Загубленная добродетель - Кора Рейли

я был центром мира, как будто он был всем, чего он хотел, и это придало мне уверенности. Я опускался очень медленно. Наконечник Сантино пробил мое отверстие. Я ненадолго напрягся от ощущения полноты и болезненности.

Сантино намочил большой палец и начал тереть мой клитор, хотя я была достаточно возбуждена. Тем не менее, я наслаждался видом сильной руки Сантино, доставляющей мне удовольствие. Я смотрела полуприкрытыми глазами, как он слегка поглаживал меня. Мои соски были почти болезненно твердыми от вожделения, и я протянул руку и начал теребить их. Сантино издал низкий стон, который только подстегнул меня. Я тянула и крутила свои соски, медленно поворачивая бедра и опускаясь, пока член Сантино не оказался полностью внутри меня. Я сжалась и замерла, мой язык высунулся, чтобы смочить сухие губы.

Сантино тяжело дышал, его пресс напрягся, а выражение лица было полным желания. Его большой палец быстрее потер мой клитор, и я снова сжалась.

«Расслабься», — сказал Сантино. Я не была уверена, что он имел в виду, но я решила сосредоточиться на ощущениях, когда он наполнял меня, его большого пальца, кружащего по моему гладкому клитору, моих пальцев, теребящих мои соски.

Я не двигала бедрами, только позволила своим стенкам сжаться вокруг обхвата Сантино, а затем мой клитор запульсировал, и ощущение пробежало по моему телу. Я вскрикнула, сжимая еще сильнее и почти болезненно сжимая соски, когда кончила.

«Просто так», — пророкотал Сантино, нежно лаская мой клитор, когда я спустилась с высоты. Я опустила руки и оперлась на его грудь, тяжело дыша, как будто участвовала в родео. Сантино обхватил мои ягодицы и сжал. «Теперь ты готов оседлать меня».

Я был более чем готов. Если это возможно, мой оргазм сделал меня еще более возбужденным. Я чувствовал себя чрезмерно возбужденным и готовым кончить снова. Это было электризующее ощущение, которым я не мог насытиться. Все еще прижимая руки к его груди, я начала медленно поднимать бедра, позволяя члену Сантино почти полностью выйти из меня, прежде чем я опустилась обратно. Вскоре я ускорил темп и добавил вращение, пока выражение лица Сантино не исказилось похотью.

«Мне нравится чувствовать, что я контролирую тебя», — выдавила я, сжавшись вокруг него, заставляя его издать резкий стон.

Сантино бросил на меня взгляд, которого я не поняла, и его пальцы на моих ягодицах напряглись. Я наклонилась, ловя его губы для поцелуя. Сантино обхватил мою голову, углубляя поцелуй без колебаний.

Мне понравилось, как таз Сантино потирал мой клитор в этой позе.

Это ощущалось более интенсивно, но и ближе. Долгое время мы с Сантино смотрели друг на друга, пока мои бедра медленно двигались.

«Ты сказал, что каждый последующий раз будет трахаться», — резко прошептал я. «Это еще не похоже на траханье».

Знающий блеск наполнил глаза Сантино, прежде чем один уголок его рта приподнялся в дерзкой усмешке. «Я могу трахнуть тебя так, как ты хочешь, не беспокойся».

Я не был уверен, что это было то, чего я хотел, не все, что я хотел, но это было то, на что я должен был согласиться.

Сантино схватил меня за бедра и начал толкаться вверх жесткими глубокими движениями, которые эхом отдавались в моем теле, как землетрясение. Это было больно и в то же время невероятно приятно.

Я схватила его за предплечья, нуждаясь в поддержании равновесия, когда он врезался в меня снова и снова, его грудные мышцы и пресс напряглись от усилий, выражение его лица было суровым и похотливым. «Скажи мне, если это слишком много», — процедил он сквозь зубы.

Я кивнул, но я бы не сказал ему, потому что этот жесткий трах, эта сторона Сантино была безопаснее для моего сердца, и эту часть себя я хотел защитить больше, чем больную киску.

Когда Сантино пришел через несколько минут, он увлек меня за собой через край, и я, задыхаясь, упала ему на грудь. Его сердце бешено билось под моей головой, и мое собственное соответствовало его интенсивности. Руки Сантино скользнули вверх от моих бедер, чтобы погладить мою спину, и я позволила себе насладиться ощущением, прежде чем выпрямилась. К этому времени на улице было светло. Я взглянул на часы на тумбочке Сантино.

«Мне нужно подготовиться к занятиям».

Сантино кивнул.

Я слезла с него. Он снял презерватив. «Ты хочешь, чтобы я выбросил это? Я все равно направляюсь в ванную».

«Я положу это в мусорное ведро на кухне».

Я кивнула, затем схватила свою одежду с пола и поспешила в ванную. Когда я вошел в душ и позволил теплой воде массировать мое больное тело, я был разорван. Я был в восторге от того, что произошло, но в то же время мне было интересно, как у нас это получится. Секс без привязанности. Обязательство с истекшим сроком действия. Исключительность или верность?

Я хотел большего из того, что было у нас с Сантино, но я знал, что иногда большего было слишком много.

Глава 20

Сантино

Когда я набирал свое ежедневное электронное письмо Данте и Валентине на следующее утро после того, как я переспал с Анной, я все еще испытывал чувство неверия в то, что произошло.

Мы трахались. Дважды.

Я лишил Анну девственности и попросил ее об эксклюзивности, как она выразилась. Я не был уверен, что на меня нашло. Меня никогда не волновало, спала ли какая-нибудь из женщин, с которыми я был, с другими. Естественно, они все-таки были женаты. Но с Анной? Одна мысль о том, что она может быть с кем-то другим, заставила меня захотеть убить этого человека.

Одна мысль о том, что однажды она будет принадлежать Клиффи, заставила меня захотеть убить этого ублюдка прямо сейчас.

Часть меня хотела признаться во всем Данте. Не потому, что я пытался быть благородным и признаться в этом своему Капо. Я просто надеялась, что он решит отменить помолвку Анны с Клиффордом.

Конечно, самосохранение и рациональность заставили меня выбрать ложь. Когда Анна через несколько лет вышла замуж за Клиффорда, мы с ней, вероятно, давно потеряли интерес друг к другу. Рисковать ее репутацией и своей жизнью только потому, что я был одержим ею сейчас, было абсолютно идиотским.

Я, как обычно, ждал ее в машине перед ее школой моды, но когда на этот раз она села на пассажирское сиденье, наше взаимодействие было напряженным. Обычно она говорила что-нибудь провокационное, и я отвечал в свою очередь, но на этот раз она только напряженно улыбнулась, и я тоже не мог придумать что-нибудь остроумное. Черт, это был первый раз, когда я вел себя как идиот рядом с женщиной после секса.

Я завел машину, радуясь звуку двигателя. Мы не разговаривали всю поездку в машине. Вернувшись в нашу квартиру, я приготовил для нас крепкий кофе.

Анна прочистила горло. «Мне это не нравится. Я хочу,