Ароматы - Джоанна Кингсли

Золотой кружок на кровати обратился в прах. Ви закрыла коробочку и сунула ее под матрас.

Ви не к кому было обратиться за советом; она не могла рассказать о случившемся отцу, зная, что он может так вспылить, что Марти навсегда уйдет из дома.

Но как же поступить? Невозможно сделать вид, будто ничего не произошло. Надо заставить сестру признаться, но действовать как можно мягче.

Марти вернулась домой ночью, и Ви сделала вид, что спит. Наутро она заставила себя беспечно обратиться к сестре — Эй, Марти! Спасибо за подарок! Очень красивый браслет. Где ты его достала?

— Купила в ювелирном магазине.

— Видно, стоит уйму денег.

— Не волнуйся. Сестра у меня одна, и школу кончают не каждый день.

Ви собралась с духом и выпалила: — Верни его в магазин!

Марти резко спросила: — Тебе не понравился?

— Очень красивый. Но ведь ты купила его на мои деньги из носка!

— Какие деньги? — холодно переспросила Марти.

— Тс, что лежали в моем носке. Я их выручила за «Тадж». Они нам так нужны! Надо погасить долг за квартиру, расплатиться с лавочниками, купить новые ингредиенты для духов.

— Это твои заботы. — Марти повернулась и пошла к двери, но Ви схватила ее за руку.

— Отстань, шлюха! — закричала Марти, вырывая руку и отталкивая сестру.

— Марти! Я рада, что ты хотела сделать мне подарок. Но нам так нужны деньги!

— У меня их нет.

— Тогда помоги мне достать их!

— Для чего? Сама добывай, или пусть твой папочка тебе поможет.

Ви хотелось закричать, но она сдержала себя и продолжала мягко: — Я не могу пойти к отцу. Он ничего не знает об этом. — Марти взглянула на сестру с удивлением. — Пожалуйста, помоги мне. Это нетрудно — вернуть браслет и получить деньги.

Марти была растеряна — обычно она удирала с легкой совестью, заявляя, что семейные дела не ее забота. Но на этот раз ей стало жаль ограбленную Ви и ее тронула просьба сестры о помощи. Если она достанет деньги, Ви будет любить ее, рассудила Марти.

— О'кей, — сказала она, — я сделаю это. — Но когда Ви хотела обнять ее, Марти отступила и выскочила из комнаты.

Ювелирные изделия были выставлены в закрытых стеклянных витринах, украшения из дерева, стекла, керамики лежали прямо на прилавке, и покупательницы могли брать и рассматривать их, примерять перед зеркалом и класть обратно.

Ви впервые была в знаменитом салоне фирмы «Магдал-Хофман», одном из самых модных и дорогих магазинов Нью-Йорка. В сумочке у нее было два флакона «Тадж», и она хотела встретиться с Филиппой Райт, главной закупщицей знаменитого магазина.

Она пришла сюда без предварительной договоренности, даже без звонка. Отец был убежден, что без связей и знакомств она не добьется приема.

— Но я все же попробую.

— Надо быть реалисткой, дитя мое, — убеждал он ее. — В таких местах не тратят время на маленьких девочек. Было бы лучше пойти мне. Твой индиец сказал, что тебе придется иметь дело с женщиной, а я умею с ними обращаться.

— Наверное, — холодно подтвердила Ви. — Но наш товар — не твое обаяние, а твои духи. И я добьюсь того, чтобы их купили.

— Упрямица! Когда-то и я был таким же. Ты быстренько сложишь крылышки, как бабочка на морозе. Тебя и слушать-то не станут. Сочувствия не жди.

— Мне и не надо сочувствия. Если ты прав и мисс Райт не захочет видеть меня, я приду на следующий день, еще через день. И так буду ходить много дней подряд, пока не поговорю с ней.

— Ты — маленькая дурочка, — нежно сказал отец, вспоминая свое единоборство с Морисом, когда Арман решил покинуть Шанель. Ви унаследовала его упорство, его честолюбие и, может быть, его «золотой нос». Вспомнив непреклонность Мориса, Арман смягчился. — Желаю тебе удачи, — сказал он и, подумав, добавил: — Если ты встретишься с ней и упомянешь обо мне, то скажи, что я изучил свое искусство у Жолонэй.

— Что это?

— Человек, — печально отозвался он. — Человек, который изобрел изумительные ароматы.

Ви посмотрела на отца озадаченно, почувствовав в его тоне какой-то непонятный ей намек.

— Ты не забудешь? Жолонэй.

— Не забуду, — пообещала Ви.

Теперь, в обширном холле магазина фирмы «Магдал-Хофман», она искала табличку парфюмерного отдела. На первом этаже торговали перчатками, сумками, бижутерией, косметикой и духами. Богатство и изысканность царили здесь, но не подавляли чрезмерностью. Ви сразу почувствовала за нарочитой простотой декора могущество власти и роскоши. Юная девушка не знала афоризма о старом и новом богатстве, но ощутила в атмосфере магазина спокойную уверенность. Она поняла, что большинство покупателей пользуются услугами магазина постоянно, зная, что здесь им предложат лучшие товары.

Ее немного смущала мысль, что она выделяется на фоне элегантности и строгого вкуса своим простым черным платьем с ниткой искусственного жемчуга за двадцать пять центов — единственным взрослым туалетом в ее скромном гардеробе. По какому-то внезапному побуждению Ви купила платье и бусы недавно, испытывая чувство вины за трату, и надела этот наряд впервые.

Наконец, Ви нашла прилавок парфюмерии и стояла, разглядывая большие рекламные флаконы модных духов «радость» и «Арпеджио». Продавщица была занята с покупательницей, подавая ей один за другим флаконы разных духов, но та ни на чем пока не остановилась. Это была высокая женщина в зеленом шелковом платье и жакете в тон, с темными волосами, стянутыми в узел на затылке, лицом в форме сердечка, освещенным темными живыми глазами.

— Я хочу что-нибудь новое, Абигайль, — мягко обратилась она к продавщице. — Вы же знаете, что вот уже двадцать лет я пользуюсь духами «Синий час», но мне хочется нарушить традицию. Женится мой старший сын, и я хочу чего-то жизнерадостного, игривого, чтобы отогнать мысли о старости.

— Понимаю, мадам, — сказала Абигайль, подавая еще один флакон. — Вот этот аромат отличается от восточных полутонов «Синего часа».

Клиентка понюхала — Очень мило. Горячий, насыщенный запах, но, пожалуй, это не для меня. Что это?

— «Реплика».

Женщина понюхала снова.

— Да, это не для меня Слишком — как бы это сказать? — знойный, страстный запах. Мне захотелось позволить себе немного безрассудства, но я вовсе не хочу, чтобы меня сочли распущенной женщиной, — засмеялась она.

В этот миг Ви украдкой вынула из сумочки флакон «Таджа» и, мазнув каплю за ушами, сунула флакон обратно, закрыла сумочку и подошла к прилавку. Высокая покупательница повернулась к Ви с рассеянной улыбкой женщины, которой кажется, что она встретила знакомую, и вдруг наклонилась к ней: — Что это у вас за духи? Какой божественный запах.