Ахегаум, том III - Андрей Канарейкин

подозрения, Энтрумия, не ограничивались игроками внутри Ахегаума. Но я рада, что как минимум насчёт тебя и Тэнтэрии эти подозрения не подтвердились.

— Вы планируете так и оставить Эш в Ахегауме?

— А с чего бы мне поступать как-то иначе? — ответила вопросом на вопрос Вендуа.

— Но ведь функция уже выполнена. С помощью Эш и её метки судьбы вы уже нашли вмешательство Хора.

— Кто знает, что ещё я найду, когда она продолжит восхождение, хе-хе. К тому же, не забывай — Эш здесь на перевоспитании. Ахегаум для неё — наказание.

— Я видела память этого разумного… — сказала Энтрумия, — Все его жизни. Столько боли. Столько предательства. Столько страданий. Иметь дар реинкарнатора и проклятую метку судьбы, из жизни в жизнь постоянно вляпываться во всевозможные проблемы и конфликты, что бы ты не делал… Я не думаю, что этого реинкарнатора можно винить в том, что он стал таким, каким стал. Стоит восхититься, что он не стал куда хуже.

— Ты не права, Энтрумия, — голос Вендуа вдруг изменился, стал куда серьёзнее, — Столько боли, столько страданий, да, и каково было его решение? Нести боль и страдания другим? Стать настолько сильным, чтобы его никогда больше не обидели? Глупость. Глупость и бездарная трата времени, убогое использование своего дара — вот и всё к чему он пришёл через страдания! Он даже не научился управлять своим даром, ведь единственное что его волнует, это чтобы в каждой новой жизни у него был член! Ему хватало силы оставаясь человеком бросать вызов младшим богам и выходить победителем, но не хватило мозгов за все жизни хоть раз взглянуть на ситуацию под другим углом! Это его настоящий грех, а не десяток сожжённых храмов и изнасилованных жриц.

— Значит, вы действительно хотите, чтобы он прошёл Ахегаум и стал светлым богом?

— Нет. У Хора есть свои агенты, которых он посылает во все уголки Вселенной с самыми разными целями… Почему бы и мне не иметь что-то подобное? Реинкарнаторы прекрасно подойдут на эту роль. Если Эш научится управлять свои даром и поймёт некоторые вещи, то со своим опытом, знаниями и характером сможет фактически в одиночку спасать целые миры, стоящие на краю бездны. Вместо того чтобы подталкивать их к пропасти, строя очередную империю, над которой не заходит солнце…

— А как же метка судьбы? Он обречён в каждой жизни…

—…вляпываться во всё существующее дерьмо, которое только есть в том мире, где он оказался, — перебила Энтрумию Вендуа, — И именно поэтому он как нельзя лучше подходит. Ведь он никогда не пройдёт мимо зла, его никогда не минует катастрофа, он обязательно во что-то да вляпается. Ему нужно лишь перестать пытаться обезопасить себя от этого и понять, скольких он может спасти, если будет разбираться со всеми этими проблемами и вытаскивать тех, кому не повезло влипнуть в них вместе с ним. Знаешь, Энтрумия, как ещё называют эту метку «неудачника» или «свиньи»?

— Как?

— Метка героя. Вот только наш герой заинтересован лишь в личном могуществе, мести и комфортной жизни. И это тоже его грех.

— Но вы действительно думаете, что такой как он сможет пройти Ахегаум? Сможет понять, перевоспитаться, сделать правильный выбор?

— Ты ведь видела, на что он способен, Энтрумия? Видела его прошлые жизни… Он поклялся, что доберётся до вершины Ахегаума и отомстит мне весьма своеобразным образом. И уж чего у него не отнять, так это способности идти против целого мира и побеждать. Так что он обязательно сделает то, что пообещал. Он просто пока не понимает, через что ему для этого придётся пройти и как это его изменит…

Глава 20

Эш вдруг почувствовала себя странно. Словно что-то во всём окружающем мире вдруг изменилось, но девушка не могла сказать, что именно, не могла даже уловить направление, в котором это «что-то» нужно искать.

И, похоже, не только Эш испытала такие странные ощущения. Мэт, оставаясь в бассейне, вдруг нахмурился и на несколько секунд словно выпал из реальности. Впрочем, потом он взял себя в руки и сказал:

— Итак, о чём это я… Да, тебе нужно подкорректировать внешность.

С этими словами Мэт вылез из бассейна и пошёл прочь, жестом позвал Эш за собой.

— Господин Мэт, а что именно вас не устраивает в моей внешности? — спросила Эш максимально спокойным и вежливым тоном.

— Волосы. Нужно сделать их длинными и сменить цвет на светлый или рыжий. Ещё нужно проколоть тебе соски и вставить туда зачарованный пирсинг. Ну и, конечно, татуировки.

«Знаю я какие ты делаешь татуировки рабыням…» — подумала Эш. Внутри у девушки всё закипало. Нет уж, до ТАКОГО она не опустится! Нельзя позволять ублюдкам делать с собой вообще всё что угодно! Но… «Прежде чем действовать, нужно убедиться, что всё действительно так плохо,» — подумала Эш и сказала:

— Это так заводит! А какие татуировки вы хотите мне сделать, господин Мэт?

— Конкретно я ещё не решил. Но ты же видела девчонок, обрабатывавших тебя страпонами? Всё будет в том же стиле.

Эш видела. И позволять покрывать своё тело неприличными унизительными надписями и рисунками не собиралась.

Вообще, с того самого момента, как Эш увидела описание своего нового титула — «Непокорное сердце», дававшего 50% сопротивление подчиняющим эффектам, в её голове, помимо основного плана, созрели несколько дополнительных. На крайний случай. И вот сейчас по мнению Эш и был такой «крайний» случай. Оставалось решить, что именно делать.

Убить Мэта, сбежать в убежище, снять ошейник и с боем освобождать Жанну и Рину? Плохая идея. В том, что сопротивления подчиняющим эффектам хватит на побег, Эш не сомневалась. А вот в том, что получится с боем прорваться к подругам — уже очень сильно сомневалась. Откровенно говоря, ей и Сталкера с тем скрытником, использующим огнестрел с зачарованными боеприпасами хватит за глаза. И даже если потратить все накопленные очки, не факт, что с ними получится справиться. А тут, в подземном городе, ещё есть целая тренированная армия, суперы, и неизвестно сколько других игроков. Так что попытка решить всё силой закончится плохо практически гарантированно.

Прорваться к Кею и долбануть по нему новой уникальной способностью, испытанием снов? Эш была уверена, что разум ублюдка не переживёт погружения в некоторые её воспоминания, но опять же не была уверена, что у неё вообще получится прорваться к Кею.

«Надо было думать