Измена. Яд между нами (СИ) - Марта Роми

в операционную. Стрелки движутся медленно, иногда кажется, что они остановились. Каждая секунда превращается в вечность. Я затаив дыхание, поднимаю глаза, когда дверь операционной, наконец, открывается. На появляется хирург. Он выглядит уставшим.

Встаю со стула и бросаюсь к нему, с надеждой вглядываясь в глаза.

— Операция прошла успешно, — говорит доктор, похлопывая меня по плечу. — Мы сделали все, что было возможно. Сейчас он в реанимации, и наблюдаем за его состоянием. Организм молодой, справится.

Я облокачиваюсь на стену, чтобы удерживается от падения, из груди вырывается вздох облегчения. Слезы снова текут ручьем по ее щекам, но теперь это слезы счастья.

Я благодарю Бога и всех, кто помог Герману, и готова быть рядом с ним в каждую секунду его выздоровления. В этом маленьком помещении, где по-прежнему ощущается запах антисептика и страха, самый темный момент моей жизни превращается в надежду.

— Яна Евгеньевна, — Коля аккуратно трогает меня за локоть. — Давайте отвезу вас домой. К Герману Евстафьевичу все равно сейчас нельзя, а вам отдохнуть надо.

— Да, да, Коля. Поехали, — я отлепляюсь от стены, и мы медленно идем по коридору.

На улице нас перехватывают Рая и Влад. Женщина спешит к нам, даже забыв про свою трость.

— Что? — я вижу, насколько она взволнована, но старается сдерживаться.

— Все будет хорошо, — говорю я, глядя на всех сквозь пелену счастливых слез. — Поедемте домой, а вечером вернемся.

— Коля, забери женщин, а я хочу поговорить с доктором, — Влад проходит мимо нас и направляется в больницу.

Меня снова накрывает тревога, и, мне кажется, что от меня что-то скрывают. Я дергаюсь, чтобы отправиться следом за Владиславом Викторовичем, но Рая останавливает меня, цепко схватив за руку.

— Не волнуйся, — она поняла мой порыв и решила остановить. — Он пошел финансовые вопросы утрясать.

Услышав объяснение действиям Влада, я даю увлечь себя в сторону машины. Когда мы с Раей устраиваемся на заднем сиденье, она начинает рассказывать про то, как они оказались в полиции.

— Артура в редакции не было, — бабушка Германа, как всегда, очень ответственно подходит к повествованию и начинает с самого начала. — Он был у тебя дома и самозабвенно накачивался спиртным. Когда я только переступила порог, он дернулся от меня, как от чумы. Наверное, решил, что к нему пришел оживший мертвец, — посмеивается она.

— И вы так сразу его узнали? — спрашиваю я, стараясь не упустить ни одной мелочи, чтобы рассказать потом Герману.

— А мне и узнавать не пришлось. Он сразу начал сам все выкладывать, — гордо говорит Рая. — Влад его скрутил и под белы рученьки препроводил в полицию.

— И в чем он сознался? — я внимательно смотрю на Раю, которая сейчас старается решить, что мне рассказать, а о чем промолчать. — Давайте, выкладывайте уже все.

— Ну… Короче. Этот Артур связался с Анной сразу после ее исчезновения, — она внимательно смотрит на мою реакцию, но я спокойно принимаю тот факт, что мой еще пока не бывший изменял мне ни один год. — Он ее содержал, снимал квартиру, пока ее оттуда не выперли за вздорный характер. Тогда он пристроил ее в квартиру твоих родителей. А еще это он выправил ей поддельные документы и устроил в больницу медсестрой. Слава богу, что она действительно училась в медучилище, а то бы не только меня на тот свет отправила.

— Хорошо, что не отправила, — усмехаюсь я, продолжая обдумывать сказанное.

Интересно она специально связалась с Артуром, чтобы мне досадить? Еще раз хотела мне показать, какая я никчемная или хотела прибрать к рукам все, что мне дорого? Надеюсь, что скоро об этом узнаю, когда моя сумасшедшая сестрица начнет давать показания.

— Что еще я должна знать? — спрашиваю я, выныривая из своих размышлений.

— То, что похитил тебя именно Артур и отвез на свалку, — выдает Рая. — Что все репортажи он организовывал с подачи Аньки. Ну и меня хотел отравить, хоть она ему и не сказала, что подсыпает он яд, а не снотворное.

— Ну сейчас он все будет валить на Анну, чтобы выглядеть белым и пушистым, — тихо говорю я.

— У него уже не получится, — победоносно произносит Рая, когда машина уже въезжает на территорию дома Германа. — Ты сейчас, девочка, иди в душ, потом надо подкрепиться и отдохнуть, чтобы вечером ты была у Германа свежа и весела. Ему, как никогда, нужна твоя поддержка.

— Конечно. Я буду стараться, — направляюсь в дом и сразу иду в душ в своей комнате.

— Вы только позовите меня, когда Владислав Викторович приедет, — говорю я, выйдя из душа и отыскав Раю в кабинете с неизменной сигаретой.

— Иди уже, отдыхай, — ворчит госпожа Ядова. — Я тоже сейчас пойду прилягу. Еще надо Глафире позвонить, а то она меня, наверное, потеряла.

Я вхожу в комнату Германа, ложусь на его постель и вдыхаю его запах. Сейчас я жалею, что не сказала ему о своих чувствах. Потому что не уверена смогу ли я сказать это, когда он придет в себя. Ну, ладно. Поживем — увидим. Я проваливаюсь в сон, оглушенная отходняком от пережитого стресса.

Глава 38. Янка

Вечером мы всей честной компанией направляемся в больницу. Германа уже перевели в обычную палату, но врач сказал, что пустить может только кого-то одного.

— Девочка, иди ты, — уверенно говорит Рая. — Стара я уже для сидения в больничных палатах. Да и тебе он обрадуется больше.

Владислав Викторович и Коля утвердительно машут головами, соглашаясь со словами Раи.

Я тихо вхожу в палату и останавливаюсь возле двери. Герман лежит на кровати, слегка истощенный, но улыбка не сходит с его лица, когда он видит меня. Я подхожу к кровати и обнимаю его в теплом приветствии. Чувствую, как его руки нежно обвивают мое тело, и ощущаю смесь облегчения и тревоги, видя его в таком состоянии. Я нежно провожу по его исхудавшей щеке рукой, радуясь, что ему уже значительно лучше.

— Ты как? — тихо спрашиваю я, присаживаясь на край кровати и беря его руку в свою. — Я так волновалась.

— Все нормально, — Ядов продолжает улыбаться, глядя на меня. — Тем более что ты рядом.

— Там в коридоре еще Рая, Влад и Коля, — мне так хочется, чтобы он знал насколько он всем дорог. — Только пустили одну меня.

— Вот и хорошо, — Герман пытается пошевелиться, но на лице сразу же возникает гримаса боли.

— Что? — взволнованно спрашиваю я, вскакивая с кровати. — Доктора позвать?

— Да сядь ты уже, — хрипло говорит мужчина. — Для меня ты лучший доктор и лучшее лекарство. Наклонись, что-то сказать хочу.

Я быстро наклоняюсь готовая выслушать любую