Царство Проклятых (ЛП) - Манискалко Керри

Когда я была уверена, что он не вернется, я подошла к картине, на которую он указал. Это было необычное дерево. Большое, с сучковатым стволом и листьями цвета черного дерева с серебряными прожилками. В этой картине было что-то такое, что напомнило мне художника, запечатлевшего сезонный сад в моей спальне в Доме Гнева.

Тени и тщательность, с которой художник изобразил каждый кусочек коры или падающий лист, были замечательны; казалось, что я могу дотянуться до картины и сорвать лист с дерева.

Я провела пальцами по серебряной табличке и прочитал надпись

.

БАСНЯ О ПРОКЛЯТОМ ДЕРЕВЕ

Глубоко в сердце Кровавого Леса есть дерево, посаженное самой Старухой. Говорят, среди прочих милостей, дерево может проклясть заклятого врага, если желание проклясть его истинно. Чтобы попросить Проклятия Старухи: Вырежьте его истинное имя на дереве, напишите свое желание на листе, сорванном с его ветвей, затем предложите дереву каплю крови. Возьмите лист домой и положите его под подушку. Если он исчезнет, когда вы проснетесь, Старуха приняла ваше предложение и исполнила ваше желание. Она — мать подземного мира — остерегайтесь ее благословения.

Я перечитала басню, не понимая, почему Зависть указал на нее среди пятидесяти или около того других картин, украшающих стены в этой комнате. Ничто из того, что делал принц Ада, не было случайным. У меня было такое чувство, что меня невольно втянули в одну из его интриг, но я бы повернула его обман в свою пользу.

Я спрятала это знание подальше и медленно прошла через остальную часть галереи, остановившись у карты Семи Кругов. Каждый Дом демонов располагался на вершине горы, возвышающейся над их территорией. Я увидела врата Ада, Лаз Грешника.

Место между Домом Похоти и Домом Чревоугодия было отмечено СИЛЬНЫМИ ВЕТРАМИ. Я подумала, не тот ли это вой, который мы слышали в Лазе Грешника.

Я продолжала изучать набросок, запоминая его как можно больше. На юго-востоке Кровавый Лес располагался между Домами Жадности и Зависти. Черная Река протекала через Западные Дома Греха, отделяя замок Гнева от территорий Жадности и Гордыни. Она разветвлялась на меньший приток, который протекал за замком Жадности, проходил через нижнюю часть Дома Гордыни и поднимался вдоль северной границы Зависти. Я следовала по основной части реки, пока она не закончилась в Озере Огня. Напротив самой большой части озера находился замок дьявола; Дом Гордыни располагался немного к северо-западу от Дома Зависти.

Как только я почувствовала уверенность в своей способности вспомнить большинство достопримечательностей и общее расположение этого царства, я оставила карту и побрела обратно по галерее. Одетый в ливрею слуга Зависти ждал меня в комнате со скульптурами.

— Его высочество шлет свои извинения, но он покинул помещение. Он сказал, что

вы можете оставаться здесь столько, сколько пожелаете, но его не будет довольно долго. — Слуга заколебался, прочистил горло, как будто ему было неловко произносить остальную часть сообщения.

— Было что-то еще?

— Его высочество также сказал, что если

вы хотите заставить принца Гнева ревновать, вы можете сегодня спать в постели его высочества. Он предлагает сделать это в обнаженном виде. И… Я цитирую: «используй грязные мысли о самом одаренном принце в этом королевстве заботясь при этом о себе. На потолке есть картина в натуральную величину с изображением принца Зависти, если тебе понадобится стимулирующий визуальный эффект.»

Я мысленно считала, пока желание поохотиться на Зависть не прошло.

— Я бы хотела послать весточку в Дом Гнева. Скажи им, что я буду дома завтра с

первыми лучами солнца.

— Сию минуту, миледи. — Он поклонился. — Не хотите ли, чтобы вас сопроводили

обратно в ваши покои?

— Я верю, что смогу найти дорогу. И хотела бы еще раз полюбоваться статуями.

— Очень хорошо. Я сейчас же отправлю послание в Дом Гнева.

