Вся Агата Кристи в трех томах. Том 3 - Агата Кристи

вежливо попросить всех домочадцев позволить нам снять отпечатки их пальцев. Конечно, никакого принуждения, исключительно по желанию. Скорее всего, никто не откажется, и тогда нас могут ждать только два варианта. Либо ни один из отпечатков не совпадет с исходными, либо…

— Либо мы узнаем искомого мужчину?

— Я полагаю, так. Или, возможно, искомую женщину.

Лич отрицательно покачал головой:

— Нет, женщина тут ни при чем. Отпечатки на клюшке были оставлены мужской рукой. Слишком велики для женщины. И кроме того, это не женское преступление.

— Ты прав, — согласился Баттл. — Чисто мужское преступление — жестокость, сила, некоторая спортивность и глуповатость. Подходит ли кто-то в этом доме под такое описание?

— Пока я никого не видел. Все они должны были собраться в столовой.

— Что ж, пойдем поглядим на них. — Он обернулся, бросив через плечо взгляд на кровать, и заметил: — Не нравится мне этот колокольчик…

— С чего бы это?

— Он как-то не укладывается в общую картину, — ответил Баттл и, открыв дверь, добавил: — Я не понимаю, кому могло понадобиться убивать ее? Конечно, множество вздорных старых дам сами напрашиваются на то, чтобы их треснули по черепу. Но эта производит совершенно иное впечатление. Мне кажется, что ее любили. — Он помолчал немного и затем спросил: — А ведь она, наверное, была богата? Кому достанутся ее деньги?

Лич понял, что скрывается за этими словами.

— Похоже, вы попали в точку! Возможно, здесь и кроется ответ. В первую очередь надо будет выяснить денежный вопрос.

Пока они спускались на первый этаж, Баттл просматривал список домочадцев.

— Мисс Олдин, мистер Ройд, — вслух читал он, — мистер Стрендж, миссис Стрендж, миссис Одри Стрендж. Гм… семейство Стренджей явно преобладает.

— Это две его жены, насколько я понимаю.

— Уж не предстоит ли нам встретиться с Синей Бородой? — приподняв брови, пробурчал суперинтендант Баттл.

Все семейство собралось в столовой за накрытым столом, хотя трапеза, похоже, была явно безрадостной.

Суперинтендант Баттл окинул проницательным взглядом повернувшиеся к нему лица. Он оценивал их по своему, особому, методу. Его мнение удивило бы их, если бы они смогли прочесть его мысли. Данный метод предполагал крайне суровую и пристрастную оценку. Конечно, закон предписывал считать любого человека невиновным, пока не доказана его виновность. Но суперинтендант Баттл обычно рассматривал каждого, кто связан с убийством, как некоего потенциального убийцу.

Он последовательно обвел глазами всех присутствующих: во главе стола, бледная и напряженная, сидела Мери Олдин, рядом с ней Томас Ройд набивал очередную порцию табака в свою трубку; далее, откинувшись на спинку стула, сидела Одри, держа в правой руке кофейную чашку с блюдцем, а в левой — сигарету; следующим был Невиль, выглядевший совершенно ошеломленным и растерянным, он дрожащими руками пытался прикурить сигарету; и наконец, Кей, она сидела, облокотившись на стол, бледность ее лица была заметна даже сквозь слой пудры. Суперинтендант Баттл бегло оценивал каждого, и вот каковы были его мысли: «Предположим, это мисс Олдин. Хладнокровная особа и, надо отметить, определенно очень неглупая женщина… Не так-то легко будет пробить ее броню. Мужчина за ней — темная лошадка, — покалеченная рука, непроницаемое лицо, возможно, страдает комплексом неполноценности. Далее, я полагаю, первая жена — напугана до смерти, — да, да, очень сильно напугана. Как-то странно она держит чашку с кофе. Следующий сам мистер Стрендж; где-то я видел его прежде. Он весь трясется — нервишки пошаливают. Рыжеволосая яркая девица — чертовски темпераментна. В голове ее, возможно, тоже черти водятся».

