Любовная мелодия для одинокой скрипки - Юлия Лианова

–?Почему?

Динка долго молчала.

Ей вспомнился ее безумный роман с Никичем, безоглядная связь шестнадцатилетней девчонки и сорокалетнего красавца-тренера, о которой знали все в секции и все завидовали. Горы вранья, что ей пришлось нагородить матери. Ужас, когда он сказал ей, что им необходимо расстаться. А потом эта трагедия – перелом ноги. Нет, в сердце ее ничего давно не осталось от первого, замешанного на восхищении и ученической подчиненности чувства, может быть, только легкий, всех смущающий или удивляющий, вроде бы наигранный цинизм. Никича она вспоминала часто, обычно с благодарностью, иногда забегала к нему посплетничать о знакомых спортсменах, поболтать – он был мудрым, как и положено быть тренеру, но еще и начитанным, точнее было бы сказать, эрудированным не только в своей области, но и в широком смысле слова. Она искренне радовалась, что смогла рекомендовать его матери и что он понравился ей и как массажист, и как человек. Ее немного удивляло появление у него Инны. Судя по всему, та была давней и преданной клиенткой, не понятно, как она оказалась в мире Никича.

–?Хорошо. Если ты не можешь, скинем этот разговор на Арину, тем более что она меня вот уже неделю умоляет привести Никича к ней в ресторан, – предложила Каролина.

–?Разве она сама не способна пригласить?

–?Она-то способна, но Никич не соглашается.

–?Почему?

–?Она и сама не понимает. Он благодарит и отказывается...

–?Скажи, она действительно им увлечена или это очередной взбрык тети Арины?

–?Кто ее знает... Но тебе удобно? Он отказывает ей, а ты его заманишь?

–?Вот поговорю с ним и решу. И все же, мам, проще всего было бы тебе взять все в свои руки: позвони сама Светлане, все точно разузнай, запиши и, как обещала, растолкуй Никичу.

–?Я не могу разговаривать с ним во время массажа.

–?Поговори после, что за проблема!

–?Ты же знаешь, что у него один пациент наползает на другого, просто нет ни минуты продыха.

–?Ну так пригласи его в ресторан, – посоветовала Динка.

–?Так мы с этого и начали. Я так и сделаю.

Но как часто случается, жизнь повернула все по-своему.

На следующий день около двух часов, как раз перед семейным тягостным обедом, Каролина услыхала, как фыркнула машина Инны, въезжающая в гараж. «Значит, будет восседать за столом», – подумала Каролина с привычной неприязнью, но в этот момент в дверь ее будуара постучали, и сразу же, не дожидаясь ответа, вошла Инна.

С первого взгляда Каролина поняла, что та на грани истерики.

–?Скажите, зачем вы привели к Никичу свою подругу? Чего вы добиваетесь?

–?Ничего. Ей был нужен хороший массажист, и я...

–?Она ломает мое расписание!

–?Она или Никич?

–?Он – из-за нее! Сегодня он вообще отменил, перенес мой сеанс на завтра... Я требую... нет, я прошу вас, поговорите с ней, с Никичем... я не могу так...

–?О чем?

–?Он изменился ко мне! – Инна тут же спохватилась, что у нее вырвались неосторожные слова, и добавила: – В смысле пунктуальности... – Она резко повернулась и, не сказав больше ни слова, вышла.

К обеденному столу Алекс пришел прямо из мастерской, извинился, что в халате, сел, потирая руки. Катя принесла супницу с наваристым, как любил Алекс, мясным борщом, Инна налила первую тарелку и передала ее сыну. Ритуал, немного нарушенный появлением Алекса в рабочем халате, заработал.

Каролина не спускала глаз с Инны. Действительно, та была явно не в себе. Неужели только из-за того, что Никич перенес сеанс на другой день? Вырвавшиеся у свекрови слова «он изменился ко мне» не выходили у нее из головы. Так не говорят только потому, что отменен массаж. Она явно испугалась, что проговорилась, и попыталась прикрыться другими словами. Неужели она влюбилась на старости лет в массажиста? А что тут такого? Могла же влюбиться в него Ариша... Да, но Инна знает Никича не первый день, она его давнишняя клиентка. Вопросы возникали и оставались без ответа.

Обратил внимание на состояние матери и Алекс – даже он, погруженный в мысли о картине, заметил, что та сидела бледная, с остановившимся взором, поджатыми губами и практически ничего не ела.

–?Мама, у тебя все в порядке? – заботливо спросил он ее.

–?Немного голова болит...

–?Может, выпьешь бокал вина? Я с удовольствием составлю тебе компанию, Каролина нас поддержит.

–?Нет. Впрочем, я согласна...

Маша проворно поставила бокалы, Алекс тем временем достал из бара бутылку очень хорошего «Саперави», привезенного из Тбилиси еще до того, как начались все эти винные глупости с подачи санитарного врача, ловко открыл, разлил сам, опять же нарушая традицию, сказал: «Чтобы у тебя никогда не болела голова» – и выпил маленькими глотками, смакуя вино, которое считал одним из лучших столовых и ставил его впереди многих итальянских и французских вин.

–?Хорошо сегодня работалось? – спросила Берта Витальевна.

–?Отлично... Я наконец взялся за чтение истории рода баронов, которую переслала мне Светлана. Очень полезное чтение. Многое проясняет. Мне нужно было бы начинать с этого еще до того, как ехать в замок. Оказывается, хотя они и самая младшая ветвь знаменитой фамилии, в конце шестнадцатого и в первой половине семнадцатого веков они переживали расцвет. Тогда они жили от шпаги, а не с земли. Совершили несколько удачных походов, а позже успешно участвовали в сомнительных, но прибыльных операциях на Карибских островах. В те годы эти острова были прибежищем пиратов. Это позволило не только поправить дела, но и восстановить замок, разрушенный противниками в середине пятнадцатого века. Правда, восстановить удалось только башню. И тогда же барон Алессандро заказал несколько портретов своих родителей и, конечно, свой одному из самых дорогих художников. Так написано в очерке. Дорогих или талантливых – вот в чем всегдашняя дилемма. Я расчистил самое начало подписи... – Алекс сделал театральную паузу.

–?Ну? – непроизвольно воскликнула Каролина.

–?Проявились буквы.

–?Говори же!

–?Три буквы, видимо, от имени и одна от фамилии художника.

–?И кто? – спросила Берта Витальевна.

–?Бабушка, дорогая, под эти буквы можно половину художников Италии подставить.

–?Как интересно!

–?Сто лет назад шел фильм, в котором была одна гениальная фраза: «Терпение, Вилли, терпение...»

–?«Подвиг разведчика»! – воскликнула бабушка. – Ох, какой там был Кадочников красивый...

Во время этого, немного шутливого разговора Инна сидела с мертвым лицом. Именно мертвым. После обеда, выходя из столовой, она будто случайно задержалась и, поравнявшись с Каролиной, шепнула:

–?Если вы отговорите вашу подругу делать массаж у Никича, я для вас все сделаю.