Попаданка, открой свое сердце - Anna Konda

Тот, кто стремился помочь, подключался к артефакту больного и оттягивали его смерть. Артефакт начинал работать сразу на двоих, отбирая магию и у больного и того, кто хотел когда-то ему помочь.

Вдруг парень рассмеялся и одним прыжком подскочил к Мии. Он обхватил девушку удушающими объятиями, за горло. Девушка безуспешно пыталась вырваться.

Фактически среди сотни людей, Мия осталась одна в цепких «объятиях» продавца порошков ассаи. Девушка едва стояла на ногах, но при этом она исправно «лечила» свою часть больных. Пока не нарвалась на Жака.

– Мия, миячка, радость моя, – сказал ласково своим жутким голосом Жак, нежно провел по обнаженному локтю рукой и резко перехватил запястье девушки (облаченное в перчатку), и продолжил – какие у тебя красивые перчатки, с вышивкой, с кааамушками…

Он резко развернул девушку за запястье, развернул ее лицом к себе. Девушка вскрикнула от боли.

Парень, дико хохоча, на секунду выпустил девушку из своих рук. Обессиленная она рухнула на колени. Жак снял с себя свой браслет, снова схватил Мию за руку и одел его на ее руку, прямо на перчатку.

– Нравится мой браслетик, держи! – после он начал шептать на шенге быстро-быстро и совсем неразборчиво какое-то заклинание. Он что-то неразборчиво бормотал и смеялся, как умалишенный.

Мия закричала от боли. Ее перчатка, на которую он одел браслет, стала плавиться и гореть.

А парень, глупо хихикнув, вдруг посмотрел на девушку совершенно ясным взором, своими голубыми глазами, сказал – «Что я натворил…».

Он не успел договорить последнее «прости», как сразу же свалился вниз на пол и стал биться в страшном припадке и конвульсиях.

Мия кое-как содрала с себя перчатку и браслет. Точнее, то, что от нее осталось. И бросила на пол вместе со второй перчаткой, которая также стала плавиться, в тот момент, когда девушка соприкоснулась с «подарком» Жака и стала его снимать с себя.

– Кто дал тебе артефакт? – спросила Зименея, подбежав к Жаку.

Она хотела ему помочь, несмотря на его бывшую одержимость.

– Отец… – прохрипел парень с пеной у рта и навсегда затих.

Но Зименея так и не успела ему помочь. Жак умер.

Вновь повисла тишина, в которой были слышны лишь всхлипывания Мии. Рука у нее болела и была покрыта ожогами, с волдырями и открывшимся «мясом». Еще слышались тихое сопение и стоны «недолеченных» больных и шипение плавящихся перчаток.

Первой пришла в себя Настя. Она подошла и положила остатки печаток и браслет в общую «кучу» артефактов. Перчатка также дымилась. Клубы черного дыма образовывали пушистую змею, которая уползла куда-то в сторону.

– Зименея, помоги Мии, – сказала Настя, слегка дотронувшись до плеча архивебра, которая сидела над телом Жака, осознавая очередную смерть, – нужно доделать дело. У тебя хватит сил, подлечить этих, – она кивнула в сторону лежащих обессиленных магов, – И что там за дверью? – Настя показала в сторону, куда уползала дымчатая змея, дым собирался и уползал именно в одну «точку» за этой дверью.

Зименея опомнилась. Подошла к Мии, провела рукой по ее ране.

– Прости, но останутся шрамы. Это магический ожог, я не смогу полностью восстановить твою кожу. А дверь ведет во внутренний дворик, к саду…

– Отлично, там и уничтожим артефакты. А то разводить здесь кострище как-то не то… – ответила Настя.

После того как Зименея подлечила свою верховную жрицу, она отправила ее и несколько человек, что более-менее стояли на ногах в кладовую. Чтобы девушка принесла оттуда все запасы «искр анистрата». Обессиленных магов было слишком много, и просто так поднять их на ноги было проблематично.

Время шло, Зименея и Настя продолжали работать. Мия и несколько девушек жриц раздавали искры. С их помощью у магов стали появляться силы хотя бы подняться на ноги, чтобы покинуть храм и дойти до дома.

– Зи… Зименея… Вот с этими людьми что-то не так. Их словно что-то сжигает изнутри. Я не могу понять, что это – проговорила чуть позже в растерянности Настя.

Она указала на нескольких человек, что лежали в разных частях храма.

Зименея устало встала. Подошла к указанным больным.

– А это, Нэс, настоящая «магическая лихорадка». У них нет артефактов. Они на самом деле больны. Ну, ничего страшного, немного порошков актильзии и они пойдут на поправку.

– Только актильзии нет в городе. Мы все ее извели, борясь с эпидемией, – сказал кто-то из толпы.

Зименея выругалась. Заметив очередной зараженный амулет на больном со злостью его сорвала. Больной застонал. И врачевательница быстро успокоилась, взяла себя в руки.

– Нэс, на тебе оставшиеся с артефактами, а я займусь больными истинной лихорадкой.

Зименея подошла к очередному лежачему больному.

– Так, что у тебя…А… Вот кольцо, – проговорила больше для себя Зи и подошла к следующему лежачему.

– Следующий, – перешла к другому, – А вот у тебя… А нет, ты связан с ней, – сказала она, только взглянув на пару магов, – А вот ты… действительно болен.

Отсеяв нескольких человек, она нашла того, кто на самом деле болел магической лихорадкой.

Зименея закрыла глаза, взяла больного за руку, глубоко вздохнула и стала лечить. Она засветилась холодным белым светом. Стала раскачиваться. От нее стали отделяться маленькие светящиеся шарики, которые быстро облепили больного. После начали блуждать по телу. Больной начал стонать и кричать. Тогда Зименея резко открыла глаза и в упор посмотрел на него. Мужчина замер, не в силах оторвать взгляда от глаз Зименеи. А огоньки остервенело забегали по его телу больного. Со стороны казалось, что он горит, но не сгорает.

Постепенно огоньки стали замедляться, потихоньку поднялись над телом, над его лицом и скопились в одну большую светящуюся сферу.

– О Великая Зименея… я… – начал было слабым голосом говорить мужчина.

Но Зименея остановила его, прикоснувшись к его губам, и приказала на шенге беречь свои силы и восстанавливаться.

Врачевательница жестом забросила светящуюся сферу под высоченный потолок. И она повисла там.

– Следующий, – устало произнесла Зи.

– Вот, она, – сказала Настя и указала на молоденькую девчушку, что лежала без сознания, будто бы спала.

– Ого, – только и сказала Зимняя.

Архиверб целительской магии стала проделывать все те же манипуляции, что и с мужчиной. Но прежде, «разбудила» девочку, сказав ей на шенге «Очнись».

Девочка даже не пикнула, когда светящиеся шарики облепили ее и начали свое буйство. У нее просто не было сил, она лишь немигающе смотрела в глаза Зименеи.

– Спасибо, – пролепетала девочка, когда над нею образовался гигантский светящийся шар.

Но Зименея лишь прошипела, чтобы та отдыхала и набиралась сил.

Ее шар она