Пока Баттл делал свои критические умозаключения, инспектор Лич произносил маленькую официальную речь. Мери Олдин представила всех присутствующих поименно.

В заключение она сказала:

— Конечно, это было для нас ужасным потрясением, но мы постараемся помочь вам, чем только сможем.

— Для начала нам необходимо выяснить, — сказал Лич, поднимая руку с клюшкой, — кому принадлежит эта клюшка. Кто-нибудь может ответить?

Тихо вскрикнув, Кей сказала:

— Какой ужас! Неужели этой… — Она не договорила.

Невиль встал и, обойдя вокруг стола, подошел к Личу:

— Похожа на мою. Могу ли я поближе рассмотреть ее?

— Да, теперь можете, — сказал инспектор Лич. — Пожалуйста, возьмите ее.

Его многозначительно сказанное «теперь», казалось, не произвело никакого впечатления на присутствующих. Невиль осмотрел клюшку.

— Мне кажется, ниблик из моего набора, — сказал он. — Я могу уточнить это через пару минут. Пойдемте со мной, если желаете.

Полицейские последовали за ним к вместительному чулану под лестницей. Он открыл дверь, и в глазах Баттла буквально зарябило от хаотического изобилия теннисных ракеток. Его былое недоумение тут же прошло — он вспомнил, где видел раньше Невиля Стренджа.

— Сэр, — быстро сказал он, — я не раз видел вашу игру в Уимблдоне.

— Да? Вполне возможно, — сказал Невиль, слегка повернув голову.

Он отбросил в сторону несколько ракеток. Под ними, привалившись к рыболовным снастям, стояли два мешка с клюшками для гольфа.

— В гольф играем только моя жена да я, — пояснил Невиль. — Вот это, по-моему, мужские клюшки. Да, точно — это мой набор.

Он вытащил мешок, вмещавший по меньшей мере четырнадцать клюшек.

«Такие спортивные парни, — подумал Лич, — обычно крайне высокого мнения о собственной персоне. Ох и достается же, наверное, от него мальчикам, прислуживающим при игре в гольф».

— Это набор нибликов от Уолтера Хадсона из Сент-Эсберта, — сказал Невиль.

— Благодарю вас, мистер Стрендж. Это может помочь нам решить один вопрос.

— Чего я не могу понять, так это почему ничего не украли. И замки, похоже, никто не взламывал. — Его голос звучал недоумевающе и в то же время испуганно.

Баттл сказал себе: «Они все уже подумали об этом, несомненно».

— Слуги, — сказал Невиль, — исключительно порядочные люди.

— Насчет слуг я поговорю с мисс Олдин, — уклончиво сказал инспектор Лич. — А между тем я хотел спросить, не могли бы вы подсказать нам, кто являлся поверенным леди Трессильян?

— Асквит и Трелони, — не задумываясь ответил Невиль, — из Сент-Лу.

— Благодарю вас, мистер Стрендж. Нам необходимо выяснить у них все, что касается состояния леди Трессильян.

— Вы хотите узнать, кто наследует деньги? — спросил Невиль.

— Совершенно верно, сэр. Ее последняя воля, завещание, в общем, все распоряжения.

— Насчет ее личного завещания мне ничего не известно, — сказал Невиль. — Насколько я знаю, у нее было не так много собственных средств. Но я могу вам сказать об основной части состояния Трессильянов.

— Да, мистер Стрендж?

— Оно переходит ко мне и моей жене по завещанию умершего сэра Метью Трессильяна. Леди Трессильян имела только определенное пожизненное содержание.

— Ах вот оно что! — Инспектор Лич взглянул на Невиля с повышенным вниманием человека, который обнаружил в антикварной лавке ценное добавление к своей домашней коллекции. Этот взгляд