Я подождала, пока он уйдет, прежде чем вернуться в галерею. Раздражение от Зависти быстро сменилось восторгом. Я знала, что мне пригодится набор для шитья.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

И это не имело абсолютно никакого отношения к зашиванию дыр в красивых платьях.

***

Мое сердце колотилось в такт лошадиным копытам, когда карета отъехала от Дома Зависти. В конце концов, Гнев не появился, чтобы проводить меня домой сам; он послал эмиссара и королевскую карету. Эмиссар была только рада указать, что это не личная карета принца или его кони. Только то, что у него было в конюшне.

Как будто эта информация имела огромное значение. Я не была уверена, что чувствовала по поводу ее насмешки или того факта, что принц послал кого-то вместо себя. Эмиссар чопорно сидела на своей стороне кареты, демонстративно избегая зрительного контакта и, следовательно, любого разговора со мной.

Я была в недоумении по поводу ее явного презрения.

Я изучала демона из-под опущенных ресниц, притворяясь спящей. Ее темно-рыжие волосы были собраны в замысловатые узлы вокруг макушки, в то время как нижняя часть представляла собой набор длинных, идеально уложенных локонов. Мускул на ее челюсти дрогнул, как будто она полностью осознавала мой пристальный взгляд и сдерживала поток предостережений. Может быть, ее кипящий гнев был просто признаком Дома Греха, к которому она принадлежала, и я придавала этому слишком большое значение.

Я переключила свое внимание на окно. По какой-то причине она задернула занавеску, прежде чем мы отправились. Я отодвинула ее, и она уставилась на меня.

— Держите окно закрытым.

Я глубоко вдохнула через нос, сосредоточивая свое растущее раздражение на ее резком отношении. Спорить с ней не имело смысла. И мне не нужен был еще один враг, которого нужно было остерегаться.

— Как тебя зовут?

— Вам нужно обращаться ко мне только по моему титулу.

Хотя я заметила, что она отказалась называть меня по титулу, который Гнев потребовал использовать при дворе. Меня это нисколько не беспокоило. Я не была придворной.

— Очень хорошо, эмиссар. Где Гнев?

Ее холодный пристальный взгляд скользнул по моему.

— Его высочество занят.

В ее тоне безошибочно угадывалась резкость или предупреждение о том, что больше вопросов она не потерпит. Я прислонилась головой к плюшевой стенке кареты. Мы неуклонно спускались с горы, и я напряглась, чтобы прижаться к сиденью и не соскользнуть вперед. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем мы, наконец, снова начали подниматься, прежде чем в конце концов остановиться. Не обращая внимания на ее гнев, я отодвинула занавеску в сторону и судорожно сглотнула.

Я никогда не видела фасад Дома Гнева. Когда я только приехала, то была в бреду в объятиях Гнева, и мы вошли через гору. Его замок был массивным, с воротами, башенками, башнями и огромной стеной, которая охватывала весь периметр. Бледный камень с черной черепичной крышей. Это было великолепное сочетание контрастов.

Виноградные лозы, намертво замерзшие, цеплялись за стены.

Мы проехали через ворота и остановились на полукруглой подъездной дорожке. Эмиссар подождала, пока лакей откроет карету, а затем приняла его помощь. Она ушла, не оглядываясь, ее долг забрать своенравную невесту был выполнен.

Я уставилась ей вслед, гадая, почему она была так холодна и не обидела ли я ее чем-нибудь. Я знала, что это не так. Помимо моего удивления, увидев ее вместо Гнева, я была дружелюбна.

Неприятное подозрение закралось по части ее отношений с Гневом, но я отбросила его в сторону. Я отказывалась придавать этому значение.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Лакей помог мне спуститься, и я не спеша поднялась по каменной лестнице к входной двери. Справа от меня, у самой стены, был сад, спрятанный за живой изгородью. Я сделала мысленную заметку посетить его, как только потеплеет.

Если погода когда-нибудь потеплеет. Как по команде, начал слегка падать снег, покрывая замок тонким слоем мерцающих хлопьев.

Я поспешила внутрь и отряхнула свой дорожный плащ. Кроме лакея, который присматривал за моим сундуком, здесь не было слуг, которые могли бы позаботиться обо мне, и я почувствовала облегчение.