Перед бегущей - Иван Мак

Прошло довольно много времени. Никаких сведений о пришельцах не было. Пилокка нервничал, ожидая большой неприятности. Он ничего не мог сейчас предпринять. Ядерная атака могла состояться только после отлета его кораблей, а это вызвало бы подозрения, и машины могли бы уйти. Надо было предпринять обычную атаку, а затем словно отойти, взлететь в космос, будто они решили закончить атаки.

Возможно даже заверить машины, что они поверили им, то есть посчитали пришельцами, но тогда атака не была нужна. Просто, сообщив им о своем решении можно было спокойно взлетать, а затем сбросить из космоса ядерный заряд. Сделать это невидимо и неслышимо, чтобы они не смогли спрятаться.

Начало светать. Командир все еще сидел в зале связи, обдумывая свои слова, признания пришельцев, когда появился Риот Мьйокка.

- Командир, они ушли.

- Как ушли? — встрепенулся Пилокка.

- Не знаю. Их нет ни около замка, ни на скале. Все пусто. Мы послали разведчиков. Они должны скоро вернуться.

- К дьяволу! Верните их прямо сейчас! — вскричал командир.

Мьйокка убежал, а командир, включив мысленную связь, вызвал всех капитанов кораблей.

- Все, что кто-либо видел ночью. Любая мелочь, любое наблюдение, даже просто, что кому-либо показалось, послышалось или привиделось. Все сообщайте сюда! — говорил командир.

Пилокка поднял тревогу. Корабли в спешном порядке возвращались на станции. Двое его помощников прибыли в центр управления кораблем, и через некоторое время они взлетели.

Все люди, посланные в разведку, возвратились, так и не дойдя до замка. Это было бессмысленно. Машины обманули их, чтобы уйти подальше, и теперь найти их было почти невозможно. Может, они оставили в замке шпионов. Это надо было проверить. Пилокка отдал распоряжение о подготовке агента для засылки в замок Тита. Надо сообщить Тиллаку, чтобы отговорил барона от попыток захвата. Так он только все испортит, возможно, даже убьет агента машин.

Поиски кораблей машин ничего не дали. Их нигде не было. Ни единого следа. Пилокка уже начал подумывать о том, что они действительно знают перемещение во времени и просто исчезли, чтобы появиться через некоторое время, когда поиски прекратятся. На сколько? Машинам все равно. Они могут исчезнуть и на год, а через год начать все сначала, а, возможно, и действовать более тонко.

Прошло несколько дней. Агент был подготовлен и переправлен на планету. Как обычно, использовался местный человек, который оказывался убитым. После ввода в состояние полужизни его вылечивали, а затем вводили сознание агента. Человек становился другим, и его надо было переправлять в другое место, чтобы его никто не узнал, а если бы кто и узнал, то агент мог спокойно отмахнуться, сказав, что просто похож на другого.

На этот раз агент был человеком Мицула. Его переправили к барону Китта, тому, у кого был Тиллак. Тиллак, используя свои связи должен был направить Чиктайла к баронессе Тита. Никто у Тита не должен был знать о связи Чиктайла с Тиллаком, потому, что тот был связан с Ванделесом, а значит, агент мог оказаться раскрытым. Самым сложным было сделать маскировку прибора чтения мыслей. Он был несколько неудобным из за своей хрупкости и некоторой громоздкости. Его было решено поместить в шлем, в котором должен был ходить Чиктайл.

Все прошло гладко и чисто. Чиктайл был представлен баронессе Тита как человек, которого выгнал барон Китт. Чиктайл был нанят на службу воином, и теперь его задачей было встречаться с людьми, находящимися в замке и читать их мысли, а затем передавать на станцию для определения, кто они.

Время шло. Люди постепенно отсеивались, сама баронесса была отсеяна в первых рядах из-за своих мыслей о Ванделесе, в которого она была влюблена. Это давало возможность Чиктайлу использовать ее в случае необходимости.

Через несколько дней осталось только трое возможных подозреваемых, да и те подходили с натяжкой. В последующие два дня Чиктайл крутился почти все время с ними, и они было отсеяны.

Никого не осталось. Все в замке были нормальными местными людьми, если не считать некоторых отклонений в психике у половины из них после показухи, устроенной машинами.

Чиктайл урвал удачный момент, чтобы вскользь спросить у баронессы о возможных других людях, которые были в замке во время той ночи. Она, ничего не подозревая, назвала еще нескольких, которые в этот момент были в деревнях, а заодно упомянула о пожизненных заключенных, «айвенах».

Чиктайл решил, что это может быть ключом, и после небольшого разговора с начальником охраны за кружкой пива оказался среди охранников пожизненных заключенных. Семеро оказались сумасшедшими, а двое более или менее нормальными. Это были старик Силус и человек среднего возраста Тикала.

Общение с Тикала мгновенно отмело его, а с Силусом..

«Силус! Вот он. Это агент машин!» — передавал Чиктайл. Было просто дико посадить своего агента в тюрьму, в одиночку, где общение с тюремщиками ничего не давало. Это казалось просто каким-то сбоем в программе, зацикливанием, грубым просчетом. Но все же Силус был просто напичкан информацией о машине, находившейся рядом с ним почти полтора года.

План был прост. Пробраться нескольким людям в замок и с помощью Чиктайла выкрасть Силуса. А затем узнать от него все, что надо, возможно, даже провести полное сканирование мозга. Стоявшая задача была слишком серьезна, чтобы задумываться над жизнью человека, агента машин.

Все прошло без шума. Силус даже не сопротивлялся, решив, что его освобождают. Через несколько часов испуганного человека доставили к духам огня, как он называл их. Он знал о них от охранника, с которым иногда говорил.

Страх человека оказался таким, что он рассказал все о том, как в камеру попал Делв Айвен, о том, как он долго приходил в себя, бормотал во снах об Авурр. За полтора года Силус научился выговаривать букву «р», которой не существовало в языке местных людей. Старик рассказал о том, как учил Делва говорить, о том, как тот потом рассказывал ему о летающих телегах, космических кораблях. Силус иногда переходил на английский, который выучил от своего соседа.

К допросам присоединилась Киула Десиннот, и через несколько дней довольно прилично объяснялась со стариком на английском, а затем сделала переводы нескольких фраз машин, сделанных во время их встречи с Ванделесом. Фразы почти ничего не значили. Только подтвердилось, что машины пользовались несколькими языками.

А старик продолжал рассказ. Через некоторое время он почувствовал, что чем больше он говорит, тем лучше. Иногда он даже стал приплетать придуманное и получил предупреждение. После этого он ни разу не сказал того, что бы не соответствовало действительности.