Эротические рассказы - Подростки - Stulchik

— Милая, а где здесь у вас спальня?

Она взяла меня за руку и повела куда-то. Вскоре мы очутились в небольшой комнатке с огромной кроватью. «Траходром» — подумал я. Так оно и оказалось.

Я обнял Венерку и повалил на кровать. Она сладострастно застонала и стала раздеваться, пытаясь не разрывать наших объятий. Как ни странно, ей это удалось. Она оказалась довольно таки симпатичной без одежды. Припухлые груди с большими пятнами розовых сосков и маленькими бугорками посреди, вся её младенческая полнота, её курчавый лобок, покрытый светлыми волосками — ей это так шло.

Я ласково взял её за плечи, сначала усадил, а потом уложил на кровать. Потом я сел рядом и стал поглаживать её чудесный животик, изредка поднимаясь вверх и задевая грудь. Она в это время медленно водила головой туда-сюда и, прикрыв глаза, постанывала. Её светлые кудряшки разметались по простыне — это было действительно красивое зрелище.

Пора заканчивать петтинг и переходить к непосредственно сексу. Я взял Венеру под коленки и слегка развёл её ножки в стороны. Ух ты! Чудесная, розовая орхидея открылась моему взгляду, я не мог оторвать глаз, а потом и языка.

Венера стонала и извивалась подо мною. Она как бы умоляла: «Войди в меня, наконец! Войди, мой сладкий!». Ну как я могу отказать девушке? Я встал с колен достал своего бойца из брюк и стал водить им по входу в её прекрасную пещерку. Когда я задевал клитор, моя партнёрша едва слышно вскрикивала от переполнявших её чувств. Она вся раскраснелась, её руки метались в пустоте, пытаясь что-то схватить. Я не стал долго её томить, а перешёл к решительным боевым действиям.

Одним лёгким толчком я проник внутрь моей любовницы. Мой возбуждённый орган сразу почувствовал обволакивающий жар «грота любви» (так в древнеперсидских трактатах о сексе именуют женский половой орган — это довольно частое сравнение). Я стал ритмично двигаться, проталкивать ЕГО внутрь. Напряжение росло, Венера стонала, а я готов был кончить в любую минуту, но тут…

В комнату зашла какая-то женщина. Венерка сразу перестала стонать и с ужасом уставилась на эту женщину. Каким-то образом я понял, что это её мать. От этого осознания у меня сразу упал а сам я из состояния эйфории перёшел в состояние нарастающего ужаса (короче, выпал в осадок).

Та женщина посмотрела на нас, усмехнулась, и сказала: «Венера, выйди, я побеседую с твоим другом»

Венера, подобрав одежду и прикрываясь, улепетнула в ванную. Мы с женщиной остались одни.

— Так, мой юный друг, давайте знакомиться. Мне интересно узнать, с кем моя дочь потеряла свою девственность. Меня можешь называть Вера Павловна.

— Здравствуйте, Вера Павловна. Меня зовут Сергей, но, к сожалению, я не первый попробовал Венеру. У неё уже был опыт первой любви, неудачный, правда…

И я поведал её матери о клубе лесбиянок, рассказал о том, что все эти несчастные девушки выбрали меня, чтобы вернуться к нормальной половой жизни и что я не спидоносец, не сифилитик (а филателист), простой здоровый парень, каких много по России (да и в странах СНГ и Балтии).

Вера Павловна долго слушала меня, потом встала, посмотрела, прищурившись, сверху вниз и спросила:

— Серёжа, а знаешь, что надо делать, чтобы не было таких «клубов»?

— Даже не догадываюсь! — честно, как всегда ответил я.

— Нужно сделать так, чтобы у всех девственниц был удачным опыт превращения их в НЕдевственниц. А чтобы это было так, нужно, допустим, на район города иметь по такому человеку, который бы безболезненно и с удовольствием пробивал бы им плевы.

Вот это суждения у Веры Павловны! Я не знал, что у нас в городе существуют такие революционно настроенные мамаши — город-то, в принципе, небольшой (всего 105 тыс. человек). Уж не меня ли она имеет ввиду под таким «районным целколомом»? Посмотрим, посмотрим…

— И вот под таким человеком я имею в виду тебя. (Во как! Вот до чего договорились! Вы представляете себе?). У меня есть множество подруг, у которых девочки венериного возраста и которые уже, несомненно, хотят секса. А вот парней-то нормальных нет. Все либо наркоманы, либо токсикоманы, либо просто сволочи последние. Ты, как я поняла, отличаешься от общей массы. Но почему именно тебя избрала моя дочь? Мне тоже хочется попробовать…

С этими словами она сдёрнула с себя блузку. Лифчик с коротким встреском полетел в угол. А они, мать и дочь, очень похожи… Особенно груди. Я решил: будь что будет и тараном пошёл на Веру Павловну.

Я сорвал с неё юбку, сдёрнул чёрные узорчатые трусики, схватил женщину за плечи и бросил на кровать. Она тут же развела в сторону ножки, схватила меня руками за голову и притянула к себе. Я ткнулся носом в пышный мех её промежности. Язык тут же нащупал коралловые губочки и принялся их ласкать. Уши уловили стон партнёрши. Я ей понравился. Это здорово.

Мой боец снова принял боевую позицию и был готов к битве. (Правильно поёт Rammstein в песенке «Wоhlt Ihr das Bett in Flammen sehen?»: «Sex ist eine Schlacht, Liebe ist Krieg» («Секс — это битва, любовь — это война»). Чтобы победить, надо постоянно быть в боевом состоянии).

Но я отвлёкся. Мой член в это время был в горячем лоне прекрасной женщины. Она крутилась подо мною так же, как и Венерка. Те же жесты, та же мимика, даже стоны те же! Я практически не двигался, это она насаживалась на меня, обхватив ногами меня сзади. Такого я ещё никогда не испытывал.

Наконец-то я почувствовал приближение оргазма. Я с громким «чмок!» вырвал член из ненасытной пещеры и жирные белые струи уже летели на живот, лицо, грудь женщины. Она сама завизжала и застучала пятками по моей спине. Затем она успокоилась, отпустила меня и я обессилено упал рядом.

Мы лежали минуты три. Вера Павловна повернулась ко мне, потрепала по щеке и произнесла:

— Ты действительно классный любовник. Я порекомендую тебя своей подруге и когда ей будет надо, она позвонит тебе и приведёт свою дочь или ты придёшь. А теперь иди к девчонкам.

Подробностей того дня я больше не помню. Единственное, что запомнилось, это то, что я вернулся домой довольно поздно и уснул до того, как моя голова коснулась подушки.

Вера Павловна оказалась довольно общительным человеком — у неё было до фига подруг, у которых, в свою очередь, были дочки, которых мне потом довелось отведать. Мирская молва — морская волна. Обо мне скоро узнали все матери в городе, у которых были дочки подросткового возраста.

……..

И теперь я — профессиональный дефлоратор. Я лишаю девушек девственности так, чтобы они это запомнили на всю жизнь — очень нежно и профессионально. За мою работу мне платят большие деньги. Я знаю всех целок в своём городе.

Но я стал хуже учиться, здорово похудел… Такого не пожелаешь врагу. Теперь, когда я вспоминаю всё это, мне становится смешно от того, с какой мелочи это всё началось. И посему советую я вам, господа: НИКОГДА, СЛЫШИТЕ, НИКОГДА НЕ ПЕЙТЕ СЛИШКОМ МНОГО ЧАЯ ПО УТРАМ!!!