Там, где живет любовь - Светлана Алексеева

Глава 15

Еще по дороге позвонив Кобрину, он рассказал о том, что произошло, и договорился о встрече.

Юра был старым другом Ермакова. Вместе они воевали в Чечне, вместе лежали в госпитале под Грозным. Отслужив срочную службу, Кобрин окончил Политехнический институт, увлекся радиоэлектроникой и как-то незаметно для окружающих оказался в СБУ. Веселый и неординарный парень, внешний вид которого совершенно не соответствовал его внутреннему миру, с ярким умом и нестандартным мышлением, он был необыкновенно интересен в общении. Быстро найдя общий язык с Валеркиными друзьями, он стал неотъемлемой частью их компании. И уже никто не помнил, кто к кому первый пришел в гости, кто кому первый протянул руку. Главное, что ощущение этой руки оставалось всегда.

Доехав до станции метро «Арсенальная», Волошин припарковался у небольшого ларька, стоящего на краю площади. Выйдя из машины, он огляделся по сторонам. Кругом была масса людей. Наверное, Кобрин неслучайно выбрал такое людное место. Опытный контрразведчик знал, что делать. Пройдя несколько метров, Сергей скоро увидел друга. Сидя возле входа в метро на высокой мощеной лавке, Юра задумчиво курил.

Свесив длинные ноги, Кобрин приподнял очки и посмотрел на Волошина цепким, проникновенным взглядом черных глаз. Кивком головы подозвал к себе и снова надел очки на маленький, немного приплюснутый нос. Как-то по-мальчишески стрельнув пальцем, выкинул пожелтевший окурок и встал навстречу ему.

– Привет! – поздоровался Волошин тихим, приглушенным голосом.

– Здоров! – вполголоса ответил Кобрин, протягивая длинную, узковатую для мужика ладонь.

Довольно высокого роста, стройный, с исключительно правильной осанкой, он вполне мог бы сойти за тренера по гимнастике или, в крайнем случае, легкой атлетике, если бы не его типично «бандитская» внешность. На широком скуластом лице с тяжелым, немного выпирающим вперед подбородком горел пронизывающий взгляд темных, глубоко посаженных глаз. Густые брови, сросшиеся на переносице, делали его лицо злым и угрюмым. Тонкие, как ниточка, губы были сжаты с такой силой, что порой казалось, будто бы у него, как у хищника, в зубах зажата какая-то невидимая жертва. Короткая стрижка с маленькой, торчащей в разные стороны челкой еще больше усугубляла его и без того мрачный портрет. И словно нарочно подчеркивая свою неординарность, наплевав на возраст и статус, он всегда одевался так, будто только что вернулся с молодежной тусовки: небрежно и слегка нелепо.

Друзья не раз советовали ему сменить имидж, предлагая услуги профессионального стилиста. В ответ на их предложения Кобрин всегда загадочно улыбался, отделываясь парой незначительных фраз:

– Мужики, отстаньте от меня! Костюмы и два десятка рубашек находятся на боевом дежурстве в шкафу. А для меня как для оперативника весьма важным качеством является умение не бросаться в глаза, быть, грубо говоря, неприметным и не выделяться из толпы.

Вот и сегодня, облачившись в светлые голубоватые джинсы и белую, разрисованную изображениями древних египтян рубашку с длинным синим замком-«молнией», он совершенно не выглядел рафинированным интеллигентом из элитного подразделения службы безопасности.

– Идем в машину, поговорим, – предложил Волошин.

– Не стоит, лучше здесь! – категорически отрезал Кобрин.

Отойдя в сторону, они уселись на лавочку, скрытую в тени роскошных деревьев.

Рассказав все, что ему известно, Волошин поднял голову и посмотрел в глаза друга.

– Что скажешь? Что посоветуешь делать?

– Серега, я не знаю пока, что сказать. Не исключено, что убийство каким-то образом связано с деятельностью вашей фирмы. Больше, чем следователю, надо думать вам с Димкой. Кому вы и Валерка перешли дорогу, каким своим действием или, скорее всего, бездействием разрушили чью-то радужную финансовую мечту. Не знаю. У меня, как и у вас, нет никакой информации. Но Валерка ее имел и почему-то скрывал. Когда мы узнаем ответ на вопрос «почему?», тогда сам по себе появится ответ на вопрос «кто?». Я пока постараюсь связаться со следователем. Важны все детали, даже незначительные мелочи.

– Согласен, братишка. Что ж, будем думать, – протянул Волошин, поднимаясь со скамейки. – Мне пора. Держи меня в курсе и сам будь на связи. Мне, к сожалению, надо идти. Уже начало двенадцатого. Через три часа улетают французы. Я не имею права их бросить. У нас контракт. Это надо не только мне, но и фирме, людям, которые у нас работают.

– Конечно, Серега, иди. Думаю, мы еще сегодня встретимся. Да, вот еще что: скажи мне, где Валеркин ноутбук?

– В машине. Я попробую с ним на работе разобраться.

– Думаю, тебе лучше отдать его мне. Во-первых, я его быстрее открою, во-вторых, я вытяну из него всю информацию, даже ту, что он уничтожил, а в-третьих, не надо держать его на работе. Не исключено, что в офисе будет обыск. Подумай об этом и постарайся привести документы в порядок. Хотя бы забери то, что не должно попасться на глаза.

– Хорошо, тебе виднее, – удивленно ответил Сергей. – Тогда идем!

Подойдя к машине, он отдал Кобрину портфель и попрощался.

Открыв дверь квартиры, Волошин вяло оглянулся по сторонам и устало упал в кресло.

– Надежда Петровна! – позвал он на всякий случай.

Но домработницы дома не было.

На ходу раздеваясь, он побежал в ванну. На все про все у него было полчаса. Взглянув на свое отражение в зеркале, он недовольно поморщился и залез под душ. По инерции закрыв глаза, он снова увидел перед собой ужасающую картину сегодняшнего утра.

«Бедный Валерка», – вырвалось из груди. Обреченно опустив руки, Сергей зарыдал. Громко, откровенно, больно. И пусть не по-мужски, и пусть беспомощно. Наплевать. Его никто не видит. Только Валерка. Наверное, там, на небесах, он плачет вместе с ним.

Приведя себя в порядок, Волошин оделся и посмотрел на часы. Ровно двенадцать. «Почему же молчит Марина?» – взволнованно подумал он, выбегая из квартиры. По дороге, постоянно связываясь то с Корнеем, то с Фесенко, то с Эллочкой, он до головной боли, до умопомрачения думал о том, что произошло. Теряясь в мыслях и догадках, Сергей молил Бога о том, чтобы он не отобрал у него Марину. И лишь когда он вошел в холл «Премьер-Палаца», зазвонил телефон.

– Да, Маришка! – ласково проговорил Волошин, увидев на экране короткую надпись «Ростик».

– Сережа, – услышал он родной и нежный голос, – я уже все сделала! Как-то легко и быстро. Наверное, у нас сегодня просто счастливый день, правда?

– Да, – стараясь говорить как можно спокойнее, ответил он. – Я рад за тебя! Если ты уже освободилась, я пришлю за тобой машину. Я, к сожалению, тебя забрать не могу. Дел очень много. Но я все время думаю о тебе! Ты только будь послушной и никуда не выходи. Ростик будет постоянно с тобой. Он хороший парень, я ему доверяю. Мама Надя, то есть Надежда Петровна, знает, что ты переехала ко мне. Не стесняйся, будь как дома, как у себя дома! Обещаешь, Маринка?