Время больших побед - Борис Царегородцев

– А наша авиаразведка, значит, бездействует? И какого черта он влез в эту свару? У него был приказ только наблюдать за русскими, и куда делась Р-54, что, тоже полезла увеличивать свой счет и попала под немецкие бомбы?

– О ней у нас никаких известий нет. Немцы тоже не подтверждают потопление нашей подлодки, в их победных реляциях говорится о потоплении с 25 апреля по 25 мая пяти русских лодок с указанием районов. Русские отвечают, что за указанный период потеряли всего одну подлодку в конце апреля перед самым наступлением именно в том районе, где указали немцы.

– Кого потопили немцы, мы не знаем. Но они всегда немного привирают насчет своих достижений. Хотя не исключено, что они могли и Р-54 прихватить.

– Но Р-54 не должна была находиться в тех районах, где якобы были потоплены подводные лодки. Она пропала так же таинственно, как и те немецкие в прошлом году, но мы-то теперь знаем, что их потопили или захватили в плен русские.

– Да, лейтенант Даниэль подтверждает, что рядом с ним ремонтируется немецкая подводная лодка U-338, которую русские захватили несколько дней назад. Это третья подводная лодка немцев, которая должна вступить в строй под русским флагом.

– А нам посчастливилось захватить всего одну из сотни потопленных. Вы, наверное, слышали о капитане Ламипете и его подводной лодке «Морской волк»?

– Да, сэр, слышал. Это ему приписывают и атаку на «Лютцов», и противолодочную операцию в Карском море, и торпедирование «Шеера», после чего он сдался русским.

– Пришло сообщение из Москвы от нашего военно-морского атташе при сэре Арчибальде. Там на днях состоялось награждение особо отличившихся, и есть очень любопытная фамилия. Некто контр-адмирал Лазарев Михаил Петрович, командир подводной лодки К-119.

– Контр-адмирал и командир подлодки? Что, у Сталина так много адмиралов, что они командуют одиночными кораблями?

– Это еще не все. Там еще говорится, что именно он руководил разгромом немецкой эскадры.

– Так это и есть ЛА-МИ-ПЕТ! Но мы никогда не слышали о таком адмирале у русских.

– Нет, у русских был такой адмирал, только сто лет назад. Он тогда командовал Черноморским флотом. Это было перед Крымской кампанией.

– Возможно, это его потомок.

– Не знаю, чей он потомок, но он очень опасный противник и в будущем может доставить нам много неприятностей.

– Сэр, возможно, слухи о том, что Сталину кто-то помогает из бывших, небеспочвенные. Такой прогресс в действиях русского флота после того, как появился этот Ламипет.

– Если он на самом деле из бывших, то покинул большевистскую Россию в возрасте двадцати – двадцати пяти лет. И имел чин лейтенанта. И где он, по-вашему, тогда после этого служил, набрался такого опыта? Во флоте Бразилии, как хотят представить нам русские? Или во флотах Франции или США, а может, у нас?

– А что, наши парни из разведки нашли что-нибудь на Амазонке?

– Только змей, обезьян да парней Канариса и Гиммлера, которые тоже ищут в этих джунглях таинственные базы русских.

– И кто он такой? Наверное, он не один прибыл. А подводная лодка К-119 и «Морской волк» – одно и то же или нет?

– Их пока никто не видел, и подтверждений нет, что это одна и та же подводная лодка. Прошел слух, что в октябре у русских вступила в строй новейшая подлодка под индексом «К». А вот это она или нет – неизвестно, только известно, что в Ленинграде находится на достройке несколько подлодок под индексом «К». И две как раз вступили в строй прошлой осенью.

– Но слухи о «Морском волке» начали поступать в конце июля. Очевидно, русские ввели еще одну лодку немного раньше и держали это в секрете.

– Что вы хотите этим сказать?

– А не могли они перебросить одну из них с Балтики сюда на север?

– Маловероятно. Немцы перегородили выход из Финского залива противолодочными сетями и минными полями. Да и сам залив очень мелководный для такой большой подлодки, пройти мелководные проливы и выйти в Северное море незамеченным невозможно. Другого пути нет.

– А если предположить, что русским все же удалось вывести с Балтики одну из них, этим можно объяснить появление на севере подводной лодки К-119.

– Но это только предположения и слухи. На наши просьбы показать новейшую подводную лодку у русских всегда много отговорок. И чего они скрывают, если лодка, прорвавшая блокаду, вырвалась из осажденного Ленинграда? Этим, наоборот, надо гордиться. А как же? Прорвать блокаду, когда немцы кричат на весь мир, что ни одна подводная лодка большевиков не выйдет в Балтийское море. А она не только прорвалась, но и вышла в океан.

