Отныне мой пульс семь ударов в минуту - Аника Ледес

неприятном, но я была рада, что не стала свидетелем прошедшего конфликта. Руфус понуро разглядывал лестницу, ожидая появления своей сестры, которая наконец-то соизволила явится спустя десять невероятно долгих и утомительных минут ожидания. Эйдос вошел за ней твердым и по-прежнему величественным шагом. Легкой походкой Париса прошла мимо королевы и уселась на свое кресло. Только тогда я заметила черный поводок на шее Эйдоса. На него никто не обратил внимания, однако я не могла оторвать взгляда от измученного лица. Как бы он не старался сделать вид, что его ничего не сломает, я видела, что он уже сломлен. И этот поводок был крайним унижением для него. Точно таким же, как и кожаные обтягивающие штаны белого цвета с белой удлиненной рубашкой, ведь это форма слуг королевства Андоса. Мне было больно смотреть на него. Все внутри меня перевернулось из-за желания подбежать и разорвать треклятый поводок. Париса прекрасно видела ошеломленное выражение моего лица и, казалось, была целиком довольна произведенным впечатлением.

Я не смогла убить Какоса и Агнес, хоть они издевались надо мной, над Изой, над Элиди и другими служанками, но видя то, что сделала паршивая принцесса с моим принцем, я была уверена, что ее смогу прикончить не моргнув и глазом.

— Давайте все вместе поздравим Руфуса с выздоровлением, — начал король, подняв бокал с кровью. — И в честь этого я хочу отправить его в наш новый край раньше, чем рассчитывал. Руфус, ты выезжаешь завтра. Проведи сегодняшний праздник вместе с нами.

— Да, отец, — раздался угрюмый голос с левого бока от меня. Не трудно было догадаться, что принц явно недоволен сложившейся ситуацией, но я не могла понять такой откровенной угнетенности принца. Совсем недавно он был не против уехать.

Я вновь посмотрела на Эйдоса. Он еле стоял на ногах. Казалось, принцесса совершенно не даёт ему питаться. Под его глазами залегли глубокие синяки. Щеки впали. Я видела, как бывший принц смотрит на кровь в бокале, как он хочет вырвать его из рук Парисы, но сдерживается с гордым видом. Его глаза не были прикованы к полу, как мои, когда я была слугой. Он исследовал все помещение и стол взглядом. Когда же его взгляд наткнулся на меня, его глаза округлились, но сразу же вернулись в свое обычное состояние.

— Как ты чувствуешь себя? — начала я наш телепатический разговор с Эйдосом, но он, казалось, не слышит моих слов. Он совершенно никак не отреагировал и ничего мне не ответил. Краем глаза я увидела, как принцесса ухмыльнулась. Я не совсем поняла ее ухмылки.

Неужели я пялюсь на него? Она это заметила? Да и что она мне сделает за это?

— Сегодня пройдёт бал кровавой ночи. Все моя семья, как и все королевство, знает, что нас ждёт, — начал король, вырывая меня из моих мыслей. — Но для нашей гостьи, хочу поведать, что нас ожидает. В этот день все вампиры объявляют охоту на людей без права на убийство. Они могут пить кровь, но только при условии, что они никого не иссушат. Кафари, конечно же, принадлежат королевской семье. Но, при желании, и члены королевской семьи могут выйти в любые районы королевства. Бал же будет проходить после окончания охоты, которая начинается в десять часов вечера и окончится в одиннадцать. С наступлением двенадцати часов ночи все вампиры соберутся на центральной площади. Будем жечь костры, танцевать и веселиться, — со слишком радостным лицом и горящими глазами сообщил Андос. Он ждал от меня какой-то реакции, но для меня это все было дикостью.

Даже в королевстве Кириоса не было такого. Это просто немыслимо. Хотя, когда мы были в графстве Агриос, я видела безнаказанное нападение на людей. Может, у Андоса все-таки правильная политика? Может, лучше позволять вампирам такие праздники, чем оставлять незаконные нападения без наказания?

И тут я поняла, что и моя мама в зоне риска.

— Король Андос, это отличная новость, — польстила ему я и задала интересующий меня вопрос, — но как же моя мама? Она ведь живет в районе Скупидьий.

— На ее доме красная карточка, запрещающая трогать ее.

— И много ли людей, у которых есть такая красная карточка?

— Очень мало. Всего трое. Твоя мать, мужчина, спасший моего сына и женщина, которая должна будет воспроизвести следующее потомство.

Это оказалась единственная счастливая новость за весь день. Хотя бы моя мама в безопасности. Этого мне достаточно для радости на сегодняшний день.

Все остальное время обеда королевская семья общалась о своих делах, не обращая на меня никакого внимания, что тоже порадовало меня. Хотя бы пронзительный взгляд Парисы не прожигал во мне дыру.

Когда же обед окончился, я подошла к королю для уединенного разговора.

— Король Андос, разрешите к Вам обратиться?

— Да, конечно, Астери. Я слушаю тебя.

— Можно ли освободить Эйдоса от должности личного слуги принцессы Парисы?

Лицо короля приняло недовольное выражение, словно я сказала какую-то глупость.

— Нет, конечно. Пленниками распоряжается моя жена.

Я не могла сдаться так просто.

— Но принцесса даже не дает принцу… — Я исправилась. — Эйдосу еду. Он в ужасном состоянии.

— Он опасен при обычном питании вампира.

— Но…

— Астери, этот вопрос закрыт. Хочешь ли поговорить о чем-то другом?

— Да. Какова судьба служанок завоеванного королевства?

— Они будут служить принцу Руфусу.

— Там еще была девушка. Беременная.

— Она в графстве Агриос этого королевства, дабы была под наблюдением. Ее ребенок не будет обращен. Вся его жизнь пройдет в человеческом обличии.

Меня устроил такой расклад. Уж лучше такая судьба для малыша, чем быть слугой при принцессе.

— Она твоя знакомая?

— Она моя подруга.

Король кивнул мне, оканчивая наш разговор. Я вернулась в свою комнату. Служанка Рия принесла мне платье ярко красного цвета, судя по всему, чтоб после охоты на нем не было видно капель крови. Однако, у меня не было нужды в этом наряде. Я не собиралась открывать охоту на людей.

За время, проведенное в этом замке, я успела привязаться к Рие. Она оказалась по-настоящему жизнерадостной и чем-то напоминала мне Изу. Несколько раз мы с ней заговаривали о правилах замка и о ее жизни и интересах. Девушке нравилась работа в прачечной, она изредка помогала швее. Она не говорила ничего о королевской семье, но мне сразу же вспомнились дни, когда я была служанкой и меня частенько наказывали Какос и Агнес.

— Рия, сегодня бал кровавой ночи… Из каждой из вас пьют кровь? Или это дело случая?

— Из каждой, кроме несовершеннолетних, — как обычно кратко ответила она.

— Могу ли я оставить тебя себе на сегодняшний день?