Схрон. Дневник выживальщика. Книга 4 - Александр Сергеевич Шишковчук

— В смысле? Памперсы! Ты ж сама просила!

— Ты читать не умеешь? Это же четверка! — Она швырнула упаковку в дальний угол.

— И что? — Я действительно не понимал, в чем проблема.

— Четверка — это большой размер!!! Надо было единичку!!!

— Блин, ну ты бы сразу так и сказала… — Я почесал молотком репу.

— Пива себе набрал, не забыл! А на ребенка тебе плевать! Я так и знала! — Лена уселась прямо на бетонный пол и зарыдала.

— Ты успокойся, в лесу еще много таких упаковок припрятано. Может, и другие размеры есть. А эти на вырост будут.

Я присел рядом и попытался приобнять за плечи.

— Не трогай меня! Отпусти! — Вскочив, она убежала наверх.

Ох уж эти предродовые истерики. Вздохнув, я заточил еще одну семку и вернулся к прерванному занятию.

Через пару часов несколько сотен дощечек с гвоздями заполнили всю оружейную. Теперь, пока темно, нужно установить их на подступах к Схрону. Одевшись, я поднялся наверх. Лена не спала, надувшись, сидела за компом, на экране пасьянс «Паук».

Я сходил на улицу и отыскал в снегу большие сани — прицеп к снегоходу. Затем принялся грузить в них импровизированные ловушки, упаковки патронов для карабина, тактическую лопату. В рюкзак все равно бы не влезло. Природа благоволила моим действиям, начиналась пурга.

В прихожей я снял с крючка «Сайгу», закинул за спину. Обернулся к Лене:

— Не скучай, к утру вернусь.

Она ничего не ответила. Укутав поплотнее лицо, я вышел за порог.

***

В свете налобного фонаря я двигался через лес, волоча груженые сани. Через час спустился к замерзшей реке. Естественный рубеж обороны. Начнем отсюда, пожалуй. Мой старый след еще выделялся на белой глади, потихоньку заметаемый колючей поземкой.

Вытащив лопату, я начал копать небольшие лунки. Вниз дощечку с гвоздем, сверху фанерку с патроном, присыпать снегом. Я представлял, сколько пендосов останутся без ног, когда сунутся на реку, и мое сердце наливалось радостью. Штук двести поставил. Максимально удобный путь через реку перекрыт. Можно, конечно, обойти, но там крутые берега, скальники. Да, вражины определенно пойдут здесь.

Покончив с минированием, впрягся в полегчавшие сани и пошел наверх. С высоких скал река была как на ладони. Хорошая огневая позиция. Я отметил для себя еще несколько подобных точек. Хрен вам, а не Схрон Санька, сучары.

Я двинулся по собственному следу в сторону дома. Через каждые десять-пятнадцать метров, на этой же тропе, выкапывал ямки поглубже и устанавливал по две доски с гвоздями. Вражеская нога провалится в такую ямку, а гвозди-челюсти алчно вопьются в заклинившую конечность. Главное самому потом не попасться.

За несколько часов, попетляв по лесу, я натоптал с десяток ложных тропок. Щедро расставил ловушки. Вернулся в Схрон до рассвета. Мягко горел ночник, Лена спала, свернувшись клубком.

Стараясь не разбудить, на цыпочках я прошел в оружейную.

Нагрузил полный рюкзак патронов для Сайги с револьвером. Прихватил несколько трофейных АК. Патронов к ним мало, но все равно сгодятся. Также собрал аптечку, перекусы, наполнил фляжку. Зюзя ободряюще подмигивала за стеклом аквариума. И тебя возьмем. Вытащив психоделическую жабу, я сунул ее за пазуху. Нужно быть во всеоружии.

Так же неслышно пройдя в прихожую, еще раз огляделся. Маленький уютный мирок посреди непрекращающегося пиздеца, холода и страданий. Кто, если не я, сохранит его?

Глава 34

Вряд ли что-то сравнится по накалу эмоций и остроте ощущений с охотой на коварную дичь. Особенно, если дичь двуногая, вооруженная до зубов. И мечтающая сама прикончить охотника. Я, как мог, старался унять душевный кипеш, война — это, прежде всего, противостояние разумов. Адреналин лучше приберечь для боя. Если он состоится, конечно. Полчаса уже я сидел в засаде на вершине скалы, а потряхивало все сильнее. Наверное, из-за семечек Спауна. Зачем съел так много?

Ну, где же эти гады? Давно, блин, рассвело. Будет обидно, если пендосы не явятся по моим следам. Я ведь так готовился. Хотя, может, Валера проявил мужество, не проболтался о моем убежище? Чуть не рассмеялся от этой мысли. Нет, Санек, это фантастика. Если Уайт захватил семью камрада, тот выдаст что угодно. Видимо, пуля промеж очков была бы идеальным выходом из ситуации…

Проверив плавность хода затвора, я в очередной раз оглядел безжизненные окрестности. Река и подступы были видны на много километров. Чем бы заняться? Запасные огневые точки оборудованы еще затемно. На каждую положил по стволу и магазину, чтоб не бегать с ними. Но основной боезапас, конечно, в рюкзаке и в многочисленных подсумках. Я пододвинул лежащий на лапнике запасной АК и принялся чистить «Сайгу». Рискованный момент, но, вроде, все спокойно.

То и дело поглядывая на речку, я закончил это приятное занятие. С трудом усидел на месте. Хотелось двигаться, что-то делать. А если они вообще не придут? Ладно, буду караулить до темноты. Холод не страшен — под курткой меня греет Зюзя. Здраво поразмыслив, лизать ее пока не стал. Это мой сюрприз, моя термоядерная бомба, на случай, если что-то пойдет не так. Да и вообще, опасно. Действие психоделиков непредсказуемо. Может превратить в супер-воина, но может случиться и наоборот.

Мимо скалы пролетела стая ворон. Я рефлекторно вскинул карабин. Стрелять не стоит. Хотя птицы упитанные. Настоящие окорочка, черт возьми! Отожрались, поди, на трупаках в Кандалакше. Пусть летят. Я опустил оружие. Проблема с едой пока не стоит, благодаря лихо отработанной в городе тушенке. Главное, забрать теперь ее из оставленных в лесу аэросаней. Неспокойно на сердце, когда припасы находятся не под контролем. Только бы никто не обнаружил, блин. Тушняк — ладно. Не прощу себе, если козлы утащат мой новый унитаз. А Ленка прикончит из-за долбанных памперсов.

Спасаясь от скуки, я съел «Сникерс». Зашло хорошо, особенно под конину. Покурил, глядя на облака. Когда уже закончится эта проклятая зима? Через пару месяцев? А может, через год, два, десять…

С титаническим усилием воли, я закрутил фляжку и убрал в клапан рюкзака. Нужно оставить на вечер. Сейчас только середина дня, а уже нормально так стало. Тревоги улетучились, ветер стих, а зимний пейзаж навевал умиротворение. А может, подремать или пойти домой? Я даже начал клевать носом. Походу, коньяк подавил дикий эффект чудо-семок. Буду иметь в виду. Но расслабляться нельзя, нельзя… Вытащив пакетик, закинул парочку. Крепкие зубы с хрустом перемололи вместе с кожурой. Вновь распахнулись усталые веки, а мышцы заколбасило, словно под высоким напряжением.

Пора завязывать со всей этой херней, Саня. Стимуляторы не доведут до добра. Конечно, обязательно.