Ледяные звезды - Михаил Сурин

– Ты точно хочешь знать это?

– Да, хочу, – настаивал Виктор.

– Врач сказал, что ты будешь здесь находиться не более полутора месяцев.

– Этот гастроэнтеролог? – улыбнулся Виктор.

– Ну да, – не понял Ивар его радости.

– Обычно кости срастаются за месяц, а при достаточно хорошем лечении и питании и того раньше.

Ивар засмеялся.

– Что ж, остается только надеяться, что ты прав, – сказал он. – Я буду молиться, чтобы ты скорее встал на ноги.

– Ну, это как врач решит, – кивнул Виктор.

– Понятно. Ладно, я, пожалуй, пойду, – пробормотал Ивар. – Я теперь часто буду к тебе заходить, в нерабочее время. Завтра снова заскочу. Надеюсь, ты не будешь спать в этот момент.

– Я тоже на это надеюсь. Здесь ведь не знаешь, какое нынче время дня. То ли день, то ли ночь.

Глава 8

Когда Ивар вернулся к своей комнате, его уже ожидал там Мак. Сидя у двери, опершись о стену, он безразлично водил пальцем в соляной пыли на полу. Великан устало приподнялся, когда Ивар появился из-за поворота.

– Ждать тебя – себя не уважать, – проворчал Мак. – Ты где столько времени болтался?

– И я рад тебя видеть, – улыбнулся Ивар. – Я был в госпитале, навестил друга.

– Я гляжу, ты уже неплохо ориентируешься в городе.

– Мне подсказали дорогу, – уточнил Ивар.

– Прекрасно, – кивнул Мак. – Хочешь есть?

– Я б перекусил, – согласился Ивар.

– Тогда сегодня ты выходишь на работу.

– Уже пора? – простонал Ивар.

Мак развел руками.

– Как хочешь, можешь и не работать. Только тогда ты не будешь есть. А это вредно для здоровья.

– Ладно, показывай дорогу.

– Вот так бы ты всегда рассуждал, – проворчал Мак.

Спустившись на вагонетке на нижний уровень, они прошли ту же процедуру, что и раньше. Ивар не взял с собой ничего колюще-режущего, поэтому процесс его обыска не затянулся. Когда они вошли в зал, кроме Вождя, восседающего на троне, там находился еще один человек. Он был высок, худощав и абсолютно лыс. Шелестя синей тогой, он подошел к Ивару, и, протянув ему руку, произнес скрипучим голосом:

– Здравствуйте, молодой человек, я – Андреас Тодт, казначей Стронгейта.

Ивар поздоровался с ним, представился.

– Очень хорошо, – сказал Андреас. – Перейдем к делу. Вы, господин Ивар, наверняка уже знакомы с нашими порядками, верно? Главное правило гласит: кто не работает, тот не ест. В сложившейся ситуации город не может взять на себя бремя содержания вас и вашего друга. Следовательно, вы должны сами зарабатывать пищу. Здесь и сейчас вы выберете тот род деятельности, который вам наиболее приемлем, который вы знаете лучше всего. Что вы умеете?

– Всего понемногу, – замялся Ивар.

– Ваше образование?

– Одиннадцать классов. А сейчас мне двадцать два года.

– Среднее, значит, – кивнул Андреас. – Прекрасно. Многие из жителей даже этого не имеют. А как у вас с физической подготовкой?

– Тьфу-тьфу-тьфу, проблем не имею…

– Стрелять умеете?

– Это лучшее, что я умею, – Ивар расплылся в улыбке.

– Со злаковыми культурами когда-нибудь дело имели?

– Только когда поедал их в виде хлеба.

– Дачу ранее имели?

– У меня дачи не было, у родителей – да, ковырялись они в земле, помню…

– А что с родителями? – поинтересовался Андреас.

– Еще раз спросишь – убью, – оскалился Ивар, побагровев.

Вождь удовлетворенно кивнул.

– Прекрасно, Ивар. Мы позовем вас через несколько минут, – сказал он с высоты своего трона. – Подождите пока за дверьми.

Ивар послушно развернулся и вышел. Снаружи двое охранников закрыли за ним дверь, и он остался наедине с тишиной. Тут же в голову полезли всякие вредные мысли, которые грозили расшатать холодное спокойствие Ивара. Чтобы отвязаться от них, он начал размышлять о том положении, в котором оказался. Нельзя предугадать будущее, поступки других людей, особенно того человека, который смотрел на него свысока. Этот вождь, Алекс Эберт, наверняка очень умен, хитер, опасен. С такими людьми очень трудно тягаться. Его силу чувствуешь издалека, она в его взгляде, тяжелом, властном, повелевающем. Ивар готов подчиниться ему. Другое дело Виктор. Это волк-одиночка закален жизнью в пустоши, его не может сломить ни один человек. Он не станет жертвой обстоятельств. Он горд, силен, храбр, обладает большим опытом, нежели Ивар. Ивару есть чему у него поучиться. Поэтому самое главное – дождаться выздоровления Виктора, пусть для этого Ивару придется выполнять любую работу, чтобы выжить в этом городе.

