Разведка без мифов - Елизавета Паршина

Однако в этой истории тоже не все ясно. Неужели Цветков проводил занятия с боевой, а не с учебной миной? Нет, это не так. Под железнодорожное полотно кладется стандартный ящик на восемь брикетов тола по 400 грамм каждый. Если б там взорвалась такая мина, не руки бы оторвало, а всех разнесло. Может быть, ящик был пустой, и взорвался один вставленный в него детонатор, вызвав взрыв остальной взрывчатки? Нет, тогда ему оторвало бы только несколько пальцев и лицо не пострадало бы так сильно, хотя все пятеро были бы, конечно, убиты взрывом сложенной в углу взрывчатки. Скорее всего, было два взрыва одновременно: у Цветкова в руках взорвалась 400-граммовая толовая шашка, когда он показывал, как в нее вставлять взрыватель, и тут же детонировало все остальное.

Старший лейтенант Василий Дмитриевич Цветков погиб в середине июня 1937 года и похоронен на краю небольшого хутора на берегу Тахо напротив города Талавера-де-ла-Рейна.

И последнее. Зачем нужно было окружать этот случай такой глубокой тайной? Никаких соображений конспирации тут нет: сотни книг, журналов и газет пишут о работе советских советников в Испании, о видных работниках нашей разведки и контрразведки. Не хотели оглашать несчастный случай? Тоже нет, потому что у нас открыто пишут и о гораздо больших неудачах с числом жертв в десятки и сотни человек. На ответ «там виднее» надо заметить, что и мы не слепые, к тому же снизу часто бывает виднее, чем сверху. Думаю, что цензоры имеют общее указание: изменять даты, фамилии и названия мест, когда это необходимо (так же, например, у нас долгое время выпускались специально искаженные географические карты). Но цензоры не хотят утруждать себя лишней работой, разбираться в каждом отдельном случае, а потому меняют и запутывают все подряд. Однажды начальнику 2-го Управления контрразведки КГБ Судоплатову дали на просмотр книгу «За власть Советов» Катаева. Когда она вышла в свет…

Я прочитала и пришла в ужас, такие там нелепости о работе подпольщиков встречаются. Потом я говорю Судоплатову: «Что ж вы такие вещи пропускаете?» А он отвечает: «Я смотрю, что б там не было ни слова правды. Остальное меня не интересует». (Из разговора с лицом, просившим его имя не называть — Л.П.)

Так, проходя через осторожность разведчиков, бдительность цензоров, некомпетентность журналистов, наводняет печать никому не нужная дезинформация, и бьются в тупиках историки, и остаются безвестными подвиги, и оказываются забытыми герои.

Вы пробовали взорвать мост?

Роберт Джордан уже лез по фермам моста. Сталь была холодная и мокрая от росы, и он лез осторожно, находил точки опоры между раскосами, чувствуя теплые лучи солнца на спине, слыша шум бурного потока внизу, слыша выстрелы, слишком много выстрелов со стороны верхнего поста. Он теперь обливался потом, а под мостом было прохладно. На одну руку у него был надет виток проволоки, у кисти другой висели на ремешке плоскогубцы.

— Давай мне динамит, viejo, только не сразу, а по одной пачке, — крикнул он Ансельмо. Старик далеко перегнулся через перила, протягивая ему продолговатые компактные бруски, и Роберт Джордан принимал их, вкладывая в намеченные места, засовывая поглубже, укреплял. — Клинья, viejo! Клинья давай! — Вдыхая свежий древесный запах недавно выструганных клиньев, туго забивал их, чтобы заряд динамита держался плотнее в переплете ферм. (…) И на кой черт столько пальбы, думал он, подвязывая две гранаты, одну возле другой, над скрепленными вместе брусками динамита, обматывая их по ребрам проволокой, чтобы они не шатались и не упали, и туго перетягивал, скручивая проволоку плоскогубцами. Потом он попробовал, как все вышло, и для большей прочности вогнал над гранатами еще клин, плотно прижавший весь заряд к ферме. (…) Одна сторона готова. Теперь вот еще эту сторону — и все. Камня на камне не останется. (…)

— Дай мне большой моток проволоки!

Только не тянуть раньше времени. А то сейчас же вырвет кольцо. Жаль, что нельзя пропустить проволоку насквозь. Ну ничего, проволоки у меня много, обойдется, подумал Роберт Джордан, ощупывая чеки, удерживающие на месте кольца, которые должны были освободить рычажки гранат. Он проверил, хватит ли рычажкам места, куда отскочить, когда чеки будут выдернуты (скрепляющая их проволока проходила под рычажками), потом прикрепил конец проволоки из мотка к одному кольцу, соединил с главной проволокой, которая шла к кольцу второй гранаты, отмотал немного проволоки, провел ее вокруг стальной укосины и передал моток Ансельмо.

— Держи, только осторожно, — сказал он.

