Игра в прятки. История американского подводного шпионажа - Шерри Зонтаг

концов все здесь зависят друг от друга. Первые уроки, которые получал любой лейтенант с высшим образованием, заключались в том, что он далеко не уйдет без помощи своих старшин и рядовых парней, готовых с энергией и самоотдачей решать все возникающие проблемы. А их не перечесть в ходе многомесячных походов.

И вот сплоченному Маком экипажу предстояло испытание. Неделю спустя после начала похода «Лэпон» получила сообщение, которое так ожидал Мак. 16 сентября система подводных гидрофонов засекла проход подлодки типа «Янки» к северу от Норвегии. Она шла из Баренцева моря к проходу между Гренландией, Исландией и Великобританией. Вторая система подводных гидрофонов обнаружила ее проход около острова Ян Майен, у входа в Датский пролив, отделяющий Гренландию от Исландии. Если бы Мак смог перехватить «Янки» до того, как она пройдет пролив и выйдет в открытый океан, где ее найти значительно труднее, то «Лэпон» могла бы попытаться преследовать ее.

Пока Мак полным ходом шел к Датскому проливу, противолодочный самолет союзников «Орион» подтвердил направление движения «Янки». «Лэпон» прибыла к проливу на следующий день и начала патрулировать, медленно передвигаясь вперед и назад у его южной оконечности, неподалеку от берегов Исландии.

Донни Беллинг, старший рулевой на лодке, повесил в старшинской кают-компании карту, чтобы показывать экипажу местонахождение своей лодки. Если удастся настичь «Янки», ее позиция также будет указываться на карте. Посвящение экипажа в такие подробности не предусматривалось правилами. Но Мак хотел пробудить в экипаже энтузиазм. Если люди знают, какая ответственная задача им поставлена, они охотнее будут мириться с нехваткой сна, с другими невзгодами.

Мак призвал личный состав усовершенствовать свои боевые посты. В центральном посту вокруг него сгрудились штурманские столики, компьютерное оборудование, пост управления оружием со всеми осциллографами, циферблатами, приборными щитами и автопрокладчиком. Трубопроводы над головой и на переборках создавали впечатление еще большей скученности. В центре всего этого находился перископный стенд. Два перископа возвышались на пьедестале высотой 30 см. Перед ним сидели офицер, ответственный за глубину погружения, и два рулевых горизонтальных рулей, внимательно следящих за глубиномерами. У вахтенных гидроакустиков, штурманов и рулевых были две основные задачи: обнаружить «Янки» и не дать ей обнаружить себя.

Прошли всего сутки с момента, как «Янки» прошла к востоку от «Лэпон». Шумы «Янки» были настолько слабыми, что гидроакустики почти не слышали их на фоне шумов находившихся неподалеку рыболовецких траулеров и кишащей морской живности. Но вот появилось слабое мерцание на осциллоскопе, появилось электронное изображение советской субмарины. Предстояла нелегкая работа. В шумных водах около Гренландии «Янки» была слышна достаточно отчетливо, лишь когда она оказывалась на расстоянии около 1200 метров от «Лэпона».

Мак повел «Лэпон» на юго-восток. Он намеревался сделать рывок и затем «дрейфовать». Идея заключалась в том, чтобы на скорости 20 узлов приблизительно за полчаса дойти до точки, которую пройдет «Янки», если будет идти с постоянной скоростью. Затем «Лэпон» уменьшит ход до 3–5 узлов и станет в основном слушать.

«Янки» показалась, но вскоре снова исчезла. Мак забеспокоился. Советская лодка не придерживалась первоначального курса. Каждый раз, когда шумы «Янки» доходили, она почти сразу же терялась в фоновом шуме Атлантики. Шум становился еще громче из-за сильных течений, вызванных бушующим на поверхности штормом. Мак нервно ходил по центральному посту, расстроенный тем, что приходится ползти практически вслепую в океане, зная, что «Янки» находится так близко.

В последующие несколько дней «Лэпон» находила и теряла «Янки» неоднократно. На четвертый день «Янки» показалась опять. Сначала в течение одного часа, затем двух и трех часов. Гребные винты «Янки» вращались с постоянной скоростью, что было хорошо слышно в наушниках вахтенных гидроакустиков. 6 часов, 12 часов «Янки» шла постоянным курсом по носу у «Лэпон». Но на восемнадцатом часе «Янки» исчезла с экранов гидролокатора. Разыгранная Маком подводная драма провалилась.

К этому времени большинство офицеров и часть рядовых в течение нескольких суток недосыпали. Сам Мак лишь изредка дремал в кресле, не выходя из центрального поста. И вот горькое разочарование сменило у подводников то возбуждение, которое поддерживало их так долго.

Никто не говорил об очевидном. Но все понимали, что практически невозможно уследить за курсом этой почти бесшумной советской лодки нового поколения, когда она проходит через какофонию шумов океана.

Разочарование Мака разделяли в Норфолке и в Вашингтоне капитан первого ранга Бредли, вице-адмирал Арнольд Шейд, все еще командующий подводными силами на Атлантике, и адмирал Мурер, командующий ВМС в Северной Атлантике. Они были в курсе событий, так как Мак посылал в диапазоне УКВ через самолеты, летавшие над ним, короткие сообщения о ходе операции. В свою очередь ВМС своевременно информировали помощников президента, причем Никсона информировали о ходе операции в реальном масштабе времени.

Адмиралы дали приказ всем системам подводных гидрофонов в том районе заниматься прослушиванием шумов «Янки». Противолодочные самолеты «Орион» также были нацелены на выполнение этой задачи. Но усилия гидрофонных систем и самолетов оказались безуспешными.

Мак решился на весьма рискованный маневр. Пригласив штурманов и других офицеров в кают-компанию, он объявил, что отказывается от перехвата «Янки» в Датском проливе. Вместо этого надо попытаться угадать, куда она направилась дальше, чтобы перехватить ее у места назначения. Теперь Мак, его старший помощник Чарлз Брикель, инженер Ралф Тиндал и другие офицеры склонились над картами и начали интенсивную игру типа «угадайки», воображая себя на месте командира советской лодки. После долгих логических рассуждений они пришли к выводу, что «Янки» следует перехватывать на несколько сотен миль южнее, около Азорских островов. «Лэпон» погрузилась и в течение трех суток шла к намеченному месту. Мак волновался. Почти сразу же как «Лэпон» стала патрулировать в новом направлении, ее корпус заскрежетал по чему-то металлическому. Мак бросился в центральный пост. Вахтенный офицер горизонтальных рулей доложил, что лодка теряет глубину.

4800– тонная «Лэпон» оказалась захваченной глубоководными сетями рыболовного траулера, запутавшись в металлических грузилах сетей и в толстом металлическом тросе. «Янки» могла проскочить в любой момент, а «Лэпон» болталась на привязи.

Вскоре рыбаки отказались от затеи вытащить крупную рыбу, а, возможно, просто обрубили трос сети. Во всяком случае, они убрались из этого района, чтобы потом рассказывать легенду – какой сказочный улов сорвался. Но кусок троса обвился вокруг гидролокатора на носу. Как теперь бесшумно следить за «Янки», если трос будет стучать по корпусу?

У Мака не было выбора. Дождавшись темного времени суток, он дал команду на всплытие. Оставалось только молиться, чтобы «Янки» не проскочила, по крайней мере, не сейчас. Он отправил матроса на рубочные рули с парой специальных резаков. Трос удалось отрезать и сбросить в воду.