Вся Робин Хобб в одном томе - Робин Хобб

также вылил воду из ведер и кувшина. Я обследовал мои запасы свечей и дров в поисках порошка или смолы, проверил, нет ли пудры на моем белье, и выкинул весь свой запас трав. Я не мог рисковать. Ничего подозрительного я не обнаружил. Все вещи были на месте, и не появилось ничего нового. Через некоторое время я опустился на кровать, чувствуя себя усталым и расстроенным. Мне придется быть настороже. Я вспомнил происшествие с шутом и обдумал это. Я не хотел, чтобы меня запихнули в мешок и избили в следующий раз, когда я войду в свое жилище.

Комната внезапно показалась мне тюрьмой, ловушкой, в которую я должен возвращаться каждый день. Я покинул её, не потрудившись запереть дверь. Замки были бесполезны. Пусть видят, что я не боюсь, хотя на самом деле это не так. Я вышел во внутренний двор замка. Вечер выдался мягким и светлым. Не по сезону теплая погода не успокоила меня, и я решил прогуляться в город, навестить моих товарищей на «Руриске», а потом зайти в таверну выпить пива. Прошло очень много времени с тех пор, как я в последний раз был в городе и слушал разговоры горожан. Было бы облегчением на некоторое время спрятаться от придворных интриг.

Я шел к воротам, когда передо мной встал молодой стражник.

— Стой! — сказал он, а потом, узнав меня, добавил: — Прошу вас, сир.

Я послушно остановился.

— Да?

Он откашлялся и неожиданно покраснел до корней волос. Потом набрал в грудь воздуха, но ничего не сказал.

— Тебе что-нибудь от меня нужно? — спросил я.

— Пожалуйста, подождите минутку, сир, — пробормотал стражник.

Парень исчез в сторожке, а через мгновение оттуда вышла дежурная стражница постарше. Она мрачно посмотрела на меня, глубоко вздохнула, как бы пытаясь собраться с духом, и тихо сказала:

— Вам не дозволено выходить из замка.

— Что? — Я не поверил своим ушам.

Она напряглась. Когда она заговорила, её голос был более твердым.

— Вам не дозволено выходить из замка.

Волна гнева обожгла меня.

— Чей это приказ?

Она стояла твердо.

— Приказы исходят от капитана стражи, сир.

— Я знаю и хочу поговорить с капитаном. — Я старался говорить вежливо.

— Его тут нет, сир.

— Понял.

На самом деле я не совсем понимал. Я осознавал, как петли затягиваются вокруг меня, но не мог объяснить, почему именно сейчас. С другой стороны, почему нет? С тех пор как болезнь сломила Шрюда, моим защитником стал Верити, но теперь его поблизости не было. Я мог обратиться к Кетриккен, но тогда бы ей пришлось открыто противостоять Регалу. Я этого не хотел. Чейд, как всегда, был только тенью. Все это быстро пронеслось у меня в голове. Я уже уходил от ворот, когда услышал свое имя.

В гору поднималась Молли. Синее платье служанки развевалось на ветру. Она бежала тяжело, неровно — это было так не похоже на её обычную изящную походку. Она была в изнеможении или близка к нему.

— Фитц! — снова крикнула она, и в её голосе был страх.

Я пошел к ней, но стражница внезапно загородила мне дорогу. В её лице тоже был страх, но и решимость.

— Я не могу позволить вам выйти за ворота. Я получила приказ.

Я хотел отбросить её с дороги, но подавил свою ярость. Драка не поможет Молли.

— Тогда иди к ней, Эль тебя побери! Неужели не видишь, что женщина попала в беду?

Она стояла неподвижно, глядя мне прямо в глаза.

— Майлз! — позвала она, и из караульной выскочил мальчик. — Ну-ка пойди и посмотри, что случилось с женщиной! Быстро.

Мальчик полетел как стрела. Я стоял, а стражница застыла передо мной и беспомощно наблюдала, как Майлз бежит к Молли. Подбежав к ней, он обхватил её за талию и взял её корзинку в другую руку. Тяжело облокотившись на него, задыхаясь и почти рыдая, Молли шла к воротам. Казалось, прошла вечность, прежде чем она прошла через ворота и оказалась в моих объятиях.

— Фитц, о Фитц! — рыдала она.

— Пойдем, — сказал я ей.

Я увел её в сторону от стражи и пошел прочь от ворот. Я знал, что поступил разумно и спокойно, но чувствовал себя опозоренным и униженным.

— Почему ты не… подошел ко мне? — задыхаясь, спросила Молли.

— Стражница не пустила меня. Они получили приказ не выпускать меня из замка, — сказал я тихо.

Я чувствовал, как она дрожит, прижимаясь ко мне. Я завел её за угол караульной, чтобы её не видели стражники, которые, разинув рот, стояли в воротах, и держал её в своих объятиях, пока она не затихла.

— Что случилось? Что с тобой? — спросил я, стараясь, чтобы мой голос звучал успокаивающе.

Я осторожно убрал волосы с её лица. Через несколько мгновений Молли прильнула ко мне. Дыхание её замедлилось, но она все ещё дрожала.

— Я пошла в город. Леди Пейшенс дала мне свободный день. И мне надо было купить кое-что… для моих свечей…

Её дрожь немного унялась. Я взял Молли за подбородок, чтобы она посмотрела мне в глаза.

— И потом?

— Я… возвращалась и была на крутом склоне. Только что вышла из города. Где растет ольха.

Я кивнул. Я знал это место.

— Я услышала, что скачут лошади. Быстро. И отошла с дороги, чтобы пропустить их. — Она снова начала дрожать. — Я шла дальше, думая, что они проедут мимо. Но когда я оглянулась, то увидела, что они скачут прямо на меня. Не по дороге, а прямо на меня. Я отскочила в заросли, но они все равно неслись ко мне. Я повернулась и побежала… — Голос становился все выше и выше.

— Тихо. Тихо. Подожди немного. Успокойся. Подумай. Сколько их было? Знаешь ли ты их?

Она бешено замотала головой.

— Двое. Я не видела их лиц. Я убегала, а на них были шлемы с забралами. Они гнались за мной. Там круто, ты знаешь, и высокий кустарник. Я пыталась уйти, но они гнали лошадей за мной. Как собаки гонят овец. Я карабкалась вверх, но не могла убежать. И потом я упала. Я зацепилась за сук и упала, и они спрыгнули с лошадей. Один прижал меня к земле, а другой вырвал мою корзинку. Он вывалил все, что в ней было, как будто что-то искал, но они смеялись и смеялись. Я подумала…

Теперь мое сердце колотилось так же сильно, как у Молли.

— Они что-нибудь сделали с тобой? — спросил я свирепо.

Она помолчала, как будто не могла решить, а потом снова затрясла головой.

— Не то, чего ты