Он вылез на мост, взял у старика из рук моток и, отпуская проволоку на ходу, пошел назад, к тому месту, где посреди дороги лежал убитый часовой; он шел, перегнувшись через перила, и вел проволоку за мостом, шагая так быстро, как только поспевал разматывать ее. (…) Роберт Джордан довел проволоку до конца моста, сделал петлю вокруг последней подпорки и побежал по дороге до первого выкрашенного белой краской камня. Здесь он перерезал проволоку и отдал конец Ансельмо (…)

— Я закреплю вторую проволоку и приду сюда. Тогда мы его вместе взорвем.

(…) Он намотал конец проволоки на руку и крикнул Ансельмо: «Взрывай!» — и крепко уперся каблуками в землю, и всем телом откинулся назад. (…) И вдруг что-то треснуло, загрохотало, и середина моста вздыбилась, как разбивающаяся волна, и струя воздуха, горячего от взрыва, обдала его, когда он бросился ничком в канавку, руками крепко обхватив голову. Он уткнул лицо в каменистую землю и не видел, как мост опустился опять, только знакомый желтый запах донесся до него с клубами едкого дыма и посыпался дождь стальных обломков.

Потом обломки перестали сыпаться, и он был жив, и поднял голову и взглянул на мост. Середины моста не было. Кругом повсюду валялись изрубленные куски стали, металл блестел на свежих изломах. (Э.

Хемингуэй. По ком звонит колокол. Собр. соч. в 4 т., М., 1981, т. 3, стр. 509–519. Далее цитаты по этому изданию)

Сразу видно, что эти строки писал человек, хорошо, детально знающий, как взрывают мосты, даже, вероятно, участвовавший в этом или видевший это. Не спешите, однако, соглашаться. Все это лишь на первый взгляд.

ЭКСПЕРИМЕНТ: Через лужу лежит доска. Ваша задача: разрушить «переправу». Если у вас мозги в порядке, вы не будете изо всех сил прыгать на середине, пытаясь переломить доску, а легонько спихнете ее ногой. Обратите внимание на то, что сил на это потребуется раз в сто меньше.

ВТОРОЙ ЭКСПЕРИМЕНТ: Через ручей лежит бревно. Ваша задача: разрушить «переправу». Опять же, надеюсь, вы не побежите за друзьями, чтобы переломить бревно посередине, а без особого труда приподнимете один его конец и скинете.

То же самое с мостами (кроме сводчатых) — глупо разрушать полотно, если достаточно спихнуть мост с опоры. Во-первых, его не отремонтируешь, тогда как через дыру в середине достаточно перекинуть несколько бревен. Во-вторых, взрывчатки на это пойдет раз в шесть меньше: вспомните, насколько легче скинуть переправу, чем переломить.

В тексте романа есть указания на конструкцию, материал и размеры моста (стр. 92, 122). Это небольшой широкий однопролетный арочный сборно-металлический мост метров пятьдесят длиной. Для его взрыва достаточно около ста килограмм взрывчатки, которую надо закладывать под одну из опор (в данном случае обе опоры береговые). Джордан же взрывает мост посередине, то есть в самом прочном и устойчивом месте, Ладно, может быть у него манера такая. Но тогда он должен был заложить взрывчатку не в двух, а в четырех-пяти местах, как бы пунктиром поперек моста, иначе получатся лишь две дыры. Ну, ладно, пускай в двух. Сколько же ему понадобится взрывчатки? Из нормативного расчета — 50 грамм на 1 кв. см поперечного сечения металлических конструкций — минимум 400 килограмм. А сколько у него есть? Они с Ансельмо вдвоем принесли два рюкзака, причем взрывчатка была лишь в одном из них, и то заполненном ею не полностью (стр. 92, 135, 439), то есть максимум килограмм сорок. Опять же, ладно. Пусть он достал из рюкзака четыреста. Заложил. Взорвал. В середине моста образуется разрыв метра полтора-два, но мост не рухнет, так как при арочной конструкции полотно как бы подвешено к аркам. Они — опора моста. При толковом командовании восстановить на нем движение можно минут за 30–40. Впрочем, при бестолковом тоже. Теперь об усыпавших землю обломках. Чтобы, как описано в романе, в радиусе ста метров усыпать землю обломками с густотой один обломок на несколько квадратных метров потребуется около семи тысяч обломков, то есть около двухсот тонн металла. А чтобы разнести этот металл в обломки нужно полторы-две тонны динамита, а не четыреста и, тем более, не сорок килограмм. Теперь посмотрим, как Джордан работает: закрепляет динамит, забивая клинья. Не проще ли пустить себе пулю в лоб, не вставая с кровати, чем куда-то для этого тащиться. С толом, например, так можно обращаться, но динамит настолько взрывоопасен, что детонирует иногда от подскока телеги или машины на ухабе. Не менее занятно описывает Хемингуэй и взрыв паровоза на железной дороге