Та, которая видит. Запах зла - Гленда Ларк

Как только он скрылся из виду, я направилась к дому Ниамора. Мне пришлось пробираться между спящими бродягами, расположившимися перед дверью, и меня пронзило острое чувство — смесь жалости, стыда, гнева и облегчения оттого, что я — не одна из них; запах нищеты и немытых тел был мне хорошо знаком, он будил во мне воспоминания детства. Мне пришлось сделать усилие, чтобы не думать, не вспоминать…

Мне повезло: Ниамор оказался дома. В обычных обстоятельствах он пил бы где-нибудь в таверне, да только обстоятельства никак нельзя было назвать обычными.

Мое появление обрадовало Ниамора меньше, чем это было утром, однако он пригласил меня в комнату и налил мне выпить. Выпивка была мне очень нужна: в этот день я мало пила, да и не ела ничего с тех пор, как на рассвете купила у уличного торговца жареной рыбы. Крепкий напиток заставил меня закашляться, так что Ниамор предложил мне еще и воды. Это порадовало меня не меньше, хотя на косе Гортан вода всегда бывала солоноватой и пахла рыбой.

— Что происходит? — спросил Ниамор. Он был обеспокоен, хотя и умело скрывал это. — Я еще не отыскал нужное имя. — Он показал на свой письменный стол, на котором были разбросаны листы дешевой бумаги, словно говоря: «Ты застала меня за работой».

Моя последняя надежда на то, что удастся выручить Флейм без потерь, растаяла. Я глубоко вздохнула, мечтая о том, чтобы этот день поскорее кончился.

— Я пришла, чтобы тебя предостеречь, — сказала я. — Дун-маг знает, что сегодня утром я заходила к тебе.

— Ну и что? — протянул Ниамор. — Ему ведь неизвестно, что я помогаю тебе его опознать. Поверь, Блейз, в этом деле я вел себя очень, очень осторожно.

— Даже если у него нет ни малейших подозрений, ты все равно можешь попасть в беду. Ниамор, дун-маг захватил цирказеанку, а я имела отношение к ее освобождению. Это ему известно, а он весьма мстителен, как и все дун-маги. Любой, кто имел со мной дело, может оказаться в опасности. Тебе пора скрыться. Надеюсь, это окажется ненадолго — хранители трудятся над тем, чтобы уничтожить подлеца.

— Проклятие! Что ты за дура, Блейз! Неужели ты не могла не совать нос в эти дела? — Ниамор окинул быстрым взглядом свою комнату, словно жалея о том, что с ней придется проститься. — Будь ты проклята, головешка! Мне следовало знать, что знакомство с таким великолепным существом до добра не доведет.

— Знакомство с полукровкой никогда не доводит до добра, великолепна она или нет. Запомни это на будущее.

— Угу. Моя ошибка… — Ниамор вздохнул. — Через денек-другой я пришлю тебе сообщение. Я близок к тому, чтобы выяснить, кто этот человек. А пока я отсюда смоюсь.

Я не сомневалась, что Ниамор давно обзавелся укромным убежищем как раз на такой случай.

— Есть еще кое-что, в чем ты мог бы мне помочь, — сказала я.

Ниамор замахал руками:

— Ну и девица! Только что разрушила мою жизнь, да еще и хочет покопаться на пепелище!

— Мне просто нужно знать, кто в Гортанской Пристани лучший врач. И где его — или ее — найти.

Ниамор рассмеялся:

— Ты ведь шутишь, верно? Единственный приличный доктор здесь — это вечерний бриз. Впрочем, могу тебе рекомендовать хорошего травника.

— Мне нужен хирург.

— Если тебе нужна операция — а должен сказать, что сейчас ты выглядишь много хуже, чем утром, — я советую тебе сесть на ближайший корабль и полечиться где-нибудь в другом месте.

— Должен же здесь быть хоть кто-то!

— Если ты ищешь смерти, то кто-нибудь найдется. Поверь, красавица моя, ты будешь гораздо здоровее без знакомства с единственным здешним доктором. Он — пьяный мясник, вот и все.

Я задумчиво посмотрела на него:

— Что ж, может быть, это именно то, что нужно. Мясник.

— Это же только оборот речи! Я не доверил бы парню даже нарезать жаркое на праздничном обеде. Добрый доктор — пьяница, Блейз. Руки у него трясутся, память ослабела. Принимая роды, он однажды вдруг вообразил, будто ампутирует ногу. Результат был ужасающий. Лучше о нем и не думай.

— Ладно… А как насчет настоящего мясника?

— Да что ты, милочка! Мы тут на косе Гортан едим рыбу. Не хочешь же ты сказать, будто забыла об этом. Правда, потрошителей рыбы найдется дюжина на грош.

— Но должен же найтись хоть кто-нибудь! — с отчаянием сказала я. Я и в самом деле была доведена до отчаяния.

Ниамор на минуту задумался.

— Знаешь, может, кто-то и найдется. Есть тут один тип по имени Блойд. Говорят, он был по профессии мясником, хоть теперь и промышляет торговлей рыбой. Ему пришлось бежать с Северных островов, потому что он разделал собственную жену и продал, выдав за самую лучшую свинину.

— Ты шутишь?

Ниамор покачал головой.

— Так мне говорили.

— Где мне его найти?

— В этот час? Пожалуй, в той забегаловке, где собираются потрошители рыбы. Названия у нее нет, но найти легко. Там собираются местные шлюхи, и в дверях всегда торчит здоровенный вышибала. Этакий кит… — Ниамор печально вздохнул, удивляясь моей глупости. — Если ты и в самом деле собираешься прибегнуть к помощи мясника, когда тебе требуется хирург, лучше тебе позвать еще и травника. Сейчас на острове появился настоящий мастер своего дела, хочешь — верь, хочешь — нет. Его можно найти в торговом ряду, он там снимает каморку у семейства полукровок. Хозяина зовут Вук. А его имя — травника, хочу я сказать, — Гэрровин Гилфитер. Он с Мекате. Забавный тип.

Я коснулась щеки Ниамора, испытывая к нему большую благодарность, чем он догадывался. Мне начинало казаться, что дела наконец идут на лад.

— Спасибо, Ниамор. Будь осторожен.

Он нежно поцеловал меня.

— Надеюсь, мы прощаемся ненадолго, моя прекрасная головешка. И я все еще рассчитываю, что в один прекрасный день мы окажемся в одной постели. Будь осторожна сама, хорошо?

Я одолжила у Ниамора фонарь и отправилась на поиски травника.

Найти его оказалось легко. Торговец, продававший свечной жир из бочки, указал мне дом, принадлежащий Вуку.

— Вон тот, у которого толпится народ, — показал он сальным пальцем на окруженную людьми лачугу.

— А что там за толпа? — спросила я. Рядом с домом выстроилась очередь человек в тридцать. Дом Вука представлял собой узкое двухэтажное строение, сложенное из камней разного размера и цвета, скрепленных выжженной из раковин известкой. Странную мозаику стен венчала крыша из водорослей.

Торговец безразлично пожал плечами, но все-таки ответил:

— Да из-за травника, который там живет. Торгует снадобьями, которые помогают, можешь ты себе такое представить? Он один из лекарей с Мекате.