Проклятая весна - Эш Дэвидсон

забрался ему на спину. Зайдя в тускло освещенный сарай, Рич забрался на стремянку и наклонился вперед, чтобы Карпик мог заглянуть за край. В резервуар стекала тонкая струйка воды.

Рич позволил ему спрыгнуть на землю.

– Что это? – спросил Карпик, склонившись над мушкой, лежащей в грязи. Рич поднял ее, осторожно, чтобы не помять крылья, и посмотрел на полку, с которой она упала. Лучшая мушка для ловли форели из всех, что он когда-либо видел, она выглядела такой же новенькой, как в тот день, когда Астрид вручила ее в качестве подарка. Бросай ее против течения, топи, выдергивай на поверхность – ей все нипочем.

– Я тебе когда-нибудь покажу. – Рич легонько подбросил мушку на ладони. Несмотря на все воспоминания, которые она хранила, весила она всего ничего.

Юджина они нашли на кухне, сгорбившегося над тарелкой чили с краюшкой кукурузного хлеба.

– Водопровод снова работает, – объявил Рич.

– Я налью тебе тарелку, – сказала Коллин.

Юджин доел свою порцию, встал:

– Увидимся позже.

Карпик накрошил кукурузный хлеб в чили, перемешал его, размазывая ложкой в кашицу, словно пытался откопать в тарелке что-то интересное. Рич вымыл руки.

– Ну и как? – спросила Коллин, когда Юджин ушел. Рич пожал плечами:

– Может, Энид утопит его раньше, чем у океана появится шанс.

– Мы могли бы дать им денег взаймы, – предложила Коллин.

– С таким же успехом можно просто выкинуть деньги в сортир Ларка.

Она хмыкнула.

– Ты знаешь, что в этих сапогах дырка?

– Где?

Она повернула их, сунула палец в отверстие на голенище. Как это в духе Юджина – просто отдать сапоги и не сказать об этом ни слова.

– Время купаться, – сообщила Коллин Карпику. – У нас теперь есть вода, спасибо твоему папе.

– Я первый. – Рич сделал вид, что собирается встать, и Карпик мигом промчался по коридору в ванную и захлопнул за собой дверь. – Кто знает? Может, ловля крабов – не такая уж и плохая идея.

А может, ему и самому стоит попробовать, растянуть на подольше то, что осталось от их сбережений.

Коллин с грохотом поставила миску Карпика в раковину.

– Это ведь брат Лью, – постарался убедить ее Рич. – Эти парни – профессионалы. Они так просто не рискуют.

– Все мужчины рискуют.

– Мама! – позвал Карпик, и Коллин отправилась ему на помощь.

Рич доел последнюю ложку, кукурузный хлеб застрял в глотке. Он поднес стакан к крану, отпил. Под пальцами у него что-то мелькнуло, он поставил стакан на стол и пригляделся к плещущейся воде: там плавала крошечная рыбка, маленькая и серебристая, словно кто-то сложил пополам десятицентовую монету и бросил ее плавать в реку.

26 октября

Коллин

Коллин еще раз перечитала подсказку: «Удовольствие – прежде всего в предвкушении, автор». Шесть букв, последняя – «Т». Она грызла конец ручки, изо всех сил стараясь отгородиться от мыслей, не обращать внимание на позывы мочевого пузыря, сопротивляясь искушению порыться в сумочке, достать тест и содрать с него упаковку. Еще рано.

Прошло семь недель, и каждый день давал ей чуть больше надежды. Она ничего не сказала Ричу – да и как она могла сказать? Не сглазить бы. Она хотела быть уверенной.

Коллин с удвоенной силой принялась за новый кроссворд.

«Самый быстрый способ перемещения». Пять букв. Полет.

«Бокал на высокой ножке». Фужер.

«Полосатый полоскун». Енот.

«Удовольствие – прежде всего в предвкушении, автор». Ф-Л_ _Е-Р.

Она наполнила раковину, отскребла горшок. Давление на мочевой пузырь стало почти болезненным. Она отнесла тест в ванную и закрыла дверь, хотя была дома одна.

«Вы знаете, что теперь можно сделать тест дома?» – спросила медсестра, когда Коллин позвонила, чтобы записаться на прием. Десять долларов, но они стоили того, чтобы узнать все здесь, в уединении собственной ванной комнаты. Она прочитала инструкцию один раз, бездумно, и начала сначала, теперь пытаясь вникнуть в смысл каждого слова.

После того, как Коллин терпела все утро, ее телу понадобилось мгновение, чтобы расслабиться. Она вставила наполненную мочой трубку в отверстие пластиковой коробочки. Открыв шкафчик, она положила тест на полку, убедилась, что запомнила инструкцию, и бросила ее в печь.

В доме было тихо – только тикал кухонный таймер и, казалось, молчаливо пульсировал сам тест. Сердце Коллин колотилось. Она сосредоточилась на том, чтобы замедлить пульс, словно это как-то могло повлиять на результат. Если она действительно была беременна – Рич поймет, что ребенок не от него.

Ее щеки горели от одной мысли о том, чтобы рассказать ему об этом. Она наполнила чайник и поставила его на огонь, наблюдая за крошечной серебристой рыбкой, кружащейся в миске, – физическое воплощение тревоги, клокочущей в ее груди. Она обещала Карпику: «Она будет тут, когда ты вернешься домой».

Лежа в кровати прошлой ночью, она ощущала, как тянет ее к себе тест, спрятанный в сумочке.

«Что случилось?» – спросил Рич, ее беспокойство не давало ему уснуть.

«Ничего».

Она поехала до самой Аркаты и зашла в аптеку рядом с университетом. «КАЖДАЯ ЖЕНЩИНА ИМЕЕТ ПРАВО ЗНАТЬ О СВОЕЙ БЕРЕМЕННОСТИ!» – гласил плакат. Коллин взяла корзину, выстроила целую маленькую крепость из покупок: четыре коробки пластыря, шесть рулонов туалетной бумаги, но продавец и глазом и повела. Учитывая, сколько в кампусе живут хиппи, наверное, она продавала по дюжине этих тестов в день.

«Эти хиппи трахаются, словно кролики».

Коллин старалась не думать о Дэниеле, но толку было никакого. Казалось, он незримо сидит с ней здесь, за столом, и вслушивается в тиканье таймера.

«Ты уверена?» – спросил Рич. Он повернулся на бок – она знала, от этого спина у него болела только сильнее, – и погладил ладонью ее живот. Она переплела свои пальцы с его, боясь, что он почувствует биение чужой жизни, узнает это без подсказки – прямо как она уже все знала сейчас, еще до того, как успела заглушить вопящий таймер.

Она коснулась живота. «Маленькая бисеринка. Маленькое подсолнечное семечко. Маленькое рисовое зернышко».

Она слышала голос мамы словно наяву. «Может, и в твоей жизни случится чудо».

Тогда отец Коллин пропал уже неделю как. Его пикап стоял, брошенный, возле пляжа в Кресент-Сити, куда он брал Коллин на охоту за агатами. Коллин помнила, как отец возил их по ближайшим к воде улицам, мимо больших домов с ровными лужайками и беседками на крыше, словно где-то там был и их дом, надо было только его найти. Коллин была уверена, что рано или поздно он найдется – что, в конце концов, и произошло, хотя это было не то чудо, на которое она надеялась. Но потом у нее появился Карпик,