– Может, они не хотят афишировать это, если немцы узнают, что их противолодочный рубеж дырявый, бросят дополнительные силы, и тогда точно ни одна лодка его не прорвет и не выйдет в море. Такое объяснение выглядит более логичным.

– Может быть, может быть. Но надо постараться все разузнать об этом адмирале Лазареве и последить за его карьерой. Хотя он это звание получил после разгрома немецкой эскадры.

– Я предлагаю представить его и этого Лунина к ордену Британской империи, думаю, они не смогут отказать нам в этом. И тогда ему придется предстать перед нами, мы с ним познакомимся. Для этого надо послать представительную делегацию в Россию и, конечно, корреспондентов, чтобы написали об этом событии. А еще мы пошлем под видом корреспондентов ребят из разведки, они лучше разбираются в обстановке и знают, какие задавать вопросы.

– А вы уверены, что это может сработать и русские начнут нам все выкладывать?

– Я ни в чем не уверен, но после этого визита мы будем точно знать, скрывают русские от нас что-то или нет.

Глава 10

Екатерина

Через три дня самолет вновь доставил меня в Архангельск. Но на этот раз мы не намерены надолго задерживаться тут. Хотя пара часов у нас есть. Пока отдохнут пилоты, проверят и дозаправят самолет, мы отправились в штаб Беломорской флотилии. Там нас встретил пока еще командующий флотилией вице-адмирал Степанов, начальник штаба Зозуля и еще несколько офицеров штаба. Я знаю, что, как только приму дела у вице-адмирала Кучерова, новым командующим Беломорской флотилией будет он, а Степанов отправится в Наркомат ВМФ на должность начальника Главного морского штаба.

После протокольных приветствий адмирал Головко представил меня встречающим офицерам. Сейчас меня представили как нового начальника штаба Северного флота.

– Георгий Андреевич, рассказывай, что там с конвоем, как корабли?

– Товарищ командующий, Арсений Григорьевич. Сейчас конвой проходит через горло, до Архангельска осталась сотня миль. Завтра к утру ожидаем прибытия каравана на место. Немцы все еще пытаются разбомбить его, но теперь основные налеты производят с финских аэродромов, вчера к нам прибыли два истребительных авиаполка и сегодня сразу же включились в работу по ПВО кораблей. Больше всего пострадал линейный корабль и эсминец. Эсминец пришлось посадить на мель в Йоканьге, чтобы не затонул. Линкор получил крен до десяти градусов, затоплено полностью три отсека правого борта, еще в двух сдерживают поступление воды. По нашим расчетам, он принял более пяти тысяч тонн воды, это вместе с контрзатоплением по левому борту. Еще одного попадания в этот борт линкор может не выдержать. Осадка увеличилась на полтора метра. Боюсь, что сразу в Молотовск он пройти не сможет, пока не заделаем дыры и не откачаем воду. И то надо будет подводить понтоны, чтобы провести его до завода. Крейсеру больше повезло, смогли заново запустить его вспомогательную установку, но один из его дизелей вышел полностью из строя. Из кораблей сопровождения потеряны тральщик и сторожевик из мобилизованных, потопленные авиацией. А также катерный тральщик, он подорвался на донной мине, их немцы пытались ставить по ходу движения конвоя. Сильно пострадал ледокол, у него наполовину разрушена надстройка, почти весь командный состав или погиб, или ранен. У Колчина больше всего пострадал «Баку», у него все борта посечены осколками. Его залило, один отсек полностью затоплен, в других идет борьба. В «Урицкого» попала бомба, прошила насквозь первый отсек и взорвалась в воде. «Урицкий» остался без хода, сейчас буксируется в Молотовск. «Баку» двигается самостоятельно. Оба эсминца нуждаются в срочном ремонте. Самым везучим оказался немецкий миноносец, за последние двое суток он не пострадал. На подмогу отправлены почти все наличные силы флотилии. За сегодняшний день отражено три налета, все на подходе к конвою. Сбито одиннадцать самолетов противника, наши потери два истребителя.

– Арсений Григорьевич, ранен Колчин. Он сейчас находится в госпитале. Тут у нас.

– Рана серьезная? Что говорят доктора?

– Рана тяжелая, но говорят, что жить будет.

– Надо будет навестить его в госпитале. А сколько всего раненых доставили в госпитали города?

– Много, человек сорок. Но еще некоторые так и остались на своих кораблях и не захотели эвакуироваться.