Ахегаум, том III - Андрей Канарейкин

гуманоидных рас. Внешне он походил на гнома — такой же низкий, широкоплечий, с брутальным лицом, густой рыжей шевелюрой и длинной бородой, заплетённой в косы. Вот только из головы Багнума торчали толстые изогнутые рога чёрного цвета, похожие на козлиные. Глаза Багнума представляли из себя два водоворота оранжевого пламени с чёрными как ночь зрачками, казалось, желающими поглотить всё, на что смотрит этот бог, единственный из администраторов почти перешедший в разряд «старших».

— Как он посмел влезть в святая святых домена нашей госпожи Вендуа, Ахегаум, кузницу богов?! — продолжал Багнум, пылая яростью, — Он осознанно отправил к нам своих последователей и дал им в руки знания и инструменты чтобы скрыться от нашего взора! Немыслимо! Непростительно! Невыносимо!

— Я зла не меньше твоего, Багнум, — спокойно сказала Вендуа, — Но воевать с Хором мы не будем. Хотя бы, потому что невозможно победить древнего, который даже богом в классическом понимании этого термина не является.

— И что, госпожа, вы намерены это стерпеть?

— Не совсем. Я поговорю с Хором. Исходя из того, что я о нём знаю, у него должна быть веская причина поступить так, как он поступил. Ну и верну ему души тех, кого он заслал в Ахегаум…

— А что с самим Ахегаумом, госпожа? — спросила Энтрумия, — Что мы будем делать… Со всем этим?

— Всё очень просто, — ответила Вендуа, — Для начала мы изолируем и ликвидируем влияние Хора вместе с его посланниками. Затем перезагрузим Систему. Ужесточим правила и усилим наблюдение. Сократим приток новых душ и организуем проверку каждого нового игрока в Ахегауме на предмет прошлых жизней и памяти о них. Что же касается игроков, использовавших силу Хора… Всех, кто уже прошёл тридцатый этаж и вышел далеко за рамки допустимого, полностью обнулить и отправить на перерождение. Тех, кто осознанно использовал силу Хора, но не слишком выходил за рамки допустимого, обнулить с сохранением личности и вырвать из их душ связь с Хором.

— А если это уничтожит их души? — спросила Тэнтэрия.

— Ну… Всё, кто осознанно использовал силу Хора были высокоуровневыми игроками, прекрасно знавшими, что такое Ахегаум, с какой целью он существует и кому принадлежит. Они также прекрасно понимали, что берут чуждую этому миру силу и делали это исключительно в корыстных целях. Если их души не выдержат разрыва связи… Предателей никто не любит, Тэнтэрия.

— А что с другими игроками? — спросила Энтрумия, — Посредники, те кого использовали втёмную, мелкие организаторы, игроки с нижних этажей?

— Каждый на своём этаже пусть наказывает на своё усмотрение. Пропорционально степени понимания того, в чём они участвуют, и степени добровольности. Не стоит забывать, что большинство игроков из низов и середины иерархии этих преступных структур были либо обмануты, либо запуганы, либо порабощены, либо просто вынуждены выбирать лучший из заведомо плохих вариантов. Игроков, не прошедших тридцатый этаж, не будем наказывать вовсе.

— Но госпожа! — воскликнула Энтрумия и зашевелила лапками, — Вы видели, ЧТО они устроили на двенадцатом и двадцатом этажах?! Да и на пятнадцатом и двадцать седьмом ситуация не лучше… Вы хотите сказать, что мы не должны вмешаться и разрушить всё там созданное?

— Нет. Без поддержки и указаний сверху, эти организации марионеток окажутся предоставлены сами себе. И их лидеры смогут сами решить, что делать дальше. В любом случае, долго они не продержатся. Кто-то решит покаяться и распустить свою преступную организацию, не будем лишать их возможности заслужить искупление. Те же, кто решат продолжить свою деятельность… Они нежизнеспособны без помощи сверху. Рано или поздно они будут вынуждены измениться… или будут уничтожены.

— Госпожа Вендуа, — сказал Хакуон, — Смею напомнить, что вся эта ситуация с проникновением в Ахегаум агентов Хора стала возможной из-за вашего принципа свободы. Игрокам в кузнице богов намеренно оставили возможность безнаказанно нарушать правила, чтобы часть из них могла осознанно, не из страха наказания, сделать выбор в пользу добра, а не зла. Вам не кажется, что, оставляя марионеток с нижних этажей нетронутыми, вы повторяете ту же ошибку, которой уже воспользовался Хор?

— Да как ты смеешь в чём-то обвинять госпожу Вендуа, тупое ленивое животное, — зашипела Энтрумия.

— Тишина, — сказала Вендуа, — Хакуон, я ценю твоё мнение, но я не считаю то своё решение ошибкой. Ахегаум построен таким образом, чтобы его прохождение было равносильно становлению кандидатом в светлые боги. Думаю, каждый из вас, как бывший игрок, это прекрасно помнит. Если не давать разумным выбора, настоящего выбора, если от совершения серьёзного зла их будет удерживать осознание неотвратимого наказания, а не собственное решение на основе личной морали — мы никогда не получим нужных результатов. Я считаю, что внутри Ахегаума напрямую вмешиваться и наказывать нужно только тогда, когда игрок перешёл точку невозврата, моё мнение на этот счёт не изменилось.

— Но тем не менее, вы решили ужесточить правила и усилит наблюдение, — заметил Хакуон.

— Это временная мера чтобы обезопасить Ахегаум от повторной интервенции и убедиться, что мы ничего не пропустили. Как только я поговорю с Хором и найду способ изменить Ахегаум так, чтобы подобное в будущем не повторилось, правила вернутся к прежнему состоянию. А теперь нам всем пора за работу. Не забудьте подлатать свои этажи, чтобы реальность не расползлась по швам после запуска течения времени.

Администраторы молча стали исчезать, один за другим. Осталась только Энтрумия.

— Что-то хотела сказать мне наедине? — спросила Вендуа.

— Это ведь вы посоветовали Тэнтэрии поставить в Эш закладку, а потом передать доступ к ней мне, госпожа?

— Тц. Догадалась, значит.

— Если вы и так знали о происходящем, знали где и что нужно искать, зачем нужны были все эти сложности?

— Не знала. У меня были кое-какие подозрения, не более того.

— И для проверки этих подозрений вы отправили в Ахегаум этого реинкарнатора.

— С чего такой вывод? Эш здесь на перевоспитании.

— Я заглянула в душу этого разумного. Там, помимо дара реинкарнатора, есть одна очень интересная метка судьбы. Метка неудачника, притягивающая неприятности. Её ещё называют меткой свиньи, из-за древней поговорки «свинья везде грязь найдёт». А ещё там ваша метка, госпожа Вендуа. Вы ведь видели всё случившееся ещё до того, как это увидела я. И это объясняет почему вы так быстро среагировали на запрос, и почему были так готовы… Так почему же вы ждали, госпожа? Я не понимаю.

— Мои