Эмин. Чужая невеста - Ая Кучер

использует губы. Прикусывает мочку уха, будоражит кровь поцелуями на шее.

Мужчина не останавливается, постоянно касается. Каждую секунду добавляет огня, кипятит всё внутри. Мне нравится всё в происходящем. Любое касание — правильное и желанное. Вздох — такой приятный, щиплет кожу.

— Хотел.

Эмин отрывается всего на секунду, но мне становится холодно. Будто снежинки пробрались под кожу, царапают своими кристалликами. Но температура воздуха распаляет всё больше.

Особенно от того, как смотрит мужчина. Окидывает меня беглым взглядом, затем — нарочито медленным. Сканирует, изучает то, что я так щедро ему предлагаю, не сомневаясь.

— Ты была права, Дин. Такое нужно вживую видеть.

Мне нравится то, как говорит Эмин. Легко и просто, бьет честностью по моему нутру. Вызывает вспышки удовольствия, восторг заполняет меня.

Я ему нравлюсь!

Очень сильно, если судить по тому, что упирается в мое бедро.

— Эмин, это ничего не значит. То есть… Я не буду…

— Остановимся, когда ты скажешь.

И эта готовность затормозить по моему желанию — она окончательно убивает меня. Кислотой разъедает все мои протесты, разумные доводы почему не стоит сближаться с мужчиной.

Сейчас я хочу его руки на своей талии, губы на моих губах. Ближе, ещё ближе. Без остановки и лишних разговоров. Мне нужно говорить, но ведь язык можно использовать по-другому.

Более приятно и откровенно.

Наши тела разговаривают между собой, не нужды в лишних словах.

Я обхватываю ногами торс мужчины, когда он резко поднимается. Подхватывает меня на руки, целует, будто хочет впитать все мои протесты. Но я не собираюсь ему отказывать, не сейчас.

Впереди много времени, я могу остановиться в любой момент. Но сейчас эта близость слишком сладкая, чтобы отказывать. Через пару минут, когда Эмин перейдёт невидимую грань.

Уложить меня на кровать — не считается. Намного лучше, чем на диване, больше места, нет страха упасть. И подушка под головой такая мягкая, я словно в облаке утопаю.

— Черт, — охаю, когда внутри натягивается нить, скручивает меня. — Знаешь, у тебя спальня лучше. У меня всё каменное.

— Если ты так напрашиваешься ночевать со мной, то тебе не нужно просить, красавица. Ты моя жена, всё моё — твоё.

— Ну не знаю, — цокаю языком, размышляю, а тем временем меня потряхивает от нахлынувшего удовольствия, когда Эмин поглаживает мои плечи. — Своими картинами я делиться с тобой не буду.

— Договорились.

Мужчина усмехается, тянется к прикроватной тумбочке. Ящик выезжает с легким скрипом, появляется небольшая коробочка. Эмин достает фольгированный квадратик, а я радуюсь, что хоть кто-то из нас сохранил способность думать в этой ситуации.

А после…

После мне дико хорошо.

Тело накрывает истомой. Огонь вспыхивает в душе, лижет языками пламени лицо и шею, спускается ниже. К тому местечку, где мы соприкасаемся с мужчиной. Словно одно целое.

Эмин гладит меня по волосам, успокаивает, когда становится чуточку неприятно внизу. Всего на секунду, а дальше остается только удовольствие. Чистое, первобытное блаженство.

Где-то мелькает мысль, что я должна была остановить мужчину. Но сейчас любая заминка подобна смерти. Нет, потом. Потом — точно попрошу.

Я растворяюсь в этом кипящем котле наслаждения. С упоением слушаю сиплые комплименты на ухо, принимаю то, что Эмин делает со мной. Превращает в музыкальный инструмент, который громко отзывается на каждое прикосновение.

Он близко, прижимается ко мне, но мне недостаточно. Я хочу больше, сильнее. С губ срываются невнятные просьбы, но мужчина их понимает. Двигается навстречу, угадывает мои желание.

Меня словно прожигает молнией, плавит. Вместо крови по венам бежит шипящая лава, разнося ощущение эйфории. Мне сложно дышать, я будто вот-вот умру от того, что со мной делает Эмин.

Впивается пальцами в мое тело, но я хочу больше.

Сближение на грани боли и удовольствия.

Вспышка.

Взрыв.

Экстаз.

Я дрожу от ощущений, как пусто становится внутри. В одну секунду всё лопается, обжигает потоком жара, меня отпускает. Я падаю на подушку, учащенно дышу, с упоением отвечаю на поцелуи мужчины.

Кажется, словно мой мир взрывается на миллионы осколков.

Впивается в чувствительную кожу от того, что Эмин не останавливается.

Продолжает, растягивая моё наслаждение.

Спустя минуту или вечность — всё прекращается. Мужчина укусом впивается в мои губы. Его тело дрожит под моими пальцами, давит приятной тяжестью.

Эмин словно с неохотой отрывается от меня, и я чувствую тоже самое. Он ложится рядом, прикрывая глаза. У меня все мышцы болят, словно после долгого марафона. Приятное изнеможение наполняет, и я прижимаюсь к Эмину.

Не хочу, чтобы всё заканчивалось прямо сейчас. Мне нужно ещё немного… Чего-то. Его близости, ласковых поглаживаний. Я не знаю, планировал это мужчина или меняет план на ходу, но он крепко обнимает меня, целует в висок.

— С Новым годом, красавица.

— Он ещё не наступил.

— Вообще-то, мы его пропустили ещё во время фильма.

— О! Ну тогда… С Новым годом, зомби.

Не могу удержаться, получаю щипок за талию в отместку. Отвечаю укусом в плечо, устраиваясь удобнее на стальных мускулах мужчины. Эмин смеётся, но больше никак не мстит, только накидывает на нас одеяло.

— Не спи, Дина, у меня большие планы на эту ночь.

Только мне плевать на график Хаджиева, раз он не согласовал это со мной. Я быстро проваливаюсь в сон, убаюканная дыханием мужчины.

Всё для того, чтобы проснуться в одиночестве.

Глава 28. Дина

Эмин просто кидает меня.

Не объясняясь, не находя никаких оправданий, он спокойно собирается и уезжает по своим делам. Отправляет короткое смс, что вернётся через пару дней и на этом всё.

Всё!

Мы с ним переспали, меня в пыль стерло от этой близости, а мужчина даже не заметил. Взял то, чего хотел в тот момент, а обо мне даже не задумался. Перешел к другой задачи.

Когда я просыпалась в пустой кровати — я тешила себя глупыми мечтами. Выберусь из постели, найду Эмина на кухне. Прижмусь к нему так крепко-крепко, обниму со спины, вдохну аромат его кожи.

Думала, как неловко будет завтракать, но при этом — приятно. Возможно, я бы позволила себя поцеловать разок. Или даже несколько раз, пусть губы и припухли за ночь.

Но… Ничего. Абсолютная пустота в квартире и душе.

Я теперь понимаю, о чём говорили подруги.

«Воспользовался и тут же исчез».

Я не могу обвинять Эмина, даже ничего не ответила на его сообщение сразу. Всё довольно просто, никакой мишуры — он ничего не обещал, мы не обсуждали наши отношения.

Поэтому я злюсь на себя.

Кусаю губы постоянно, ругаю себя, что так слепо доверилось. Мне ведь