Айсберг под сердцем - Наталья Андреева

— Ничего, чайком обойдемся, — пожала плечами Малинина. Ира, как всегда, молчала.

— Ты прости меня за все, Алена, — тихо произнесла Климова. — Я нарочно при Ире это говорю. Потому что нам с ней работать. Она очень перспективная девочка, и, будь моя воля — я бы взяла ее в олимпийскую команду. Но я обязательно сделаю это в следующий раз. Если Ира согласится со мной работать. И если я, конечно, останусь на сборной.

— В общем-то, я зла на тебя не держу, — сказала наконец Алена. — Как вышло, так вышло. Эдик тоже виноват. Не захотел бы — ничего бы и не было. Леньку только жалко. Вы с ним были красивой парой. Я слышала, у него ничего не получилось. Ни со спортом не сложилось, ни в личной жизни. То есть он всю жизнь при тебе, но не с тобой. Так и таскается следом по всему свету. Тоже в керлинг ушел. А какой был талант!

— Я его давно отпустила, — нахмурилась Лера. — Ну, нельзя в одну реку войти дважды, пойми. Тем более, ты сама знаешь, какой у него характер. Он бы меня бросил, даже если бы не хотел этого. Просто для того, чтобы рассчитаться за ту юношескую обиду. Тут надо ставить точку, а не запятую, и уж никак не многоточие. Продолжения не будет, — жестко сказала она.

— Ладно, прощаю, — вздохнула Алена. — Самой уже надоело тебя ненавидеть.

— Что я могу для тебя сделать?

— Не для меня, для нее, — Малинина кивнула на свою племянницу. — Поможешь ей пробиться — и мы в расчете. В конце концов, у тебя тоже детей нет. Можно сказать, несчастная ты баба, Лерка. С мужем развелась, всю жизнь карьеру делала, а потому осталась в гордом одиночестве. У меня хоть Ира есть. Она — моя семья. А у тебя что? Сборная? Так ведь это ненадолго.

Климова вспыхнула. Алексей подумал, что она сейчас сорвется, и мягко сжал под столом ее руку: спокойнее.

— Я не хотела этого делать, — сказала вдруг Ира.

— Что? — спросили они с Лерой, переглянувшись.

— Ну, Алину с ног сбивать. Это случайно получилось. Она сама виновата: вышла на лед в то время, как мы снаряды готовили. Покрасоваться.

— А насчет Жени ты ничего не знаешь? — спросил Алексей.

— Нет. Мы с Танечкой действительно спали. Все говорят, что ее убили Гуля и ее парень.

Алексей вздрогнул: опять! Информация была известна очень узкому кругу людей, по пальцам можно пересчитать, а оказывается, все спортсменки в курсе!

— Ира, кто тебе об этом сказал? — спросил он.

— Как кто? — удивилась Пятова. — Чен.

— Ага!

— Ее ведь тоже пытались отравить.

— Ага, — повторил Алексей.

— Что с нами жизнь-то сделала? — вздохнула Алена. — Поверить не могу, что спортсмен мог решиться на убийство! Раньше мы о таком и помыслить не могли! Да, были интриги, но мы все решали честно, на дорожке, кто победил, тот и чемпион!

Алексею показалось, что Лера опять напряглась, и он вновь взял ее руку в свою: спокойно.

— Раньше наше руководство и виллы за границей не покупало, — сказала Климова, сдержав обиду. — Когда это чиновник получал больше спортсмена?

— Не получает, а ворует, — поправила Алена.

— Мне иногда даже кажется, что они, наши спортсмены, из мести проигрывают. Все знают, сколько за медали отваливают. Не говоря уже о должностях. Твой спортсмен выиграл — и ты удержался. А должность — это все. Сытая жизнь до новых крупных соревнований. Это же сколько можно нахапать! — поддержала ее Климова.

— Ладно, дамы, не будем о грустном, — вздохнул Алексей. — Я рад, что вы помирились. Ну что, по чаю за мировую?

— Будет время — приезжай в гости, — предложила Климовой Алена. — Посмотришь, как я живу, Завидовать, конечно, нечему, зато какая коллекция медалей! — не удержалась она.

— Спасибо за приглашение, — спокойно ответила Лера. — У меня коллекция тоже неплохая. Как тренер я многого добилась. И очень рада, что мы с тобой помирились.

«А уж как я рад! — подумал Алексей. — И что Ира к смерти Жени Свиридовой непричастна». Почему-то он был уверен, что девушка говорит правду. Тему мести можно закрывать.

…Этим вечером Лера опять пришла к нему. Им было что обсудить. Так они заключили мировую.

Расследование меж тем застопорилось.

Следующим для Алексея стало разочарование в любви. Настя Болотникова уверенно заявила, что Рита в ту ночь из комнаты не выходила.

