Красавицы и чудовища(СИ) - Татьяна Шульгина

  -- Как же так? Поверить трудно.

  -- Разве можно обвинять Майкла в том, что он оставил ее? Просто Гордон собрался связать свою жизнь с этой женщиной и ему неприятно, что Майкл - живое напоминание, кто она есть на самом деле.

  -- Тебе так много известно обо всем этом. Я считала, что о предстоящей свадьбе Гордона никто не знает.

  -- Двор живет слухами. Просто ты тут недавно, - объяснила Ева. - Нет такого секрета, которого не знали бы придворные. Если знают двое, знают все.

  Фрейлина помогла Николь раздеться и, пожелав спокойной ночи, пошла к себе. По пути она заглянула в бальный зал. Танцы были в разгаре.

  Гордон подошел к сестре и сел рядом. Девушка не заметила его, продолжая наблюдать за танцевавшими парами.

  -- Где принцесса? - спросил он. Бьянка, наконец обратив на него внимание, хмыкнула.

  -- После той сцены, что ты устроил, она не захотела более тут оставаться, - ответила она.

  -- Не понимаю, что на меня нашло, - оправдывался Гордон, - Просто увидел ее с тем негодяем и в голове помутилось. Кристиан между жизнью и смертью, а она с этим гадом любезничает.

  -- И все же, ты был груб, - возразила сестра.

  -- Не понимаю, как так вышло? В последнее время я сам не свой, - князь вытер пот со лба.

  -- Николь будешь объяснять. Я ухожу, проводи меня, - фрейлина поднялась с места. Брат предложил ей руку, и они направились к выходу.

  -- Неужели вы уже покидаете нас? - принц Виктор преградил им дорогу. Гордон поклонился.

  -- Я вдоволь развлеклась, благодарю, - ответила Бьянка, улыбнувшись. Принц ответил князю кивком.

  -- Могу я рассчитывать на танец, княжна? - добавил он, повернувшись к Бьянке.

  Девушка хотела отказать, но не посмела. Принц предложил руку и она, сделав реверанс, взяла его под локоть.

  -- Благодарю, что сделали для меня исключение, - продолжал Виктор, кружа партнершу в вальсе. Фрейлина лишь улыбалась его комплиментам.

  -- Вы не находите это забавным? Я принц, а вы фрейлина и мы ни разу не танцевали?

  -- Я недавно стала фрейлиной, и совсем не люблю балы, - Бьянка разглядывала зал.

  -- Это несвойственно девушке, хотя, надо заметить, вы необычная девушка. Я давно за вами наблюдаю.

  Бьянка слушала принца вполуха, пытаясь сохранять на лице вежливую улыбку.

  -- Я слышал, у вас гостит некий маркиз, - произнес Виктор.

  -- Что? - Бьянка посмотрела на него. - О, простите, музыка так громко играет, я не расслышала ваших слов.

  -- Не слышали или не слушали? - принц не сводил глаз.

  -- Да, Ричард Крафондэр, - Бьянка виновато покраснела. - Я нашла его на дороге. На него напали разбойники.

  -- Хотелось бы познакомиться с ним. Имя кажется знакомым.

  -- Вряд ли вы встречались. Он из обедневшей семьи, хотя и аристократической.

  -- Ваш отец очень добр. Впрочем, так же как и его дочь, - Виктор обворожительно улыбнулся. Его проницательный взгляд не упускал ни одной детали. Бьянка опасалась, что он заметит ее волнение.

  -- Я немного устала, прошу простить меня, - Бьянка вспомнила о маркизе, и желание веселиться куда-то улетучилось.

  -- Простите, что задержал вас. Позвольте проводить? - ловко обходя пары в танце, Виктор подвел девушку почти к выходу. Поклонившись и поблагодарив за танец, он поцеловал ее руку. Придворные дамы завистливо зашептались, глядя на них. Бьянке же было не до принца. В последнее время Ричард вел себя так, словно ее и не существовало, словно между ними ничего не было.

  -- Ну что вы, это честь для меня, - произнесла она стандартную фразу и искусственно улыбнулась.

  -- Могу я попросить вас быть моей дамой на церемонии коронации сестры? - Виктор шел по коридору, сопровождая фрейлину. Она думала, как выскажет Ричарду все, что накипело у нее за вечер.

  -- Конечно, милорд, это честь для меня, - ответила она опять, даже не задумавшись над словами спутника. - Что, простите? Я правильно поняла вас?

  -- Приглашаю вас завтра на обед во дворец, там и поговорим. Сегодня вы определенно не настроены на беседу, я уже четверть часа разговариваю сам с собой, - произнес Виктор, улыбаясь. Они вышли во двор. Кучер поспешил подогнать карету.

  -- Простите, я действительно устала, - девушка накинула на плечи плащ и села в карету.

  -- Жду вас завтра, - Виктор закрыл дверцу и вернулся в зал.

  Музыка гремела, и придворные развлекались вовсю. Только король был печален и лишь изредка улыбался подданным. Велиамор сидел с ним рядом, время от времени говоря что-то, склонившись ближе. В какой-то момент он заметил Праудов в окружении знакомых аристократов. Артур и Изольда расположились на кушетке, а рядом сидел мальчик лет тринадцати. Он не танцевал и не выглядел веселым. Только рассматривал людей и иногда с опаской косился в сторону трона.

  Впервые за долгие годы маг увидел своего сына. Последний раз он видел его, когда принес в дом Праудов. Но тогда мальчик был совсем крошечным, завернутый в теплое одеяло. Велиамор ни на минуту не забывал о нем, но никак не ожидал увидеть тут, на балу. Он немного смутился и замолчал.

  -- Что-то случилось? - спросил король, заметив встревоженный взгляд друга. - А, ты увидел Бенедикта. Он уже совсем большой, скоро пойдет в академию.

  -- Что? Он будет солдатом? - маг не сводил глаз с сына.

  -- Не солдатом, а офицером моей личной гвардии. Это весьма почетно.

  -- Но он литиат, не годится ему служить, - произнес Велиамор.

  -- Может, его спросишь? Или хотя бы расскажешь, что ты его отец. Парень в полной уверенности, что он простой человек.

  -- Не сейчас, время еще не пришло. Лучше ему пока жить с приемными родителями. Для его же безопасности, - маг извинился и поспешил покинуть бал.

  О многом ему нужно было подумать, многое всплыло в памяти. Он поднялся в башню и вошел к Кристиану. Тот стал намного лучше выглядеть, бледность исчезла, дыхание стало более заметным. Маг вышел в коридор.

  -- Тут никого не было в мое отсутствие? Никто не приходил к больному? - спросил он у солдат встревоженно.

  -- Нет. Никого не было, - ответили ребята, уже заметно клевавшие носом.

  Велиамор вернулся в комнату, но дверь лишь прикрыл, оставив зазор.

  -- Может, рассказать про факел? - спросил шепотом один.

  -- Зачем? Что тут особенного? Погас огонь, велика беда, - ответил второй.