Полет дракона - Владимир Ковтун

Когда тяжелые дворцовые ворота закрылись у них за спиной, Фэй остановился, и взял своего друга за плечи.

Ли! Неужели все закончилось?

Да! Но, остается много непонятного…гибель нашей охраны, эти двое в гробнице.

Впереди большая жизнь, и я думаю, со временем многое станет ясным. Но, прочь заботы! Величайший дал нам десять дней полной свободы и отдыха. Как ты думаешь использовать их?

Отосплюсь и вернусь к своим занятиям, и книгам.

Нет, он все же ненормальный! – Пробормотал Фэй в сторону. – Меня теперь всю жизнь будет тошнить от одного вида книг и рукописей. Куда пойдем сейчас?

Для тебя в моем доме всегда найдется свободный кан и одеяло.

Пожалуй. – Согласился Фэй. – Я больше ни на что не способен, как использовать твой кан по назначению. Кстати, а эти угрюмые люди, что они там делают?

Ли оглянулся и всмотрелся в темные фигуры, остановившиеся неподалеку от них.

Это офицеры императорского полка. Я знаю вон того, толстого. Их явно послали охранять нас.

Опять! – Недовольно сказал Фэй. – Заботятся, как о маленьких. Как ты думаешь, когда-нибудь это закончится?

Возможно.... А, пока не закончилось, я предлагаю развлечься и оставить их в дураках.

Каким образом?

Сейчас, не торопясь, завернем за угол, и сразу, через ограду, в сад. Пусть побегают.

Хорошая мысль.

И друзья, прыснув в кулак, двинулись вниз, по темной улице города.

Выпущенного на свободу министра Ни-цзы отвезли домой, где его уже ждали жена и трое сыновей. Вместе с главой семьи они испытали колодки и все прочие ужасы тюрьмы.

На утро министр был приглашен к Императору, от которого вышел с растерянным выражением лица.

Вечером Ни-цзы собрал всю семью, долго смотрел в пол, потом заговорил:

Благодарение богам наши несчастья закончились. И я молю Небо о том, чтобы они никогда больше не повторились. Я так же полагаю, что каждый из нас воспримет все произошедшее, как урок, из которого следует сделать серьезные выводы. Так, как это сделал я.

И главное: отныне все нам надлежит молить Небо и богов о здравии Главного Советника Императора. Своим спасением мы обязаны этому человеку

В покоях Императора всю ночь горел свет. Поздним вечером, оставшись, наконец, в одиночестве, У-ди подошел к столу и долго смотрел на три потемневшие от времени книги. Потом взял их в руки, и поднес к лицу, вдыхая аромат древности. Сын Неба не сомневался в том, что они – живые. Более ста лет пролежали они в страшной темноте и безмолвии гробницы, прежде, чем дерзкие руки его подданных предоставили им возможность снова увидеть свет.

У-ди понимал, что идет по стопам своего далекого предшественника. Он трезво смотрел на вещи и не позволял себе надеяться на чудо. Но, твердо верил в то, что на пути к чуду, эти книги станут еще одной ступенью, ведущей его к заветной цели, к вечной и манящей тайне Бессмертия.

АНГЕЛ СМЕРТИ

После возвращения в деревню Ильхан медленно приходил в себя. Его надежды стремительно разбогатеть рухнули, и это не могло не сказаться на душевном состоянии юноши. Единственное, что утешало азиата, это почти каждодневные встречи с Син-нян.

- Дай мне немного времени. Я все обдумаю и пойду к родителям твоей зазнобы. – Сказал ему Юань. – Это не тот случай, когда надо торопиться.

Между тем, впереди юношу ждало новое серьезное испытание.

Возвращаясь к делам, Ильхан встретил госпожу Цзы-вэнь. Столкнувшись с ее, откровенно призывным взглядом, азиат неожиданно для себя смутился. Весь его опыт общения с женщинами сводился к платным увеселительным заведениям и двум-трем случайным дорожным связям. Здесь же знаки внимания ему оказывала замужняя женщина, да еще и его хозяйка. Господин Цзы-вэнь, растрачивая весь пыл на служанок и птичниц, по-видимому, ничего не оставлял для своей супруги.

Юноша вежливо поклонился и, памятуя грозное предупреждение Юаня, собирался пройти мимо, но не тут-то было. Госпожа Цзы-вэнь загородила ему дорогу.

- Благодаря вашим заботам, господин Ильхан, лошади в нашем селении стали выглядеть как девушки на выданье. Было бы неплохо, если бы вы уделяли такое же внимание и людям.

Прекрасно понимая, что на языке жителей Хань в его адрес прозвучал довольно серьезный упрек, Ильхан виновато спросил:

Я кого-то ненароком обидел, госпожа?

Вы целыми днями общаетесь с лошадьми, но я мало вижу вас, работающего по дому. Между тем, в моей спальне не закрывается крышка от ларя, а в окне образовалась щель. В нее дует ветер, и я мерзну по ночам. Я буду просить вас устранить эти недостатки в самое короткое время.

Отказать хозяйке Ильхан не имел права. Стараясь не смотреть на неспокойно вздымающуюся грудь госпожи Цзы-вэнь, он ответил:

Я исправлю. Завтра же все посмотрю, и сделаю так, как это будет удобно для вас.

Нет, господин Ильхан. Завтра я буду занята. Господин Цзы-вэнь послезавтра уезжает в город на три дня, и я должна собрать его в дорогу. Вот после его отъезда вы сможете спокойно приступить к делу.

Ильхан не нашелся с ответом и молча поклонился.

«Хитрая лиса!» – Растерянно думал он, направляясь к конюшне. – «Только этого мне не хватало. Непонятно, что и делать».

Впадать в блуд с хозяйкой усадьбы не входило в планы Ильхана. Он с величайшим уважением относился к Юаню, и скорее отрубил бы себе руку, чем нарушил слово, данное другу. Во-вторых, и это было самым главным, любовь к Син-нян возвела в его сознании невидимые и могущественные стены, не допускающие и мысли о связи с другой женщиной.

Мучимый сомнениями, юноша завернул за угол дома и лицом к лицу столкнулся с господином Цзы-вэнем. Увидав своего конюшего, тот широко и приветливо заулыбался.

«Рассказать, что ли, хозяину…» – Мелькнула в голове Ильхана наивная мысль. – «Пусть утихомирит эту взбесившуюся кошку».

«Нет, нельзя!» – Решил он в следующее мгновение. – «Вышвырнет из усадьбы, как котят на помойку.

Господин Цзы-вэнь, все также приветливо улыбаясь, остановился и доверительно взял Ильхана за рукав.

Должен сказать, что я доволен вами, господин Ильхан. Очень доволен. С вашим приходом дела в селении пошли значительно лучше. Лошади ухожены. Конюшни сверкают чистотой, как чертоги небожителей. Управляющий вами не нахвалится. И госпожа Цзы-вэнь (а она, вы знаете, женщина серьезная и придирчивая) о вас самого высокого мнения.

Благодарю вас, господин Цзы-вэнь! – Смущенно ответил юноша, не ожидавший таких похвал.

Не скромничайте! Вы заслужили и большего, господин Ильхан. Но, у меня к вам есть маленькая просьба. Совсем небольшая. Я думаю, вас это не затруднит.