Волчонок на псарне (СИ) - Анна Чарова

— Лучше убей меня, нам двоим не жить на одной земле! — слова Сандро, полные жгучей ненависти, казалось, способны были прожечь металл, они шипели, клокотали и плевались ядом.

Дарий отпустил его и отступил, только сейчас чувствуя, что рука с арбалетом порезана и печет огнем, горячая струйка крови щекочет пальцы. Сандро встал на четвереньки, баюкая запястье.

— Ты с ума сошел? Какая муха тебя укусила? — спокойно спросил Дарий, бросил арбалет и поясом перетянул плечо, чтоб остановить кровь.

Сандро распрямился и зашипел:

— Ты еще спрашиваешь? Ты — насильник и шантажист? Да будь ты проклят!

Брови Дария непроизвольно взлетели на лоб, он криво усмехнулся:

— И кого же я, если не секрет… — и тут до него дошло, он прикусил язык. — Это она тебе сказала? Аллена? Что я ее изнасиловал? Ну ты и дурак!

— У тебя нет ни капли совести, — продолжал распаляться Сандро, и Дарий пожалел, что у него нет с собой внушения, которое он применял, допрашивая смотрительницу Школы невест.

— Заткнись, истеричка, — припечатал Дарий, отвесил Сандро оплеуху, схватил за плечи и прижал к стене. — Зачем мне это нужно, дурак ты доверчивый? Она сама на меня напрыгнула и очень обиделась, когда я ее выставил за дверь…

— Она боится тебя судить, если муж узнает…

— Ну так суди меня ты, — предложил Дарий и отпустил приятеля. — Это будет закрытый суд, после которого тебя сошлют на рудники, потому что, клянусь, я никого никогда не насиловал. Зато тебя использовали. Ты для нее настолько бесполезен, что она решила тобой пожертвовать.

Связался же на свою голову с бешеной бабой! Лучше бы потерпел и переспал со шлюхой! Дарий развернулся и зашагал к себе, но Сандро остановил его:

— Дарий! Я… нож отравлен. Поспеши.

— Твою мать, — проговорил Дарий, глядя на двоящийся силуэт сутулого Сандро и мысленно вызвал Бажена, который откликнулся сразу же.

Рассказав, в чем дело, Дарий поковылял домой. Только бы успеть прежде, чем выключит. Нехорошо это — валяться посреди улицы, как пропойца, недостойно сына ордена. Вроде кто-то всю дорогу поддерживал, не давал упасть, шептал слова утешения. Сандро? Вместо лица спасителя Дарий видел расплывающееся пятно. Кое-как он добрался до своего дома, переступил порог и сполз спиной по закрывшейся двери. Нет-нет, только не сейчас! Сейчас нельзя умирать — он еще не помог Лидии!

Очнулся Дарий в своей постели, он ощущал себя так бодро, что сразу же сел и носом к носу столкнулся с Баженом. За столом, откинувшись на спинку стула и закрыв глаза, сидел Йергос и не двигался. На сваленных на полу одеялах крепко спал Жан — способный маг-лекарь, который стал старшим сыном ордена, когда Дарий доказал право называться средним сыном. На его лице плясали блики догорающих свечей, он был так бледен, дышал так часто и поверхностно, что Дарий наконец понял, что Жан и Йергос разделили между собой его состояние и удержали его в мире живых, пока четвертый маг, седой как лунь Аврелий, искал противоядие.

Дарий провел ладонями по лицу, как если бы умывался. Если бы Аврелий не нашел противоядие, и Йергос, и Жан, который не был Дарию даже приятелем, могли бы умереть. Они рисковали жизнью, спасая его, и Дарий сделал бы так же для них или кого бы то ни было другого из братьев, ведь они — семья, нет никого ближе и родней магу, чем другой маг.

В углу спальни сидел Сандро, уткнувшись лицом в колени.

— Ты как? — спросил Бажен, прочел ответ в глазах Дария и выдохнул с облегчением. — Ну и напугал ты нас! Что это было? Покушение?

Дарий скривился, покосился на Сандро:

— Нет, все это из-за женщины, которую я любил недостаточно нежно.

Музыкант вздрогнул, вскинул голову и посмотрел на Дария без выражения.

— Можно сказать, случилось недоразумение, несостоявшийся убийца раскаялся и спас меня…

Аврелий придвинул стул к кровати и проговорил, глядя на Дария с упреком:

— Нет, произошло преступление, едва не убили среднего сына ордена, и событие будет расследоваться, хочешь ты этого или нет.

Дарий кивнул на Сандро:

— Я не против, о подробностях спрашивайте его, это он ударил меня отравленным ножом. Но прошу учесть, что его обманула женщина, которую он любит. Каждый мужчина на его месте поступил бы так же.

Аврелий покачал головой и вместе со стулом отправился допрашивать Сандро, который выглядел, как оживший мертвец — из него вместе с любовью словно ушла жизнь. В другое время Дарий посочувствовал бы ему и сделал бы все возможное, чтобы наказать Аллену, сейчас его гораздо больше заботило другое.

— Долго я провалялся без сознания? — спросил Дарий Бажена. — Есть новости по нашему делу?

Бажен вздохнул и потупился:

— Ничего нового. В городе мы проверили все, что могли, но не нашли следов невольников, как и тайников с парусной тканью, вся она — в лабазах Дзэтта Моранга. Завтра на рассвете братья отправятся прочесывать окрестные деревни.

Откуда-то Дарий знал, что завтра будет поздно. Через пару дней найдут опустевшие хранилища в лесу, а в это время невольничья галера уже будет везти Лидию в Беззаконные земли, где ее продадут на потеху местному князьку. Дарий мысленно пообещал себе, что бросит все и отправится за ней через Драконий хребет.

Там, в Беззаконных землях, он потеряет свой дар, как происходит с большинством братьев, а значит, пропадет и его проклятие — губить все, что ему дорого. Готов ли ты пожертвовать братьями — своей по сути семьей, — и, возможно, жизнью ради мечты?

Еще раз жертвовать самым дорогим Дарию не хотелось, и он из кожи выпрыгивал, чтобы найти Лидию, пока она здесь.

Пока Аврелий допрашивал Сандро, хлюпающего носом, Дарий и Бажен перенесли спящего Йергоса со стула в постель, где он обнял подушку и заулыбался.

***

Утро выдалось зябким и не по-весеннему холодным. Висящий клочьями туман не нравился горожанам, они называли его "патлами Незваного" и из домов старались не выходить, потому на улицах было тихо и пустынно, как во время эпидемии или другого несчастья. Семеро всадников то ныряли в серость, то выскальзывали из нее, и копыта по брусчатке стучали гулко, зловеще.

Мысленно Дарий сейчас вместе с остальными братьями и добровольцами из горожан обыскивал заброшенные загородные катакомбы, где, скорее всего, и держат невольников, но он должен был возглавить магов-обвинителей и сопроводить их к замку Дзэтта Моранга, дабы допросить его супругу.

Интересно, знала ли Аллена, что Дарий расследует опасное дело, и если бы он умер, у женщин, записанных в невольницы, было бы меньше шансов на спасение? Вряд ли, она слишком влюблена в себя. На что она рассчитывала? Так отчаянно ведут себя те, у кого поругана честь, но ведь Дарий всего-навсего преподал урок зазнавшейся выскочке. Или нет? Или так все выглядит с его колокольни, а у Аллены другая правда — ее использовали и выбросили на помойку, когда она, возможно, впервые за долгое время доверилась мужчине и была искренна в своем порыве.