Хроники Гнипахеллира (СИ) - Паша Козельский

и купания мы наконец отправились к пещерам великанов. Здесь наша экскурсовод передала нас с рук на руки местному смотрителю.

— С виду кажется, что это природные образования, — сказал тот, показывая на пещеры. — Но попав внутрь, мы понимаем, что они рукотворны, — мы вошли в одну из пещер, и я заметил шлюзы, похожие на те, что мы нашли на хмуром озере.

— А для чего они? — спросила женщина с камерой на шляпке.

— Скорее всего Велеты укрывались тут от катастрофы. — в следующей пещере мы обнаружили светящиеся синие кристаллы, которые росли прямо из стены. — По одной из версий, — рассказывал смотритель. — Крепости звезды состоят из таких же кристаллов, и земля сама выращивает их.

Так мы добрались до самой последней пещеры.

— А здесь живет наша главная достопримечательность! — произнес смотритель. — Великан Сувар. Правда, в последнее время он ни с кем не разговаривает, даже еду принимает не охотно. Я сейчас загляну, но будьте готовы к тому, что к Сувару мы не пойдем. — парень заглянул в пещеру, но уже через пять секунд вылетел оттуда, как угорелый.

— Пусть адепт ордена Спаса и его женщина войдут! — прогремело изнутри. — Остальные убирайтесь!

— У нас время, — вмешалась девушка экскурсовод. — Нам нужно осмотреть еще два объекта.

— Можете ехать, — кивнул я. — Мы достигли цели.

В пещере пахло камнем и гниющим телом. На каменном ложе лежал огромный Велет, лицо которого было испещрено морщинами. Лилит крепко вцепилась в мою ладонь. А я-то думал, что эту даму невозможно чем-то напугать.

— Слишком долго! — сварливо простонал великан.

— Не отпускали, — сказал я, поклонившись.

— Сколько времени прошло с ухода снежного барса?

— Почти полгода, — ответил я.

— Не торопились. Наше время уходит. Я уже собирался умирать, но каменный враг предупредил, что придет кто-то из вас.

Видимо Сувар имел в виду титана.

— Чего ты хотел знать? — прохрипел Велет.

— Как имя того великана, который поднял восстание против королевы Беллы? — задал я сокровенный вопрос.

— Сувар, — ответил великан.

— Что? — поперхнулся я. — Вы?

— Она чуть не заразила весь континент. Победа далась большой кровью моего народа, мы пали почти все, но распространение моровой язвы я остановил.

— Но мятежного великана же казнили? — удивился я.

— Урал Батур взял все на себя, — скривился Велет. — Ингри нужна была показательная жертва. А я тем временем перебрался сюда. Мне нельзя было умирать, я что-то вроде хранителя, как и ты.

— Вы застали катастрофу? — с надеждой спросил я.

— Плохо ее помню, — ответил Сувар. — Я был тогда совсем маленьким. Сначала с неба лился огонь, потом вода, а потом песок. Тяга земная для нас стала неподъемной, и мы поняли, что наше время вышло. Вам было проще, вы заплатили за смену гравитации лишь больными позвоночниками, а нам очень тяжело.

— Зачем вы стали строить дамбы? — спросил я. — Какое дело вам до людей?

— Потому что вы — это мы, — устало произнес великан. — Это началось за долго до катастрофы. В наших семьях начали рождаться маленькие дети, которые так и не вырастали до нормальных размеров. С каждым годом их становилось все больше и были они все мельче. Так и появились люди. Они стали жить особняком, вскоре их потомки стали относиться к нам настороженно и даже враждебно. Век человека намного короче, чем век Велета, но мы всегда помнили, что вы наши дети. Защищали, как могли, порой себе в убыток.

Я открыл рот, но великан перебил меня.

— Слушай внимательно, у меня мало времени. В одной из старых крепостных башен Карабалам-Сити спрятана моя палица. Точнее не помню, найдешь. Отвези палицу в белую крепость, это должно выманить снежного барса. — великан закрыл глаза и откинулся на ложе.

— Он умер? — прошептала Лилит.

— Кажется, да, — тихо ответил я.

Мы выбежали из пещеры и сообщили смотрителю о смерти великана.

— Я знаю, — махнул тот рукой. — Пару месяцев назад он сказал мне, что умрет сразу после того, как поговорит с адептом из ордена, я даже предлагал послать за кем-нибудь в орден, но он сказал, что нам это не выгодно.

— Наживались на нем? — бросила Лилит. — Показывали, как редкую зверушку?

— Тише-тише, — прошептал я, заслоняя смотрителя.

— Видно было, что он устал жить, — печально сказал парень.

— Вы даже не представляете, на какую жертву он и его народ пошли ради всего человечества, — произнес я. — Я надеюсь, вы сможете похоронить его достойно?

— Весь город придет хоронить Сувара, — ответил смотритель. — Он был нашим символом.

Мы купили билеты на ближайший самолет и полетели в Карабалам-Сити. Домой мы вернулись на закате. Сегодня была моя ночная смена, и я сразу отправился в резиденцию. На башне я встретил Аарона, который печально смотрел в небо.

— По новостям сказали, что Сувар умер, — упавшим голосом произнес магистр. — Я надеюсь, ты отпрашивался, чтобы поговорить с ним?

— Сувар ждал нас, — ответил я.

— Что он сказал?

— Мы потомки великанов. Поэтому они и строили эти дамбы, чтобы защитить нас от подземных вод! А теперь я должен выполнить его последнюю волю.

Палица Сувара

Отдежурив ночную смену, я закрылся у себя в лаборатории. В самом начале своего существования Карабалам представлял собой крепость, которую видимо построили поверх великанской дамбы. Чуть позже появилась вторая крепость — резиденция ордена. Изначально ее ставили в стороне от города, но как это обычно бывает, город разросся, и вот теперь наш купол торчит чуть ли не в самом центре. Когда появились мы, горожане расслабились, и старая крепость просто пришла в негодность и развалилась.

Я открыл карту города и увеличил его историческую часть. Крепость находилась вот здесь, сейчас тут университет Карабалам-Сити, вот только ничего от нее не осталось. При учете того, что Сувар просидел в своей пещере около пятиста лет, он мог об этом просто не знать. А нет. Около сорока лет назад один мэр пригрозил выкопать крепость. Однако, дело ограничилось всего одной башенкой, которая сейчас стоит во дворе университетского музея. Вот, собственно, и все, что осталось от прежнего Карабалама. Если каким-то чудом палицы не окажется в той башне, то можно считать ее пропавшей.

На дело я решил отправиться ночью, а пока можно заняться орденской работой. На колокольне обсуждали взрыв танкера с нефтяными отходами в приграничье, который чуть не привел к техногенной катастрофе.

— Я опять все проспал, — посетовал я. — А где произошел взрыв?

— На Калхиде, — ответил Гарри.

— На Калхиде? — ужаснулся я. Родом оттуда была Лилит. Наверняка у нее там оставалась родня, о которой она ничего не рассказывала. К счастью, Туранские солдаты среагировали быстро, и никто не пострадал.

На сайтах приграничья во всем винили империю,