Игры третьего рода - Борис Долинго

Б. Долинго

Игры третьего рода

Автор выражает благодарность своему другу Ивану Безродному, вместе с которым начиналась разработка идеи данного цикла.

Правила игры нужно знать, но лучше устанавливать их самому.

Пролог

Однажды, когда этого никто не ждал, небо упало на землю – загудело, загрохотало и ударило по городу.

По-настоящему оценить ситуацию в первые часы не мог никто. Собственно, разглядеть начало катаклизма имели шанс лишь те, кто находился вблизи места, где небеса, казалось, врезались в земную твердь и возник Барьер. Но из таких мало кто выжил, а люди, оказавшиеся достаточно далеко, самого появления преграды не видели и вынуждены были позже принимать результат как данность.

Майор Гончаров находился на дежурстве и тоже ничего не видел: Александр готовился принимать прибывавший из очередной кавказской командировки сводный отряд областного ОМОНа. Возвращались все, без потерь, и одно это уже радовало без меры. Поезд ждали в семь утра, и майор как командир подразделения должен был провести награждение бойцов прямо на перроне, естественно, создав торжественную обстановку.

Когда всё началось, Гончаров стоял на плацу и проверял автомашины, намеченные к выезду на вокзал. Майор услышал грохот, переходящий в гудение низких тонов, от которого, казалось, заныли кости черепа. Но это продолжалось всего секунду или две, и в момент, когда звук достиг почти невыносимой величины, произошёл удар.

Почти все фонари на столбах разлетелись брызгами, а уцелевшие мигнули и погасли – свет вообще сразу везде погас. На асфальт плаца со здания казармы посыпались стёкла и штукатурка. Тяжёлый «Урал», рядом с которым в тот момент стоял майор, вздрогнул и даже сдвинулся с места, смещаясь вбок и противно скрипя новой резиной. Несмотря на то что Александр как тренированный и просто крепкий мужчина всегда уверенно держался на ногах, его швырнуло на землю, и он едва успел сгруппироваться.

Вокруг что-то падало и рушилось.

Человек, воевавший и много раз бросавшийся на землю в ожидании взрывов, Гончаров инстинктивно принял характерную позу, закрыв голову руками. Как обычно, в такие минуты проносились обрывки мыслей, среди которых согласно законам стандартной логики лидировали не отличавшиеся оригинальностью вопросы: что случилось, откуда пришла беда и с кем теперь придётся разбираться?

Неподалёку располагался огромный завод «Химмаш», и первой дежурной версией, естественно, стало предположение, что там произошёл какой-то взрыв. Причины могли быть разные – авария, теракт, что угодно, но больше в этом районе просто нечему было взрываться с такой силой.

Правда, насколько представлял майор, и на «Химмаше» нужно умудриться устроить подобный взрыв, а предшествовавшее недолгое гудение переменного тона наводило на подозрение о летящем снаряде большого калибра или бомбе. Однако вспышки, которая, согласно той же логике, должна наблюдаться намного раньше всех остальных поражающих факторов, никто не видел!

Несколько секунд Гончаров ожидал повторных ударов, а сознание уже начало отмечать странности. Во всей картине присутствовала существенная несуразность: взрывная волна пришла в то же самое мгновение, если не раньше, когда оборвался гудящий свист, однако не только вспышки, но и характерного звука взрыва не раздалось! Лишь спустя несколько секунд послышалось далёкое гулкое эхо, какой-то грохот – значит, взрыв произошёл далеко в стороне, но как тогда объяснить скорость ударной волны?!

Вдобавок майор мог поклясться, что ударная волна ещё и по самому своему воздействию очень странная. Она не походила на те, которые Гончаров несколько раз испытывал на себе в боевых условиях. Нормальная ударная волна, как учили майора, это распространение от эпицентра взрыва определённой области, где происходит резкое увеличение давления. И хотя это само по себе не является потоком воздуха, но за доли мгновений до встречи с фронтом волны ты уже предчувствуешь его приход посредством какого-то лёгкого дуновения, тут же сменяющегося хлёстким толчком.

Сейчас же Гончаров не сомневался, что его толкнуло «нечто», совсем не похожее на движущийся перепад давления воздуха. Он не мог точно описать свои ощущения, но это был не взрыв, а что-то другое: его толкнуло словно жесткой ровной плоскостью, прошедшей навылет через всё тело! Кроме того, простая ударная волна приходит с одной стороны, а сейчас давление пришло как бы с двух направлений, и упал майор уже по суммарному действию двух толчков, слившихся в один.

Их часть располагалась в некотором отдалении от жилых зданий, но со стороны улицы Маршала Черняховского, где стояла ближайшая пятиэтажка, слышались голоса и крики людей. Сумерки наполнились звуками: на автостоянках заверещали сигнализации, раздавались близкие и далёкие крики, хруст битого стекла под ногами, кое-где заработали моторы.

