Проклятая весна - Эш Дэвидсон

посмотрел на маленький холмик из опилок, нападавших на ковер, и подавил желание смести его ногой в сторону.

– Я… – Он снова откашлялся. – Мне интересно, как планируется прокладывать дороги в рощу? – Рич сглотнул, и слюна тут же снова наполнила рот.

– В Проклятую-то? – Мерл откинулся назад, сложил руки за головой, прищурился, явно собираясь спросить: «А зачем тебе?» На рубашке под мышками виднелись пятна пота. Он принюхался, опустил руки.

– Знаете что? Забудьте. – Рич уперся ладонями в колени, собираясь встать. – Сегодня пятница.

– У меня где-то здесь есть карты. – Мерл подошел к картотечному шкафу и достал несколько картонных тубусов. – Какие-то из этих. – Он внимательно их осмотрел. – Вот, держи. Пользуйся на здоровье.

Рич снял крышку, руки под пристальным взглядом Мерла мигом стали неповоротливыми, неуклюжими. Наконец он извлек свернутую в рулон карту и расстелил ее на коленях.

– Довольно близко к участку 24-7, да? – спросил Мерл.

– Ага. – Рич поднял взгляд от карты.

– Я присматриваю за своими людьми, Рич, ты же понимаешь. – Мерл с самодовольным видом откинулся назад. – Работенка тебе предстоит адская. Будь на твоем месте кто-то другой, я бы решил, что он безумен, как мартовский заяц.

Рич сглотнул.

– Коллин еще не знает.

– И от меня она ничего не услышит.

Рич кивнул.

– Спасибо.

– Не торопись. – Мерл взял в руки фотографию катера, вздохнул, отодвинул кресло и вышел пройтись по коридору. Рич склонился над картой, запоминая зону вырубки, чтобы потом мысленно пройтись по ней еще раз. Особенно он старался запомнить те места, где дороги, как ему казалось, придется проложить по-другому, не как на бумаге. Просека шла до самого низа рощи, до подножия Хребта 24-7. У Рича защемило сердце – как только они вернутся на работу, они прорубят дороги к самому его порогу. Его лес можно будет продать.

Вернулся Мерл, тяжело опустился в кресло и бросил на стол пачку рекламных листовок, края которых шевелил легкий сквозняк.

– Ну, и каков вердикт? Митч меня обдурить пытается?

Рич отпустил края карты, позволив ей свернуться в трубочку.

– По-моему, все в порядке.

– Да? Митч был не слишком уверен, что мы сможем прорубиться до самого низа. А я сказал ему, что у одного парня есть за ручьем немного древесины, которую он может нам продать. – Мерл подмигнул. – Ну как тебе?

– Звучит неплохо. – Рич сглотнул. – Я хотел спросить, знаете, насчет лесопилки.

– Распилишь все здесь. Сделку мы предложим честную. Слушай, ты нужен нам в роще, Рич, но после этого сам решишь, что делать со своей жизнью. – Мерл пожал плечами. – Никаких обид.

– Вы знаете, когда мы сможем вернуться в рощу?

Мерл откинулся назад. Рич понял, что переборщил – начал говорить так, будто они были партнерами, а не начальником и подчиненным.

– Посмотрим, что скажет совет директоров в понедельник.

Рич знал, что Мерл возьмет с собой Дона на заседание, чтобы тот рассказал все из первых уст. Если они получат зеленый свет и вернутся в Проклятую рощу к первой неделе октября, это даст им шесть недель на то, чтобы проложить дороги и начать заготовку древесины. Потом дожди размоют землю слишком сильно, и работать нельзя будет до весны. В голове Рича замелькали цифры: если он успеет начать работу на своем участке до лета, то они смогут продержаться.

– Раньше там этого черепа не было, – сказал Рич. – Кто-то его обязательно бы заметил.

Мерл снова прищурился и кивнул. Рич попытался свернуть карту потуже, чтобы положить ее обратно в тубус, но у него ничего не получалось.

– Оставь себе. У меня есть копия.

Рич встал.

– Спасибо.

– И вот это еще возьми. – Мерл протянул листовку. – Сходи со своим мальчиком на настоящую рыбалку. – Рич улыбнулся, принимая листовку. – Он уже пошел в школу?

– Пару недель назад.

Мерл кивнул и посмотрел вдаль. У них с Арлетт детей не было.

– Слушай, – сказал он. – Как там Портер?

Нервы Дона были натянуты, как двухфунтовая леска, на крючке которой болталась двадцатифунтовая рыба. Ему приходилось управлять и своей бригадой, и той, которая осталась после Билл Хендерсона – работа, рассчитанная на двух человек, которую он выполнял за ту же зарплату, что и раньше, но Мерл это все и так знал.

– Держится, – сказал Рич.

– Хорошо. Заходи, если что.

Мерл открыл папку и углубился в чтение, словно Рича тут уже не было. Тот вышел из кабинета, натянул на голову кепку, свернул листовку и карту в тугой рулон и побежал по коридору. Стопку газет он зажал под мышкой. Марша вышла следом за ним.

– Надеюсь, я тебя не задержал, – сказал Рич.

– Да ничего, – судя по ее тону, она все-таки была недовольна.

За его спиной закрылась дверь, опустился засов. В былые времена парни подмигивали и подтрунивали над Маршей – над тем, как она запирается наедине с Мерлом, пока он не заканчивал свои дела. Теперь, конечно, их трудно было представить вместе – дородную Маршу и Мерла с зачесанными на лысину волосами.

На стоянке было пусто, оставался только пикап Рича, «Додж» Марши и золотой «Кадиллак» Мерла. Рич выжал сцепление как раз в тот момент, когда машина Юджина влетела за ворота, брызгая во все стороны гравием. Остановился он чуть ли не у крыльца. Он распахнул дверь, не потрудившись выключить двигатель, вскочил на ступеньки, подергал ручку, потом постучал. Прижался к стеклу, заглядывая внутрь.

– Марша-а!

Девочки сидели в машине, Уайет примостился в багажном отделении спиной к окну и мрачно смотрел на них. Рич остановился рядом.

– Ты в порядке, здоровяк? – окликнул его Рич. Уайет кивнул. Челюсть его застыла, будто унижение от поездки в багажном отделении накрепко заварило ему рот.

– Привет, дядя Рич! – крикнула Агнес, переползая через сиденье. Ее косой глаз смотрел куда-то в сторону. Она захлопнула дверь, которую Юджин оставил открытой, и помахала ему через стекло. Рич поднял руку в ответ. В бумажнике у него лежало сорок баксов. Коллин часто одалживала им деньги, и Энид была ее сестрой, так что Рич старался в это не лезть.

– Марша, милая, ну пожалуйста! Умоляю тебя! – Юджин колотил в дверь. – Дорогая, ну пожалуйста! Со мной девочки. И список покупок. – Он пошарил в кармане, приложил к стеклу бумажку. – Не заставляй меня унижаться на глазах у детей. – Он дернул за ручку. – Марша! – Он упал на колени. – Марша, дорогая, я на коленях стою! – В его голосе прозвучала неподдельная дрожь.

– Черт побери, Юджин, – пробормотал Рич, перевел машину на нейтральную передачу, потянулся за бумажником.

В дверях появилась Марша.

– Спасибо! – воскликнул Юджин. – Спасибо, красавица. Это в последний раз, я клянусь.

Он вскочил на