Эртан (дилогия) - Светлана Середа

Я не стану докучать ему вопросами. Но один – самый важный – всё-таки задам.

– Эта женщина… там, во сне… вы её… знаете?

Проклятье! Ну почему, почему мой дурацкий язык в иные моменты болтает, как помело, а когда понадобилась капелька смелости, малодушно заменил интимное «любите» на нейтральное – и совершенно бесполезное – «знаете»? Разумеется, он её знает. На незнакомок не смотрят так, что у постороннего наблюдателя плавится спинной мозг.

Вереск смерил меня долгим взглядом. Таким долгим, что я успела не раз помянуть добрым словом невыразительную эльфийскую мимику, которая никак не позволяла определить, что скрывает этот взгляд. Удивление? Недоверие? Сомнение? Наконец, Вереск определился с ответом:

– Я… не хотел бы об этом говорить.

Его ответ куда красноречивее всяких слов подтвердил мою гипотезу. К счастью, наяву мысль о мифической возлюбленной нашего Снежного Короля вызывала у меня только крайнее изумление, но не ревность. В противном случае это бы слишком отдавало шизофренией, а безумия во всей этой истории и так многовато для бедной маленькой меня.

Глава 8

Близился к полудню третий – из запланированных полутора – день нашего перехода через Карлисский Хребет. По негласному уговору, мы с Ником не жаловались на усталость, стёртые ноги и прочие тяготы пути, а Женя не напоминал о том, что без нас он был бы у цели ещё вчера днём. Вообще, путешествие проходило на удивление мирно, даже мы с Вереском ухитрились ни разу не поссориться – вероятно, потому, что с той памятной ночи в лесу полуэльф едва ли произнёс с десяток слов, да и те предназначались Жене. Если я научилась хоть чуть-чуть разбираться в эльфийской физиогномике, Вереск пребывал в состоянии глубокой задумчивости, и мне почему-то казалось, что предметом его размышлений был тот кошмарный сон, в котором мне довелось побывать.

В своих собственных мыслях я эту тему старательно избегала. В редкие минуты просветления я признавалась себе, что если разобрать ту сцену в лесу по кадрам и хорошенько поразмыслить, есть шанс найти ключ сразу к нескольким загадкам. Но при малейшей попытке вспомнить подробности меня кидало в дрожь, и я никак не могла понять, отчего – то ли от панического чувства бессилия перед собственными эмоциями, то ли от невозможности помочь, то ли от пронзительной боли утраты – слабого отголоска той боли, которую я испытала во сне. И этот полный страсти взгляд на бескровном лице… Он сводил меня с ума, заставляя мучиться от…

«Ревности,» – ехидно подсказал внутренний голос.

… зависти. Если бы на меня мужчина смотрел таким взглядом, я бы чувствовала себя по меньшей мере богиней.

«Что-то мне подсказывает, что барышня в лесу не пожелала присоединиться к пантеону», – цинично заметил внутренний голос.

Уверенный взмах женских рук – и смертоносное лезвие без труда пронзает грудь… Дура. Я замотала головой, прогоняя наваждение.

– Мы почти на месте. Дом Мигеля вон в тех деревьях, – внезапно объявил Женя, махнув рукой вперёд и вниз по склону.

Ник вгляделся в густой перелесок у самого подножия горы и разочарованно протянул:

– Отсюда ничего не видно.

– Разумеется, не видно. Это же не парадная резиденция. Мигель с напарником сваливают сюда, когда им нужно залечь на дно.

– А они тебе друзья или враги? – запоздало уточнила я. – Если враги, то насколько безопасно будет вламываться к ним без приглашения?

А если друзья, то какого чёрта ты тащишь в тайное убежище толпу посторонних личностей?

– С Фар-Леирато – вампиром, напарником Мигеля – я не знаком, хотя наслышан. А с Мигелем мы не друзья и не враги, просто… ммм… коллеги. Пару раз доводилось работать вместе. Конечно, последняя наша встреча прошла… не совсем в дружественной обстановке. Так получилось, что мы оказались по разные стороны баррикад. Но не думаю, что Мигель меня за это ненавидит. В конце концов, бизнес есть бизнес. Разве что… – Женя задумчиво прикусил губу, – Фар-Леирато мог бы попытаться отомстить за любовника, у вампиров когда-то был такой обычай. Но поскольку Мигель остался жив, это мероприятие теряет смысл.

– Они любовники? – оживилась я (и почему подробности чужой личной жизни всегда так притягательны?) – Откуда ты знаешь?

– Да это все знают, – пожал плечами Женя. – В смысле – все, кому в принципе интересна эта пара. Они не скрывают своих отношений.

– О. Так просто? Я думала, что здесь отношение к нетрадиционной сексуальной ориентации более консервативное.

– Так и есть. Отношение к геям колеблется между неприятием и вежливым безразличием. Зависит от возраста и социального статуса. Но всегда находятся люди, которые могут позволить себе наплевать на условности.

– О да, – хмыкнула я. – Парень, который спит с вампиром, может себе позволить много… интересного.

– Не будь такой циничной, тебе не идёт, – серьёзно посоветовал Женя. – Мигель вполне способен сам за себя постоять. Чтобы укоротить слишком длинные языки, ему совсем не обязательно прибегать к помощи вампира. И, кстати, он не гей, обычный бисексуал. У него с десяток более или менее постоянных любовниц по всем Семи Королевствам.

Ух ты, какая экстравагантная личность! Я уже почти хочу познакомиться с этим загадочным Мигелем.

– А его друг не ревнует?

– Не знаю, – Женя иронически изогнул бровь. – Как-то не было повода поинтересоваться. Может, Леирато вообще не ревнив. А может, он не воспринимает женщин как объект, достойный ревности. В конце концов, Мигель с ними всего лишь спит.

– И этот человек обвиняет меня в цинизме! – возмутилась я. – По-твоему, секс на стороне – это не повод для ревности?

– Разумеется, нет. Вы, женщины, склонны смешивать в кучу секс и чувства, и вам кажется, что одно без другого как-то неполноценно.

– Просто мы, женщины, – передразнила я, – мудры от природы. А к вам, мужчинам, эта мудрость приходит с кровью, слезами и жизненным опытом. Поверь мне, когда ты всерьёз влюбишься, ты пересмотришь свои взгляды.

Прозвучало, как материнское наставление. Но Женя не стал придираться к форме, только сказал:

– Если ты о том состоянии, когда человек полностью теряет способность соображать и превращается в безвольный кисель, то, надеюсь, я никогда не разгневаю богов настолько, чтобы они наслали на меня это безумие.

«Очень жаль», – вздохнула я про себя.

Та же самая мысль отразилась на симпатичной мордашке Ника. Гм. Что бы там ни говорил мой не в меру умный внутренний советчик, что-то тут нечисто. Парнишка поймал мой заинтересованный взгляд, вспыхнул и поспешил перевести разговор на более безопасную для себя тему: