Соленый волк - Владимир Григорьевич Колычев

class="p1">— Ничего, Борщевик уже у нас, в городе станет спокойнее, — пообещал Малахов.

— И что, посадишь его? — Ева посмотрела на него если не с восхищением, то близко к тому.

— Горбин собирался убить Козоева. Я уже сказал, по какой причине. Как ты может это объяснить?

— Как я могу это объяснить?… Я не знаю, как это можно объяснить. — Ева с укором смотрела на Малахова.

А ведь она еще не знала, что это лишь первый вопрос, за которым последует второй. Артем уже собирался спросить о Земском, но тут вмешалась Лика.

— Я могу объяснить, — вздохнула она.

— Попробуй, — кивнул Артем.

— А что тут пробовать? Мне лично все ясно… Да и вам, товарищ подполковник, должно быть ясно… — усмехнулась Лика. — Или Ева Алексеевна не сводит вас с ума?

— Допустим.

Ева возмущенно вскинула брови. Слишком уж сухо Артем ответил на животрепещущий для нее вопрос.

— И Горбин был в нее безумно влюблен. Поэтому я стала ее телохранителем, а не он.

— Это действительно так, — подтвердила Ева, с осуждением глядя на Артема. — Антон меня утомлял.

— Антон просто взбесился, когда узнал, что случилось с Евой Алексеевной, — сказала Лика.

Ева удивленно и с одобрением посмотрела на нее. Возможно, Лика на ходу сочиняла историю, в которой Ева всего лишь несчастная жертва насилия.

— И сказал, что этот козел за все заплатит!

— Ты слышала, как он это сказал? — спросил Артем.

— Да мне он и сказал.

— Вы хорошо знали друг друга?

— Даже встречались… Недолго.

— А почему недолго?

— А разве можно с ним долго, если он на Еве Алексеевне был помешан?

Ева кивнула, поощрительно глядя на Лику. Определенно, ей нравилась такая версия.

— Значит, узнав о Козоеве, Горбин решил его наказать? — уточняя, спросил Артем.

— Я же говорю, он с ума сходил, когда дело касалось Евы Алексеевны.

— А зачем Горбин вчера тебе звонил?

— Ну, я не думаю, что это наказуемо, — в надежде на снисхождение вздохнула Лика.

— Что наказуемо?

— Ну, Антон хотел знать, как продвигается следствие. А я могла кое-что узнать.

Артем кивнул, глядя на Лику. А ведь это ее сочинение на заданную тему вполне вписывалось в рамки разумного. Горбин мог наказать Земского. По тем же причинам, что и Козоева. Земский бросил Еву, и влюбленный Горбин воспринял это как личное оскорбление. Сначала расправился с обидчиком своей возлюбленной, а затем отправился к жене Земского. И смог ее запугать. Но эту историю Артем хотел услышать от Евы. И без участия Лики. Возможно, у Евы не столь богатая фантазия.

— И ты узнала, — усмехнулся Артем.

А ведь он сам дал Еве наводку, сказав, что Горбина больше нет. Не хотел, а подсказал ей. А может, и хотел, чтобы Ева вышла сухой из воды. Втайне от себя хотел.

А ведь нет у него ничего, чем он мог бы прижать Еву к стенке. Горбин мертв, на заказчика преступления через него не выйти. Тем более что Козоева он так и не убил. А убийство Земского — это и вовсе безнадежный вариант. Криминалисты работали, следователи, но так и не смогли перевести его дело в разряд совершенных убийств. Суицид — и точка.

— Но мы на самом деле встречались с Антоном, — сказала Лика.

— Ну что ж, будем считать, что я тебе поверил.

— И что теперь?

— Пока свободна! — Артем указал Лике на дверь.

И Ева правильно поняла значение его взгляда.

— Можешь отдыхать… — сказала она. — Приходи завтра утром.

— Ну, хорошо.

Лика собиралась недолго, но до того, как она ушла, Ева успела «уговорить» еще один коктейль. Волновалась она, нервничала, хотя и старалась не подавать виду.

— На самом деле все очень серьезно, — сказал Артем, когда Лика ушла.

— Для кого?

— Для тебя.

— Тебе же сказали, Антон был в меня влюблен. И когда Виталик сказал, что мне снова нужен телохранитель, я отказалась от Горбина.

— Виталик сказал?

— Мой брат.

— А что он сказал, когда узнал о Козоеве?

— Козоева убили? — усмехнулась Ева.

— Нет.

— Тогда какие вопросы?

— Земского убили.

— При чем здесь Земский?

— Он был твоим любовником.

Ева ответила не сразу. И хлестко.

— Именно поэтому ты здесь! Ты такой же крутой мент, как и Леша.

— Леша?

— С тобой как на вулкане.

— Может быть, — пожал плечами Артем.

— Но Леша круче! — Ева с издевкой смотрела ему прямо в глаза.

Артем и не хотел соревноваться со своим предшественником в мужском обаянии. Даже готов был уступить Земскому пальму первенства в этом вопросе. Но Ева нарочно хотела уколоть его, поэтому ему пришлось поднатужиться, чтобы сохранить невозмутимость.

— Тебе виднее.

— Он оригинал, ты всего лишь замена.

— Тем лучше.

— Лучше… В чем-то ты лучше… — кивнула в раздумье Ева. — Просолен крепче.

Артем усмехнулся краешком губ. Хорошо он просолен или нет, но не созданы они с Евой друг для друга, и очень хорошо, если их пути разойдутся. И еще лучше, что у них для этого появился отличный повод. Сейчас он закончит разговор и уйдет, чтобы никогда больше не возвращаться. А то еще засосет его эта трясина.

— Я не знаю, почему Земский ушел от тебя. Возможно, ты его выгнала. Я знаю, что он вернулся к жене. С твердым намерением больше не изменять ей.

— С твердым намерением, — усмехнулась Ева.

— А потом его не стало.

— Не мог он жить без меня, неужели не ясно?

Малахов кивнул, соглашаясь на этом остановиться. Совсем не обязательно вплетать в разговор Горбина. Если у Евы рыльце в пушку, она выкрутится, скажет, что Горбин приходил к жене Земского по собственной инициативе. Артем ничего не добьется, а Земскую подставит. Вдруг Ева на самом деле исчадие ада? Вдруг она приговорит несчастную женщину за то, что та не сдержала своего слова. Горбина больше нет, но есть Лика, которая вполне может взяться за грязную работу.

— А Хохлатов?

— Что Хохлатов?

— Он тоже крутой мент.

— Хохлатов — грубиян и пьяница, — скривилась Ева. — И от него пахло «Шипром».

— Он знал, что Земский встречался с тобой. Он хотел с тобой поговорить.

— И хотел, и говорил… И я сказала ему то же, что хочу сказать и тебе. Со слабой женщиной воевать все герои, а слабо на Борщевика замахнуться? Если Земского убили, то это не я, а Борщевик. Или с ним страшно связываться?

— И Борщевик уже сидит, и Грамарь.

— Ну да, ну да… — кивнула Ева и улыбнулась, как будто только что увидела Артема. Как будто до этого разговаривала с кем-то другим. — Ты на самом деле крутой мент, — немного подумав, она добавила: — А насчет Борщевика я Хохлатову говорила. Он с ним справиться