— Ой, да она наговорит! — усмехнулась «унылая блондинка с длинным носом». — Майорову послушать — так по ней вся спортбаза сохнет! От дворника до министра! Прямо проходу не дают! А все на уровне разговоров. Она, похоже, вообще еще ни с кем не спала. Что вы на меня так смотрите? Девственница она! Чтобы для вас это не стало неожиданностью. Говорят, у вас с Ритой роман. Вот я и предупреждаю. Потом-то поздно будет. Она решила сразу залететь, чтоб уж счастье из рук не уплыло.

— А как же ее высокий покровитель? — удивился Алексей.

— Да он ее дядя! Просто у них фамилии разные. Как говорится, деньги в семью. Поедет Рита на Олимпиаду, так он свою жену с детишками тоже потащит. На законных основаниях. Она нарочно всем говорит, что это ее папик. Чтобы завидовали. Спала она, как убитая, богом клянусь, когда Женьку задушили! И нет у Риты никакого любовника. Одни только слова.

Алексей чуть не расхохотался. Вот тебе и секс-бомба!

Значит, Давыдова? Ему понадобилась пара дней, чтобы выяснить, что у Доры завязались отношения с одним из хоккеистов. Парень стоял на воротах, и они с Давыдовой быстро нашли общий язык. Но вот незадача! Хоккеист в ту ночь спал мертвецким сном в своей комнате, умаявшись на тренировке. Его алиби подтвердила чуть ли не вся сборная по хоккею.

— Колька у нас каждую ночь на пожарника сдает! В десять заваливается — и до утра. Его пушкой не разбудишь.

Парни в тот вечер смотрели телевизор в холле своего коттеджа, был интересный футбольный матч, который закончился к полуночи. Хоккеисты клялись, что Коля вниз не спускался. Конечно, Дора могла и в одиночку управиться, но чьи же тогда следы остались на крыльце?

Все-таки Зарипова? У Алексея не было никаких доказательств ее вины и вообще веских аргументов против кого-либо из спортсменок. Хотя он отработал все версии.

«Неужели все-таки Лера? Но тогда я снимаю перед ней шляпу. Она — гениальная актриса!»

…И вот наступил его последний день.

— Завтра сборы заканчиваются, и после короткого перерыва мы уезжаем на соревнования, — напомнила ему Лера. — Спортсмены разъедутся по домам. Гуля полетит к себе в Челябинск. Туда же отправятся Чен с Колупаевой. Остальные девочки останутся в Москве, и ты можешь…

— Спасибо, я понял, — сердито сказал он.

— Дать тебе их адреса? — предложила Лера.

— Они мне вряд ли понадобятся. Мое время вышло, милая, — он вздохнул.

— Безвыходных положений не бывает, — осторожно сказала Лера. — Я как раз хотела с тобой поговорить.

— Ну, говори.

— Я тоже думала о том, что нам с тобой делать? Мне показалось, у нас все серьезно. Я не права?

— Мне тоже так показалось.

— И?..

— Что и?..

— Ты ничего не хочешь мне сказать?

— Погоди… Ты ждешь от меня предложения руки и сердца, да? Но, видишь ли, я еще женат. И пока не говорил с женой о разводе.

— О господи! Я этого и не требую! По крайней мере я могу подождать. Я просто хочу, чтобы ты был со мной.

— В качестве кого? — насторожился он.

— Леша, мне показалось, ты здесь прижился, — горячо заговорила Лера. — И дядя Гриша тебя очень хвалит. Мы могли бы зачислить тебя в штат. Работа интересная. Да, она не высокооплачиваемая, но, во-первых, я достаточно зарабатываю, во-вторых, у керлинга неплохие перспективы, в особенности, если мы выиграем медаль. А я все для этого сделаю. В-третьих, у вас будут премии после Олимпийских Игр. И премии немаленькие. В-четвертых, ты будешь часто ездить за границу. Вместе со мной.

— То есть ты предлагаешь мне должность штатного любовника?

— Ты опять все передергиваешь, — с досадой сказала Лера. — Ну что в этом плохого?

— Я не альфонс, — рассердился он. — Да я даже подумать не мог, что получу такое лестное, в кавычках, предложение! Ты за кого меня принимаешь?!

— Лучше охранником в супермаркет, да? Или ты решил к жене вернуться?

— Какая жена?! Я тебя люблю! Тебя!!!

— Наконец-то я услышала, что это была любовь, а не… Не знаю, даже как назвать.

— Это любовь, — устало вздохнул он. — Потому прошу тебя: не надо все портить.

— А ты обещай мне подумать.

— Хорошо. Я подумаю.

— Ты мне очень дорог, — тихо сказала Лера. — Да, я не хочу тебя терять. Может, я потому и не говорила всей правды. Намеренно вводила тебя в заблуждение.

— Ты хотела, чтобы я провалил задание и потерял работу?! — уставился на нее Алексей.

Лера молчала.

«Так вот что означали ее недомолвки! Ее молчаливое сопротивление! Она боролась за меня! Как по-своему и… как по-женски!»

Он был в бешенстве и в то же время в смятении. С одной стороны, чертовски приятно, а с другой… Как-то он справится с ролью домашнего животного Климовой?