Бег вслепую - Десмонд Бэгли

Единственное, что способно напугать профессионала, это оружие в руках дилетанта. Если в вас стреляет другой профессионал, вы знаете, что он стреляет точно, и имеет шанс увернуться от пули. А дилетант может убить вас чисто случайно.

Я сказал:

— Пройди в уборную и пододень кобуру под свою куртку. Когда ты вернешься, меня здесь уже не будет.

Она смирилась с окончательностью ситуации, так же как и с пистолетом.

— Что ты намерен делать?

— Всякому терпению приходит конец, — сказал я. — Я устал бежать, поэтому собираюсь начать охотиться сам. Пожелай мне удачи.

Она приблизилась и мягко поцеловала меня. В ее глазах стояли непролитые слезы, и пистолет в кобуре был тяжелым куском железа, разделяющим нас. Я похлопал ее пониже спины и напутствовал:

— Сделай все, как я сказал.

Она повернулась и вышла из комнаты. Когда дверь за ней закрылась, я тоже покинул офис.

Глава девятая

1

«Шевроле» Нордлинджера был слишком длинным, слишком широким, имел слишком мягкие рессоры, и он не особенно обрадовал бы меня в Обиггдире, но именно в такой машине я нуждался, чтобы с максимальной скоростью добраться до Рейкьявика по Интернациональному хайвею, который являлся единственным участком дороги с хорошим покрытием во всей Исландии. Двадцать пять миль до Хафнарфьердура я проехал со скоростью восемьдесят миль в час и разразился проклятиями, когда меня притормозил плотный поток транспорта возле Копавогура. На полдень у меня была назначена встреча в магазине сувениров туристического агентства «Нордри», и я не хотел на нее опаздывать.

Туристическое агентство «Нордри» находилось на Хафнарстраетн. Я припарковал машину на боковой улочке и зашагал по направлению к центру города, постепенно спускаясь с холма. Я совсем не собирался заходить в «Нордри», да и что мне там было делать, если устройство лежало у Нордлинджера в сейфе? Я прошелся по Хафнарстраетн и заглянул в книжный магазин напротив «Нордри». Над магазином находилось небольшое кафе, куда можно было подняться по лестнице, чтобы почитать книжку за чашечкой кофе. Я купил себе для прикрытия газету и поднялся наверх.

Еще не закончилось утреннее затишье перед предстоящим полуденным наплывом посетителей, поэтому я без проблем нашел себе место возле окна и заказал оладьи с чашечкой кофе. Раскрыв газету, я посмотрел в окно на людную улицу внизу и обнаружил, что, как и предполагал, отсюда открывался прекрасный вид на туристическое агентство, расположенное через дорогу. Тонкие тюлевые занавески не мешали мне вести наблюдение, но в то же время через них было невозможно разглядеть меня с улицы.

На улице царило оживление. Туристский сезон недавно начался, и первые закаленные путешественники уже обшаривали магазины в поисках сувениров и относили домой свою добычу. Их было легко узнать по фотоаппаратам на шее и путеводителям в руках, но я внимательно осматривал каждого из них, поскольку человек, которого я искал, мог посчитать удобным скрыться под личиной туриста.

Это был выстрел наугад, сделанный мною на том основании, что куда бы я ни направился в Исландии, везде меня поджидала оппозиция. Я последовал инструкциям, данным мне по прибытии, и поехал в Рейкьявик окружным путем, в результате чего наткнулся на Линдхольма. Я зарылся в землю в Асбьюрги, и Грахам возник из сумрака ночи. Правда, это произошло из-за радиомаяка, установленного на «лендровере», но все же такое случилось. Флит поджидал меня и выстрелил в «лендровер» из тщательно спланированной засады, повинуясь приказу, цель которого по-прежнему оставалась для меня загадкой. И все же он, как и Линдхольм, знал, где меня ждать. Кенникен набросился на меня возле Гейзера, и я выпутался из этой неприятной ситуации, оказавшись на волоске от смерти.

А теперь кто-то должен был ждать моего визита в туристическое агентство «Нордри». Шансы на это были невелики, но исходя из моего прошлого опыта, казалось логичным предположить, что данное место тоже находится под наблюдением. Поэтому я проявлял более чем ординарный интерес к прохожим, прилежно заглядывающим в витрины магазинов, надеясь на то, что если Кенникен устроил на меня засаду, то я смогу опознать его людей. Он не имел возможности привезти с собой в Исландию целую армию, а я тем или иным путем уже успел познакомиться со многими его подчиненными.

