидеть… Самое любопытное, что нам предлагают!

– Не понял?… – удивился майор.

– Ну, я имею в виду – мужикам. Ты вокруг оглянись – видно же, что мужики здесь в подчинении. Беззастенчивый матриархат: женщины-воины, а мужчины, скорее всего, супы варят и пелёнки стирают. Вон, на тех посмотри, что в стороне стоят!

– И то есть, ты хочешь сказать?… – Гончаров приподнял бровь.

– Очень странно, что нас приглашают на пир!

– Кабы не мы, – Александр кивнул на поверженного монстра, – этот «кролик» тут ещё бы долго куролесил. Так что благодарность, наверное, вполне объяснима.

– Да я не против попировать, только надо быть осторожными – нет ли у них чего на уме? Ты представь себе земных воинов в каком-нибудь Древнем Риме или Персии. Вот они встречают неких амазонок со странным и мощным оружием. У них возникает чувство собственной ущербности – ну как же, бабы – и таким владеют! Не захотят ли отнять?

– Хм, возможно, ты и прав.

– Далее: пища и питьё нам чужие. Мы же не хотим отравиться или начать бегать через каждые пять минут в кусты, сам же предупреждал. А с местных овощей поносец может пробить похлеще, чем с подгнивших земных помидоров. Если вообще копыта не откинем.

– Да кто же спорит!

– Но, повторяю, посидеть было бы интересно. Как говорится, во славу науки. Безопасность надо только обеспечить: кто-то пусть обязательно остаётся для прикрытия в бэтээре.

– Хм… – Гончаров почесал затылок. – Ну, не Семён Ефимович, конечно. Хотя я деду показывал, как обращаться с КПВТ, но вряд ли он в экстремальной ситуации сможет эффективную помощь оказать. Разве что колёсами, конечно, подавить кое-что вокруг сможет. Или его там по переменке с тобой и Фёдором оставлять?

– Можно и так, – согласился Домашников. – Пулемёт и управление башней я освоил, не волнуйся!

Майор кивнул и дал понять Оларе, что они согласны участвовать в пиршестве до захода солнца – времени, когда заработает Переход.

Предводительница отослала гонца, отряд двинулся следом, и майор направил БТР теперь уже в арьергарде колонны. От выхлопов двигателей амазонки заметно кривили носы, но было ясно, что все посматривают на землян с уважением, хотя и с заметным удивлением, так как схожие внешние половые признаки двух рас не оставляли сомнений, что воины на странной железной повозке – мужчины.

Двигались медленно вдоль дороги, бежавшей через живописные рощицы. Местами открывались посадки таких же азалиеподобных растений, но виднелись и поля, засеянные типично злаковыми культурами.

Аборигенов на пути попадалось немного: только три раза вдоль дороги встретились погонщики с животными, напоминавшими осликов, запряжённых в повозки типа небольших арб, да иногда в полях трудились крестьяне, прореживавшие посевы и производившие ещё какую-то обработку земли.

Домашников отметил, что все работающие и погонщики были мужчины. Очевидно, отношения здесь строились таким образом, что всю тяжёлую и грязную работу выполняли именно представители сильного пола, но власть и военная организация оставались прерогативой женщин.

Через шесть километров (Фёдор засёк по спидометру) рощицы расступились, и отряд, сопровождаемый броневиком, выдвинулся на открытое место. На невысоком холме расположилось симпатичное строение из светлого камня, обнесённое каменной же стеной с несколькими квадратными башенками.

Через луг протекала речка, по берегам которой приткнулось десятка три домиков – нечто вроде посада у стен земного замка. Конечно, постройки за каменной стеной не походили на замок в традиционном смысле, но тем не менее это было некое достаточно большое каменное здание. Больше всего оно напоминало смесь из конструкций времён римской эпохи – красновато-коричневые черепичные двускатные крыши, светлые стены четких прямоугольных форм. Самые высокие части, по прикидке майора, возносились метров на четырнадцать-пятнадцать.