Всё ещё ожидая возможного повторения взрывов, Гончаров встал на ноги и огляделся. Облака на востоке уже слегка розовели, и отсутствие электрического освещения сейчас, летней ночью, не означало полного мрака. Новое здание, в которое совсем недавно перебрался ОМОН, за исключением кое-где выбитых стёкол и обвалившейся пластами штукатурки, внешне почти не пострадало.

Мимо бежал старший лейтенант Кузьмин – майор узнал всегда подтянутую фигуру.

– Товарищ майор, целы?

– Цел вроде, – ответил Гончаров и скомандовал: – Срочно собрать личный состав! Здесь, на плацу, не в здании! Всем быть с табельным оружием, по усиленному режиму! Определиться, есть ли раненые, оказать помощь!..

Александр помотал головой, как бы стряхивая с себя пыль, и только тут ощутил, что по верхней губе стекает что-то липкое и тёплое. Сей факт позволил ему отметить ещё одну особенность: после этой ударной волны не звенело в ушах, но открылось носовое кровотечение!

– Вы как? Вам помощь нужна? – спросил Кузьмин, сам шмыгавший носом и вытиравший бежавшую кровь носовым платком.

– Да цел я, цел! Давай, Гоша, людей строй, – махнул рукой Гончаров и вдруг сообразил, что свист и странная ударная волна пришла, в частности, и с той стороны, где находился его дом.

В душе майора заворочался редко появляющийся там страх – прежде всего, за близких и дорогих людей, сейчас конечно же за Надю и Алёшку, в первую очередь.

Гончаров вскочил на подножку «Урала», а оттуда, чтобы иметь более широкий обзор, встал на крышу машины и огляделся, насколько позволяла импровизированная наблюдательная площадка.

Подразделение ОМОНа располагалось на естественном возвышении местности, и город просматривался сквозь неверный свет раннего пасмурного утра на приличном расстоянии. Сердце сразу сдавило: на северо-западе, севере и северо-востоке – там, где шли кварталы городской застройки, отчётливо вставала густая стена то ли дыма, то ли пыли. Кое-где вырывались языки пламени – что-то горело, а электрическое освещение нигде не работало!

Первым делом майору захотелось кинуться за руль и гнать машину по тёмным улицам туда, где осталась семья, но, как человек военный, он не мог себе такое позволить – в любой чрезвычайной ситуации его место здесь, в своей части.

По плацу, бухая ботинками, выбегали на построение омоновцы. Гончаров машинально отметил, что кое-кто на ходу перевязывался – очевидно, порезались выбитыми стёклами, и почти все утирали носы.

«Надя, Алёшка, Алёшка, Надя…Что там, что там, что там?» – крутилось в голове Гончарова, когда он спускался с грузовика, на ходу нервно вытаскивая мобильник.

«Нет сети» – загорелась голубоватым светом надпись на дисплее, и это говорило о том, что ситуация непростая, но совершенно пока необъяснимая. Версия с террористами, скорее всего, отпадала: ну не взорвут же они полгорода сразу, если только не атомной боеголовкой, но то, что он видел, на ядерный взрыв не похоже.

Майора, как и любого нормального человека, сильнее всего раздражало непонятное. То, что случилось и как это случилось, всё то, что он только что видел, не укладывалось ни в одну из возможных знакомых моделей, а потому, даже не говоря о страхе, просто выводило из себя неизвестностью и отсутствием первичной рабочей версии.

«Дьявол, предлагали же мне квартиру здесь, поближе к части, – вдруг подумал Гончаров, – так ведь не захотел на окраину перебираться! Кто мог знать, кто мог знать? Дьявол, дьявол!..»

Несмотря на тревожность ситуации и лёгкие ранения, люди выстроились чёткой шеренгой, позволяя майору машинально отметить хорошую выправку личного состава.

Гончаров ещё раз вытер нос платком и откашлялся.

– Товарищи, ситуация чрезвычайная! – начал он с самой банальной фразы. – Самое главное, непонятно, что случилось. Потому приказываю: выставить охранение территории, подготовить все машины, включая БТР, получить боекомплекты. Несанкционированного проникновения посторонних лиц на территорию части не допускать всеми возможными методами, включая применение оружия. Пока не получим чёткие распоряжения от администрации… – Александр запнулся, не будучи уверен, что в такой ситуации распоряжения от администрации района поступят быстро, – остаёмся в расположении части. Технической службе запустить резервное питание от генератора – сержант Липустин отвечает за организацию. Я пока проведу совещание с комсоставом и постараюсь получить указания от вышестоящего начальства.