Несмотря на это, мне потребовалось целых полчаса, чтобы его заметить, что объяснялось необычным углом зрения, под которым я вел наблюдение — сверху. Весьма непросто забыть лицо, увиденное в первый раз через перекрестье оптического прицела, но все же только когда он поднял голову, я узнал в нем одного из моих преследователей, которые находились вместе с Кенникеном на другом берегу реки Тунгнаа.

Он неспешно прогуливался по улице, разглядывая витрины магазинов, расположенных рядом с «Нордри», и выглядел примерным туристом с подобающими ему фотокамерой, городским путеводителем и пачкой почтовых открыток. Я подозвал официантку и оплатил свой счет, чтобы иметь возможность быстро сорваться с места, но оставил за собой столик, заказав еще одну чашечку кофе.

Он не мог заниматься такой работой в одиночестве, и меня интересовали его взаимоотношения со случайными прохожими. По мере того как уходило время, он проявлял все большее беспокойство, непрерывно сверяясь со своими часами, а ровно в час дня перешел к конкретным действиям. Он поднял руку и кого-то подозвал, после чего в поле моего зрения появился другой человек, который пересек улицу и направился к нему.

Я залпом допил свой кофе и, сбежав вниз по лестнице, притаился за прилавком с газетами, наблюдая за своими друзьями через стеклянную дверь книжного магазина. К ним присоединился еще один персонаж, которого я узнал немедленно — это был не кто иной, как мой старый знакомый Ильич, по неосторожности обеспечивший меня бутановой бомбой. Они некоторое время посовещались, после чего Ильич вытянул руку и постучал по своим часам, выразительно пожимая плечами. Они все дружно повернулись и зашагали по улице в направлении Постусстраети, а я последовал за ними.

По тем отрывочным действиям, свидетелем которых я стал, складывалось впечатление, что им известно не только место, в котором у меня должно состояться рандеву, но и его время. Они покинули свой пост ровно в час дня, как конторские служащие, заканчивающие работу по звонку. Я не особенно бы удивился, если бы вдруг оказалось, что они знают и пароль.

На углу Постусстреаети двое из них сели в припаркованную там машину и уехали, а Ильич, резко повернув направо, пересек улицу и быстрым шагом направился к отелю «Борг», в котором он скрылся, как кролик в норке. Я на мгновение задержался, а затем вошел в здание следом за ним.

Он не снизил скорости возле стойки для того, чтобы взять ключ, а сразу же поднялся на второй этаж со мною на хвосте. Он прошел по коридору и постучал в дверь, а я в ту же секунду сделал резкий разворот и снова спустился вниз, где сел за столик в гостиной, откуда мне открывался хороший вид на фойе. Это означало очередную обязательную чашечку кофе, которым я и так уже был переполнен, но таковым является наказание для тех, кто занимается слежкой. Я развернул перед собой газету и стал ждать, когда Ильич появится снова.

Тот отсутствовал недолго — не более двадцати минут, и когда он появился, я испытал чувство триумфа, поскольку теперь знал, что мои подозрения подтвердились и все действия, предпринятые мною в Исландии, полностью оправданы. Он спускался по лестнице, с кем-то разговаривая — и этот кто-то был Слейд!

Они прошли через гостиную, направляясь к залу ресторана, и Слейд миновал мой столик не далее чем в шести футах. Следовало предположить, что Слейд ждал в своем номере отчета, позитивного или негативного, а теперь решил немного подкрепиться. Я переместился в своем кресле, следя за тем, куда они сядут, и во время шумной церемонии рассаживания по местам я быстро встал и, пройдя в фойе, скрылся там из виду.

Двумя минутами позже я был на втором этаже и стучался в ту же дверь, в которую стучал Ильич, надеясь, что мне никто не ответит. Так и произошло, поэтому, достав из своего бумажника пластиковую карточку, я при помощи нехитрого трюка вошел внутрь. Этому фокусу я научился в школе — Департамент тренировал меня хорошо.

Я был не настолько глуп, чтобы обыскивать багаж Слейда. Если он так сообразителен, как мне казалось, то ему ничего не стоило, бросив беглый взгляд на свой чемодан, понять, что его открывали. Это стандартная оперативная процедура в нашей работе, а Слейд имел здесь двойное преимущество — его тренировали обе стороны. Но я внимательно осмотрел двери гардероба, дабы убедиться в том, что на них нет тонких волосков, приклеенных к створкам капелькой слюны, чтобы они отскочили, если гардероб откроют. Все было чисто, поэтому я открыл двери, зашел внутрь и приготовился ждать в темноте.