На участках возделанной земли виднелись фигурки работающих людей. Где-то пары животных, похожих на уже виденного скакуна, тащили разнообразные сельхозорудия. Завидев процессию, все останавливались и с удивлением разглядывали едущий позади отряда БТР.

Дорога, извиваясь, перебегала речку по каменному мосту, который миновали с некоторой опаской, но строение выдержало. За мостом просёлок упирался в ворота, темневшие в стене «замка».

Идущая впереди отряда амазонка крикнула, и единственная створка, сделанная из стёсанных, плотно пригнанных брёвен, стала подниматься, открывая проход – было слышно, как скрипят подъёмные механизмы. Когда ворота полностью ушли вверх, отряд разделился: большая часть ушла к посаду, с десяток остался у ворот, а десяток вступил на огороженную территорию.

– Так, – сказал майор, – если они захотят, чтобы мы туда входили, то БТР придётся оставлять здесь – не пролезет. А так делать не хотелось бы…

Действительно, высота ворот с лихвой позволяла машине проехать, но ширины не хватало. Возможно, БТР и прошёл бы в проём, но в самый притык.

Отряд вместе с носилками правительницы миновал ворота, а майор всё раздумывал, как лучше поступить. Через несколько минут в воротах показалась воительница, делавшая руками недвусмысленные знаки следовать внутрь.

– Ворота, по-моему, узки, но посмотрим, – проворчал майор и приказал Исмагилову: – Федя, потихоньку – за мной.

Сам он с автоматом спрыгнул на землю и пошёл впереди бронетранспортёра. В самом проёме стало понятно, что машина пройти может, но с каждой стороны остаётся зазор буквально в пять-шесть сантиметров. Одно неверное движение – и БТР разворотит стену.

Пока майор и присоединившийся к нему Пётр прикидывали, как аккуратнее проехать, вокруг образовались группы свободных от дел жителей, наблюдавших за манипуляциями землян. В небольшой толпе стояли одни женщины, одетые в разнообразные тоги светло-лилового, бледно-коричневого и розового цветов. Многие носили браслеты из кости и серого металла, похожего на серебро, в ушах красовались серьги. Только несколько работников-мужчин опасливо поглядывали издали – насколько уже можно было заметить, данная категория местных граждан пользовалась куда меньшими правами: все мужчины носили на шеях широкие кожаные кольца с металлическими бляшками, испещрёнными то ли узорами, то ли надписями.

– Пётр, взгляни, – сказал майор, – у мужиков здесь какие-то ошейники! Вот опустили сильный пол!

– Да, наш брат тут под каблуком.

В глазах абсолютно всех амазонок читалось несказанное удивление, что необычные с виду гости – существа мужского пола. Неизвестно, как прореагировали бы женщины на появление, скажем, пеших мужчин-воинов, но интерес к необычной восьмиколёсной повозке в придачу к уже распространившимся слухам об уничтожении жуткого зверя явно пересиливали возмущение тем, что мужчины разгуливают свободно и без хомутов на шеях.

В конце концов, майор решил не пытаться проехать через ворота и присутствовать на празднике ограниченным составом – двое должны оставаться в БТРе. Он приказал Фёдору сдать назад метров на тридцать и поставить машину к комплексу зданий замка боком, с тем, чтобы в случае чего вести огонь ещё и из бортовых бойниц. Решили, что первыми гостями станут Гончаров и Пётр, а потом по очереди, чтобы никому не было обидно, там побывают Семён Ефимович и Фёдор. Если Пётр не вернётся через два часа, Фёдор даёт предупредительный выстрел в воздух, а затем стреляет по зданиям. Если же всё равно никто из землян не показывается, то оставшиеся в БТРе действуют по обстановке, пытаясь узнать, что произошло с товарищами.

С момента их входа в этот мир прошло всего чуть более трёх часов, и солнце стояло ещё очень высоко. Гончаров дал последние наставления Исмагилову, и они с Домашниковым вошли в ворота. Из оружия мужчины взяли пистолеты и по три гранаты на всякий случай. Естественно, Пётр прихватил отлично зарекомендовавший себя в качестве «механического переводчика» альбом.