Магия южной ночи - Элизабет Тернер

– Ошибаетесь. – Она полезла в карман и достала мешочек с драгоценностями. – Повторение уже было.

– Не понимаю, о чем вы.

– Вы обнаружили это, когда думали, что я сплю. Было бы очень просто украсть их и скрыться. Подняв бровь, Рид смотрел на мешочек. – Не переоценивайте меня, графиня, такая мысль приходила мне в голову.

– Даже герои – это всего-навсего люди, месье. – Кристина спрятала драгоценности. – Но вы не сделали ни того, ни другого, и за это я вам благодарна. Вот почему я ваша должница. Предложение разделить со мной каюту – не большая плата за это.

Рид откашлялся, глядя в пол.

– Не знаю, что и сказать.

– Не надо ничего больше говорить, – спокойно заявила она. – Вам надо только притвориться, что вы мой муж. Простая задача. В Новом Орлеане наши пути разойдутся, и мы пойдем каждый своей дорогой.

Медленная улыбка осветила его бородатое лицо.

Графиня, вы – дама упрямая и решительная. Можно только пожалеть того, кто окажется у вас на пути. – Вы говорите так, словно я какой-то тиран. – Кристину должно было оскорбить такое описание ее характера, но вместо этого она почувствовала, что отвечает на его улыбку. «Простая задача? Что может быть проще, – подумала она, – чем сыграть роль жены Рида Александера? Гораздо труднее будет распрощаться с ним навсегда». Рид в одиночестве стоял на корме, Время от времени слабый лунный свет проникал сквозь быстро несущиеся облака. Сильный ветер вздымал волны и надувал паруса. «Штормовая погода» – так сказал капитан Мак-Грегор. «Только самые крепкие из пассажиров, – заявил он, – смогут выходить из своих кают во время путешествия». Однако бурное ре никак, не подействовало на самочувствие Рида, и Кристины тоже.

Он покачал головой, вспомнив, из-за чего поспешил h;i корму. Каюта была очень мала, и большую ее часть занимала койка. Рид приготовился спать на полу, когда Кристина решила иначе. Видя его колебания, она не долго думая отодвинулась подальше от края койки.

– Можете спать здесь, если хотите. – Оперевшись на локоть, она приглашающе похлопала по матрасу.

Рид молча смотрел на нее, думая об этом приглашении и его возможных последствиях.

– Вы же не можете спать стоя, – рассудительно проговорила она. – А другого места нет.

– Вы всегда так практичны? – со смесью досады и восхищения спросил он.

Она улыбнулась.

– Я просто стараюсь вести себя разумно.

– Всегда?

– Всегда, – твердо ответила она.

Рид стоял у кровати, и едва заметная улыбка играла у него на губах.

– Я припоминаю одно замечательное исключение, графиня.

Она мило покраснела.

– Не вкладывайте в это двойной смысл. Я просто предлагаю вам место для отдыха... и все.

Вот оно! Кристина отвергла брошенный вызов и изложила свои условия. Хотя Рид и не надеялся на то, что их близость когда-нибудь повторится, но теперь все же испытал какое-то необъяснимое разочарование.

– Ну, месье?.. Вы готовы принять мое предложение?

– Место для сна... и ничего более, – согласился он, понимая, каких титанических усилий это будет ему стоить.

– Прекрасно. – Удовлетворенно зевнув, она укуталась покрывалом и закрыла глаза.

Он посмотрел на нее. Волосы, такие темные и блестящи, что казались совершенно черными, разметались по подушке. При взгляде на ее кожу вспоминался китайский фарфор, расписанный розами. Несмотря на кажущуюся хрупкость, в ней было столько страсти и огня; она чудесным образом отзывалась на каждое его прикосновение, каждую ласку. Хотя она предлагала ему только место для отдыха, дьявол искушал его испытать ее решение на прочность, скользнуть под простыни и прижать к себе это мягкое, податливое тело. Желание, острое и внезапное, охватило его. Рид прерывисто вздохнул, повернулся и вышел из каюты.

Расставив ноги, он стоял покачиваясь на палубе и смотрел на море. Нельзя позволить этой чертовке с оленьими глазами отвлечь его от главной цели. В последующие несколько недель ему потребуются абсолютно ясные мозги, если он хочет доказать свою невиновность и заполучить плантацию, которую выиграл. Сначала надо придумать, как отыскать Леона дю Бопре. Это должно быть легко. Затем нужно будет изобрести хитрую ловушку, которая вынудила бы дю Бопре признаться в убийстве собственного брата. Здесь потребуются везение и молитва. Доказать, что Леон убил собственного брата, задача почти невыполнимая.

Рид сцепил руки за спиной и пошел по направлению к носу судна. Может быть, глупо плыть в Новый Орлеан и бросать вызов человеку, который обвинил его в убийстве и посадил в тюрьму. Было бы разумнее удалиться в противоположную точку земного шара, где мало шансов встретиться с Леоном дю Бопре. Рид знал, что рискует быть опознанным, и тогда его снова могут заключить под стражу. Он вспомнил, как Кристина упомянула о том, что сбежала от одной революции и оказалась вовлеченной в другую. Вдруг и его ожидает похожая судьба? Неужели он избежал одной тюрьмы, чтобы его посадили в другую?

Но Рид по собственному желанию участвовал в этой игре. Что-то не позволяло ему свернуть с намеченного курса. Ом чувствовал себя обязанным не только отомстить, но и добиться справедливости. Не может брат безнаказанно убить брата.

Рид всей грудью вдыхал соленый морской воздух, наслаждаясь качкой. До этого он только однажды путешествовал морем. Тогда его, как бешеного пса, приковали цепями к такому же заключенному, а в его душе царили горе и отчаяние. Спасение пришло во время страшного шторма. Когда корабль разломило, как щепку, он и его товарищ по несчастью почти сутки цеплялись за бревно. Течение несло их от Гаити к соседнему острову – Сан-Доминго. По пути второй заключенный потерял волю к жизни, перестал бороться и умер до того, как они достигли берега. Рид и сам был скорее мертв, чем жив, когда на берегу его обнаружил Этьен Делакруа.

Ирония судьбы! Рид чуть не рассмеялся вслух. Теперь он притворяется, будто является Этьеном Делакруа. И сама жена плантатора выступает в этом деле, ни больше ни меньше, его сообщницей!

Вспомнив о Кристине, он понадеялся, что она уже крепко спит. Рид подождал еще с полчаса для пущей уверенности, а потом по трапу спустился в каюту. Его совершенно ошеломил тот факт, что до прошлой ночи графиня еще была девственницей. Ошеломил и... обрадовал. Она щедро отдала себя ему, и это был бесценный, удивительный дар.

«Но почему Делакруа сам не воспользовался им?» – раздумывал он, раздеваясь и ложась рядом с Кристиной. Она вздохнула во сне, невольно прижимаясь к нему в поисках тепла. Усталость исчезла. Его тело проснулось и настоятельно требовало удовлетворения. Рид стиснул зубы, сцепил руки за головой и уставился в потолок.