Ивар обернулся к охранникам, которые, насупившись, исподлобья смотрели на него. Это были широкоплечие, крепко сбитые парни, быть может, не старше Ивара. Черные бронированные костюмы с прорезиненными капюшонами и кевларовыми накладками на груди, животе, плечах, предплечьях, бедрах придавали им еще более мужественный вид. Большие винтовки G11 делали их похожими на героев старинных фантастических шутеров, защищавших Землю от инопланетной угрозы. Ивар походил около них взад-вперед, рассеянно ковыряя пол носком ботинка, прежде чем решился к ним обратиться.

– Ну-с, служивые, как это… как служится-то?

Молчат. Один, правда, шмыгнул носом. И смотрят как-то по-зверски. Такое ощущение, что их накачали какой-то наркотой и поставили на стражу, чтобы ни один человек, ни одна мышь не проскочили мимо. Ивар поежился и решил больше вопросов не задавать.

Через минуту двери приоткрылись, и наружу выглянул Мак.

– Эй, Ивар! – прошептал он. – Пс! Иди сюда! Похоже, высшие решили насчет тебя, просят зайти.

Ивар пожал плечами и прошел вслед за Маком в зал. Андреас листал свой ежедневник, наморщив гладкий, как яблоко, лоб.

– Так, гражданин Ивар, похоже, мы нашли вам подходящее занятие. Как у вас со зрением?

– Превосходно, – ответил Ивар.

– Тогда вопросов больше не имею. Через пятнадцать минут вы должны будете пройти в оружейную комнату, чтобы получить ваш автомат. Отныне вы – смотровой и ученик Киры де Крузо. А в перерывах между дежурствами будете работать на строительстве нового крыла жилого сектора, где в настоящий момент мы вводим в строй еще двадцать комнат. Удачи, гражданин Ивар!

Андреас величественно кивнул, словно вождь здесь он, а не тот человек, сидящий на троне. Мак тронул Ивара за локоть, и они направились к выходу.

– Ну как тебе работа? – спросил Мак, когда они вышли из зала. – Тебе повезло, не каждому сразу дают место смотрового. Некоторым вначале приходится чистить толчки, вымывать отходы, чтобы жизнь медом не казалась. Тебя здесь мало кто знает, поэтому не говори никому, на всякий случай, кем ты стал – это может породить зависть.

Ивар кивнул.

– А почему, как ты думаешь, меня направили на эту работу? – спросил он после некоторого раздумья.

– Скорее всего, из уважения к твоему другу. А также потому, что вы здесь только гости.

Значит, Вождь не намерен оставлять их на постоянное житье? Очень хорошо, подумал Ивар, так как мы и не согласились бы на подобное предложение. Один раз побывав наверху, никогда не сойдешь под землю навсегда.

Вагонетка вынесла Мака и Ивара в промышленный уровень. Как всегда, там кипела работа, слышался визг циркулярной пилы, грохот отбойников, рев двигателя. Под потолком скопились выхлопные газы, и Ивар пригнулся, чтобы не надышаться.

– Сегодня накрылась система вентиляции, поэтому здесь может быть немного неудобно, – отметил Мак, нацепив фильтрующий противогаз. – Не беспокойся, у оружейника ты получишь персональный респиратор.

– Скорей бы, – согласился Ивар, которому уже становилось дурно.

Мак нажал на кнопку звонка, и огромная толстая железная дверь приоткрылась. Мак схватился за ручку и, напрягшись, отворил ее. За этой дверью оказалась вторая, не менее мощная. Как Ивар понял потом, весь механизм состоял в том, что пока открыта первая дверь, вторая – закрыта, и наоборот. Раньше такие двери стояли в следственных изоляторах, тюрьмах, колониях строгого режима. Весьма хитроумная защита, учитывая, что хранится внутри.

Оружейник оказался толстым, тяжелым мужчиной лет пятидесяти. Эдакий современный Точигияма в послевоенном представлении. Он находился за пуленепробиваемым стеклом и не имел никаких контактов с прочими людьми. Так, попытка захвата оружейного склада все равно окончилась бы неудачей, если бы бунтовщики даже преодолели первоначальную преграду. Под его рукой пульт управления, пустить отравляющие газы в приемную – в его власти.

– Кто такие? – динамик над головой передал глухой голос оружейника.

– Меня зовут Ивар Харковичкюс, я пришел от господина Тодта. Он передал свое распоряжение о выдаче мне снаряжения?

– Да, конечно, получите и распишитесь, – слово «распишитесь» было скорее не к месту, поскольку никакой бумажки не появилось. Справа в стене открылся ящик, в котором лежали АК-47, пять рожков с патронами 7,62x39 и четыре гранаты F-1.

– Экономь патроны, – проворчал оружейник. – У нас здесь не патронный завод.