Дочь Мента - Екатерина Ромеро

в угол и нет пути назад. Я в клетке, а Вальц напротив, я вижу, как горят его глаза при виде меня.

— Вы ошиблись. Обознались.

— Не-ет. Я не обознался. Это ты, зайчонок, – усмехается и подходит ближе. Медленно проводит битой по металлическим перекладинам.

— Надо же. Как ты выжила? Ах да, Волкодав. Это он тебя спас?

— Не вашего ума дело.

— Не дерзи мне, сука. Как же ты похожа на своего отца.

— Я ничем на него не похожа!

— Светлов! В допросную ее. Живо.

— Зачем? Я ничего не сделала, я просто свидетель!

Меня никто не слушает, и через минуту я оказываюсь в крохотной конуре без окон. Темные стены, две лавки и стол посередине. Сердце колотится как сумасшедшее – вот это я попала.

— Я имею право на звонок. Пожалуйста, дайте мне возможность позвонить.

— Кому?

— Не ваше дело!

— Мое. Ты мое дело, сука, мое.

Меня спасает только то, что Вальца куда-то срочно вызывают. С каких-то верхов, он бледнеет и резко срывается с места, а после распахивается дверь и входит Волкодав. Собственной персоной.

Не здороваясь, он молча подходит и берет меня под руку, быстро выводит.

— Подожди, я не могу так быстро!

— Пошла.

Никаких объяснений, Сергей просто закидывает меня в свою машину и резко срывается с места, ему кто-то звонит, но он не отвечает.

— Я сбежала из-под стражи, что теперь будет? Что ты молчишь? Сергей…

Он молчит, вижу только, как с силой сжимает руль, а после резко паркуется на обочине. Выходит из машины и отворачивается от меня.

Выскальзываю следом, подхожу сзади.

— Сергей, я просто была на танцах. Я ничего не сделала. И этот Вальц…

— Мой сын в коме. Из-за тебя. Восемь лет минимум. Свидетели на тебя указали.

— Что? Что, как это?! Нет! О боже, нет, я не… я ничего не сделала. Костя, он…

Щеку опаляет пощечина. Такая жесткая, что я не удерживаюсь на ногах. Падаю, слезы застилают глаза.

— Ты, блядь, понимаешь, что это за статья?! Я что тебе говорил — не шляться где попало, не высовывать свой нос! Мила, я прятал тебя не просто так! Ты несешь с собой беду! Сначала брат, а теперь за сына взялась?! Это месть твоя, так?

— Нет! Я ничего не сделала! Ничего! У Кости там свои дела были, я не лезла, я просто была рядом.

— Что ты делала рядом?! Ты, блядь, совсем ебанутая или что? Тебя высекли все. Приехали! О том, что Мила Круглова жива, теперь знает весь город, и да, Вальц в том числе!

— Я думала… думала, что они уже забыли меня. Прошло много времени, я не хотела…

— Никто тебя не забыл! И твоего отца тоже. Такое не забывается.

— Я не виновата. Я просто хотела, чтобы ты обратил на меня внимание, ничего кроме, клянусь!

— Ты просто малолетняя шлюха. Ты предала меня, Мила. Ты меня предала!

— Нет! Сергей, я не знаю, как так вышло. Я не трогала Костю, я просто была рядом как свидетель!

Он не верит. Ни единому моему слову, и все мои жалкие оправдания проходят мимо.

— Что ты молчишь? Ты мне веришь? Я думала, мы вместе. У нас есть доверие.

— Ты дочь своего отца-ублюдка. И ты адски похожа на него.

— Так надо было убить меня в том лесу все же! Не жалел бы. Не было бы проблем.

— В машину села. Живо!

— Да пошел ты!

Резко разворачиваюсь и просто бегу. Я устала, мне никто не верит, и этот шлейф грехов моего отца тянется за мной, не отставая.

Куда бы я ни пошла, меня узнают и обязательно обвинят, так что это за жизнь такая? Всегда всего бояться, даже уже того, кто раньше всегда тебя защищал.

— Мила, стой!

Бегу, не останавливаюсь, но Сергей быстрее. Догоняет меня в два счета, с силой хватает за руку, до боли, до хруста костей.

— Куда ты собралась?

— Подальше отсюда! Пусти!

— На тебя дело сошьют, ты соучастница!

— Так зачем ты меня оттуда забрал?! С твоими связями это только марать репутацию. Иди к сыну, к семье, они тебе ближе, чем я!

— Села в машину. Бегом!

— Не буду!

Поздно. Волкодав всегда был сильнее, это неравная битва, и вот уже я насупленная еду домой. И все так быстро, невероятно просто.

Сергей делает короткие звонки, а после велит мне собирать вещи. Я уезжаю за границу навсегда, и, кажется, этому все будут только рады. И он особенно.

Глава 40

Виктория

Она вернулась куда краше, чем была. Окрепла и, конечно, стала еще более ежистой. Не ручная, нет, эта девочка никого не слушалась, кроме моего мужа. Всегда себе на уме, порой я не чувствовала себя хозяйкой в своем же доме, когда Мила там была. Она занимала собой все внимание и пространство. Она была везде, и я прямо чувствовала, что теперь мне с ней тесно.

Никакая она не племянница моего мужа, я уже все давно узнала, но дела это не меняло. Сергей приволок эту беду в наш дом и не собирался от нее отказываться. В отличие от своей любовницы, которую он и то одним махом бросил еще год назад, с Милой он этого делать не собирался.

Нет, я уверена, Сергей не любил ее, но в то же время по какой-то причине заботился о ней и вливал огромные деньги в ее содержание.

Они обычно кусались, Мила выводила Сергея, но все же слушалась его. Меня же она не то что не слушала, она вообще меня не воспринимала.

А еще я видела, как она смотрит на моего мужа. После возвращения эта пигалица совсем потеряла тормоза.

Когда я узнала, что Сергей устроил Милу в универ, то обрадовалась, что скоро от нее избавлюсь, но это было только начало. Вместо того чтобы думать о наших отношениях, Сергей купил квартиру Миле в центре города, и нет, это было