История одного полка - Александр Филиппов

камешки, сгребаем их в кучу, под голову, к гусеницам БМП. Вдвое сложенная панама — подушка, постелью и одеялом служит пыль афганской земли, если повезет — край плащ-палатки. Мы говорим обо всем на свете, но только не о том, что в три часа утра подъем и снова надо будет идти в горы, нужно будет идти в бой. И кто знает, кто из нас завтра наткнется на пулю и уйдет в черное «никуда». Мы говорим о любви… Володя Сальников вспоминает последнее письмо от своей девушки Татьяны: «Сижу на диване, ем шоколадку, пью чай, слушаю «Бони М» и пишу тебе письмо…» Да-а! Вот уж действительно, все 33 удовольствия: сидеть на диване, слушать «Бони М»… А мы тормошим его: «Ну, рассказывай, что у тебя за Таня? Ты любишь ее? А она?» Такая непонятная, загадочная штука — любовь. Наши писатели, мне кажется, стесняются описывать сцены любви. «…сердце колотилось все громче. Было трудно дышать. «Я люблю тебя милый!». Они ушли в высокую, волшебную от света луны, траву… Опрокинулось небо, покатились по сторонам звезды. В дальнем конце села пропел петух, приветствуя рождение нового июньского утра. Где-то, совсем рядом, слабея от любви, разливался соловей…». Вот и вся любовь! Как все просто! Она писала ему письма, а он строил на ее письмах воздушный замок, отрывая у сна драгоценные минуты отдыха. Я думаю, из меня неплохой писатель мог бы получиться. А что? Хорошая работа, только и делай что пиши, да переписывай. Нет, не получится, наверное, из меня писатель, я слишком большой лентяй для этого. Мы лежим, разговариваем, мечтаем. «Шурик, я к тебе на Новый год приеду, — говорит Серега Денисов, — только ты кроме вина, поставь на стол графин простой прохладной воды. Вспомним, как умирали без нее» И я знаю, что он приедет, и я буду рад его встретить. Многие приходят из армии, показывают несколько десятков адресов своих армейских друзей, рассказывают о них, но очень редко кто потом встречается между собой, или хотя бы поддерживает связь. Это, наверное, обидно — не увидеть больше хорошего человека. Как будто затерялась где-то в дальних городах и селениях крупица твоего сердца. А Серега приедет, я знаю, обязательно приедет. В тени БМП мы лежим у подножия горы. Лежим и думаем, каждый о своем. Думаем и ждем команды идти вверх. Вверх, навстречу опасности, навстречу неизвестности…"

Воин-интернационалист Владимир Сальников:

"Александр Иванович Артамонов, старший пулеметчик 3-го взвода специальной разведки погиб 3-го июня 1980 года, сгорел в БРДМ № 726. В тот день, под Кандагаром с 3-й и 4-й роты погибло, после душманской засады, в общей сложности одиннадцать человек (с нашей 3 РДР ‒ Елизаров, Артамонов, Квасюк, Дмитриев), в том числе м-р Клюев ‒ нач. связи нашего разведбата. Майора он получил буквально накануне. Жалею, что сам не вел дневник, многое забывается. А Шура Артамонов был замечательный человек, да еще и весьма, весьма талантливым человеком с масштабным мышлением. Это была обычная тетрадочка и при шмоне на дембель на нее никто не обращал внимания. Я забрал ее, с обещанием, передать родителям Шуры Артамонова, что и сделал, году в 84-м. Ездил к нему в деревню Ивановка, Сампурского района, Тамбовской области. Там, еще произошел со мной любопытный случай. Сначала я был на могиле Шуры с братом и родителями. Потом посидели в их доме, они занялись делами, а я еще раз пошел на кладбище, уже один (оно недалеко от деревни). Так вот будучи на его могилке, какое-то внутреннее ощущение, что надо прибраться на могилке, два ряда от Шуры и несколько в стороне. Иду туда, абсолютно заросшая могила. Прибрался, прихожу в дом, рассказываю об этом. А мне родители сообщают, что это могилка его друга, который погиб в 18 лет. А неухоженная, так как родственники вроде очень далеко, что-то вроде этого. Вот как такое объяснить? Получается, что попросил то меня Шура Артамонов, мне до этого никто не рассказывал об этом, его рано ушедшем друге".

Воин-интернационалист Владимир Завьялов:

"Шуру Артамонова хорошо знал по Тамбовскому институту химического машиностроения, мы с ним в 1978 году окончили его и направились по распределению он в Ивановку, а я в Новосибирск. Последний раз я его встретил в г. Кушка на территории 388 ОБС летом 1979 г., где он проходил спецподготовку от 650 ОРБ. Виделись 5 минут, не более, он спешил на занятия. Он любил играть на гитаре и она часто его сопровождала по жизни… В Тамбове рядом с Техническим университетом есть мемориал погибшим в Афганистане, там увековечено его Имя… Вечная память!"

Воин-интернационалист Петр Етриванов:

"Ничего нельзя было писать. Правда, у меня сохранились три блокнотика, привез, теперь и сам не помню, как сохранил".

1982-й год — это год шестидесятилетия образования СССР и шестидесятипятилетия Октябрьской социалистической революции и многих других дат в истории государства и конкретных людей. 10 ноября умер Генеральный секретарь ЦК КПСС и руководитель страны Леонид Ильич Брежнев, с уходом его в «мир иной», наверно, и начался отсчет тех девяти лет, что привели к распаду Великого Государства — Союза Советских Социалистических Республик (8 декабря 1991 г., Беловежское соглашение). О смерти Брежнева я узнал уже будучи призван в Армию, находясь в школе сержантов славного города Теджен Туркменской ССР. Ночью нас подняли по тревоге, все курсанты, расположенных в Теджене учебок, построились на плацу, и мы долго переминались с ноги на ногу, пока не была дана команда разойтись по казармам. Принимая военную присягу в декабре 1982 года, нам, конечно, никому и в голову не могло прийти и в страшном сне присниться, что такого государства Союз Советских Социалистических Республик на политической карте мира скоро не будет. Зато мы точно знали, что практически все мы весной 1983 года будем направлены для дальнейшего прохождения службы в ДРА (за речку).

Идет третий год пребывания полка в составе 40-й Армии на земле Афганской. Единицы осталось из тех, кто с самого начала, с полигона «Суперфосфатный» начал свою службу в нем ‒ это офицеры Иван Василец, Юрий Гончаров и командир полка Борис Ильин, прапорщики Владимир Борисенко и Сергей Князев, участники формирования и ввода полка, будучи еще рядовыми солдатами, а потом направленные в Школу прапорщиков и по окончании ее вернувшиеся в часть. В этом году и они заменятся и не останется в