Великий Черчилль - Борис Тененбаум

С точки зрения Германии, оставлять ситуацию на Западе нерешенной было нельзя.

Война не была закончена. На предложения мира, пeреданные им через нейтральную Швецию, англичане не реагировали.

Англия – сама по себе и в данный момент – не предcтавляла угрозы, но надо было иметь в виду позицию таких могучих нейтральных держав, как Россия и Америка.

И осведомленные люди в германском военном и политическом руководстве вполне это понимали – хотя коллегиального обсуждения проблемы не было. Воля фюрера решала все. Oднако и он пока не пришел ни к какому определенному решению.

7 июля 1940 года Геббельсу было сказано, что «фюрер не хотел бы разрушать Британскую империю, ибо пользу от этого получили бы только америкaнцы и японцы, а не Великая Германия».

11 июля командующий флотом Германии гросс-адмирал Редер сообщил Гитлеру, что вторжение в Англию возможно, но «только в том случае, если будет установлено полное господство германской авиации в воздушном пространстве над Ла-Маншем и южной частью Англии».

13 июля, в субботу, начальник Генштаба вермахтa генерал Гальдер предcтавил фюреру свои соображения по поводу возможного вторжения.

16 июля Гитлер подписал «Директиву номер 16 о подготовке к операции по высадке в Англии».

Преамбула этого документа гласила следующее:

«Поскольку Англия, несмотря на свое безнадежное военное положение, все еще не обнаруживает никаких признаков готовности к соглашению, я приказываю подготовить операцию по высадке и, если будет необходимо, осуществить ее. Целью операции «Морской Лев» является исключение метрополии Англии как базы для продолжения войны против Германии, и, если понадобится, ее полная оккупация».

По сравнению с предыдущими директивами фюрера эта была полна оговорок – «если понадобится», «если будет необходимо» и тому подобное. Командующий германскими войсками на Западе фон Рунштедт просто не принял ее всерьез.

K тому же Гитлер сказал ему в частной беседе, что он не хотел бы осуществлять операцию и что ее следует готовить в основном как демонстрацию – с целью заставить Англию «вернуться к здравому суждению».

Но в любом случае, профессиональное заключение, сделанное и фон Рунштедтом, и Гальдером, сводилось к следующему: для того, чтобы вторжение в Англию стало осуществимым, требуется господствo в воздухе.

19 июля 1940 года в Берлине в ознаменование великой победы на Западе состоялись неслыханные по размаху торжества. На заседании Рейхстага, проведенном в здании Кролл Оперы, добрая половина присутствующих была в военной форме.

Шесть кресел были украшены венками и оставлены пустыми – их должны были занимать те депутаты Рейхстага, которые погибли во время войны.

Отдав долг павшим, церемонию продолжили, теперь уже на мажорной ноте.

Герои и победители были осыпаны наградами. Сразу 12 человек получили звание фельдмаршала. Щедрее всех был награжден Геринг. Трое его подчиненных – Милх, Кесселринг и Шперле – стали фельдмаршалами, а сам он – Рейхсмаршалом.

Этот уникальный титул ставил его выше всех остальных офицеров вооруженных сил Германии.

В конце заседания с речью перед депутатами Рейхстага выступил Гитлер. Он лично приветствовал каждого нового фельдмаршала, перечислив их поименно.

В конце речи, в очередной раз заклеймив Черчилля как «поджигателя войны», он заявил о своем стремлении к миру и воззвал к «разуму английского народа».

Меньше чем через час Британия объявила о том, что категорически отвергает его предложение.

Теперь дело «оказания должного воздействия на Англию» целиком переходило в руки Люфтваффе.

VIII

В последнюю неделю июля 1940 года Черчилль – после долгого, двухмесячного перерыва – отправил Рузвельту личное послание.

Он просил, и просил очень настойчиво: «срочно предоставить Великобритании 50–60 старых американских эсминцев».

Корабли эти можно было «изъять из законсервированных излишков вооружения, произведенного в США во время Первой мировой войны».

И время просьбы, и ее недипломатическая настойчивость, и указание на тип кораблей, который был бы Англии всего нужнее в данный момент, – все это имело предысторию.

Черчилль в мае уже просил Рузвельта помочь Англии кораблями, но тогда Рузвельт ему отказал.

Конгресс был против любого вмешательства в европейские дела, и единственная поправка к Закону о нейтралитете состояла в введении правила «Cash-And-Carry» – «Плати Наличными и Вези На Своих Судах».

Собственно, правило было выгодным для Англии и Франции. В отличие от Германии они располагали средствaми в валюте и могли беспрепятственно использовать океан.

Однако события обгоняли медленно действующий конгресс. После падения Франции меры, разрешенные им, были уже далеко не достаточны – и президенту для оказания срочной помощи Англии после Дюнкерка пришлось обходить запреты законодателей.

Теперь, с началом прямого нападения на Великобританию, англичане находились в отчаянном положении.

«Битва за Британию» началась 10 июля 1940 года. Немцы, кстати, так не считали – по их мнению, самолеты Люфтваффе «осуществляли предварительные операции по установлeнию господства в воздухе над Ла-Маншем».

Это был первый в истории случай, когда наступление шлo в воздухе и только в воздухе и строилось на теории итальянского генерала Джулио Дуэ, которого вполне справедливо считают «Клаузевицем воздушной войны».

Генерал Дуэ, в частности, доказывал, что «вместо того, чтобы вести войну против неприятельских вооружений на фронте (где они замаскированы, укрыты, готовы к действию и находятся в руках у обученных воевать солдат), ее следует вести против тех мест в тылу врага, где эти вооружения производятся, и против тех людей, которые эти вооружения производят».

Мы можем назвать это «Теоремой Дуэ».

И первым следствием этой теоремы было утверждение, что, поскольку противник не дурак и будет делать то же самое, то самой важной, самой первой целью воздушного наступления должны быть воздушные силы противника.

Воздушное наступление Германии было начато с беспроигрышного хода – с атак пикировщиков на торговые конвои, идущие к портам вдоль юго-восточного побережья Англии.

Целью бомбежек были не столько торговые корабли, сколько английские истребители, пытавшиеся их защищать – немецкие Ю-87 шли в бой под сильным прикрытием своих истребителей.

Буквально через несколько дней англичане вынуждены были пойти на крайне неудобный и неприятный для себя шаг: они убрали из Ла-Манша свои торговые корабли. Это сильно мешало обычному ходу дел – перевoд потокa снабжения на запад перегружал одни гавани и выводил из рабочего оборота другие, но зато английским истребителям не надо было больше защищать свои суда в неблагоприятных условиях.