Коллекционер пороков и страстей - Татьяна Полякова

– Что ты этим хочешь сказать?

– Что ты точно собака на сене: вспоминаешь, что я твоя девушка, только когда рядом со мной видишь мужчину. Вадим пришел полчаса назад.

– Ага, – кивнул тот. – И успел узнать много нового. У девчонки черный пояс по карате.

– Это правда? – с сомнением спросил Димка.

– Нет, – ответил за меня Вадим. – Но со мной она легко справилась. Мое мужское самолюбие кричит «караул», но для нашего общего дела это, пожалуй, неплохо.

– Вы от избытка сил резвились или она дала отпор дурацким ухаживаниям? – не унимался Димка.

– Ухаживания я еще даже не начинал. А когда начну, тебе станет не до смеха. Бергман хочет, чтобы она жила у него. В целях безопасности. У Джокера большое беспокойство за нашу Девушку. Порадую его сегодня: в отличие от тебя с ней в разведку идти можно запросто.

– Долго ты мне еще будешь тыкать в нос… – разозлился Димка, а я перебила:

– Заткнитесь оба. Или выметайтесь.

– Я хотел поговорить… о доме в Лютове. – Димка устроился на стуле, стараясь не смотреть в сторону Вадима. – Почему он все-таки тебя заинтересовал?

Я решила, что момент подходящий, и отправилась за газетой. Вернувшись в кухню, сунула ее в руки Вадиму.

Он мельком взглянул на газету и бросил ее на стол, Димка придвинул ее к себе и стал читать. Все молчали. Наконец Димка спросил, обращаясь ко мне:

– И что все это значит?

– Пока не знаю. Меня пригласили в этот дом и на столе оставили газету.

Вадим зло засмеялся и головой покачал.

– Детка, сколько раз повторять: если Джокер не захочет, чтобы ты о нем что-то знала, ты не узнаешь.

– А тебе не кажется это странным? – разозлилась я. – Друзьям обычно доверяют и не скрывают от них свое прошлое.

– По-разному бывает, – пожал плечами Вадим.

– Ты уверен, что он считает нас своими друзьями? – с сомнением спросил Димка. – Мы знаем одного Джокера, но, возможно, есть другой?

– Понятно, – усмехнулся Вадим. – И тебя куда-то пригласили? А что оставили? Меня, кстати, тоже на вшивость проверяли. Хотя немного иначе. Настойчиво пытались напомнить о том, что я не хотел вспоминать.

– Можно об этом поподробнее? – сказала я.

– Ты же слышала: это то, что я не хочу вспоминать. И не буду.

– А ты? – спросила я Димку.

Некоторое время он молчал, глядя в пол, потом, покачав головой, ответил:

– Это мои проблемы.

Худшего ответа он дать не мог. Выходит, обзавестись союзниками я не сумела.

– Знаете, на что это похоже? – хмыкнул Вадим. – Мы мелко пакостим за его спиной. Я еще могу понять девчонку, она с нами недавно. Но ты…

– А я не знаю, на чьей он стороне, – разозлился Димка. – Похоже, он и сам не знает. Падший ангел. В нем столько от ангела, сколько и от беса. Так кому из них ты доверяешь?

– Давайте без падших ангелов, – вмешалась я. – Все довольно просто: лично меня интересует, чем занимался Бергман до встречи с вами. Его скелеты в шкафу. Это поможет мне принять решение: уйти или остаться с вами. А вас избавит от возможных неожиданностей. Ты как? – повернулась я к Вадиму.

– Я уже не раз ответил на этот вопрос. И еще. Вам не кажется, что вы выбрали весьма неподходящее время? У нас есть клиент, есть работа, и мы ее обязаны сделать.

– Вадим прав, – неожиданно поддержал его Димка. – Время неподходящее. Давайте найдем убийцу, а там…

– Отлично, – кивнула я, вполне успешно скрывая эмоции. – Значит, подождем более подходящее время.

– Ты расскажешь Бергману? – спросила я Вадима, когда мы шли к его машине, Димка чуть замешкался сзади, и я воспользовалась этим.

– Я не доносчик, – посуровел он. – Но теперь вижу, что Джокер был прав.

– В чем прав?

– Прав, что беспокоится о твоей безопасности.

На сей раз я предпочла не уточнять, что он имеет в виду.

Бергман задержался минут на десять, что совсем не в его правилах. Мы ждали в кабинете, Димка, как всегда, уткнувшись в компьютер, Вадим расхаживал с праздным видом, а я листала книгу, которую обнаружила на столе. Джокер снова смог удивить, на этот раз ни тебе игральных карт, ни упырей с оборотнями, а рассуждения о вере немецкого священника аж тринадцатого века, изданные, правда, гораздо позднее и на русском. Освоила я всего пару страниц, а голова уже начала пухнуть. По-моему, жуткая заумь, как ее Бергман читает? Тут и он наконец появился.

– У меня две новости, – сказал еще с порога.

– И обе скверные? – хмыкнул Вадим.

– Как посмотреть, – пожал Максимильян плечами, устраиваясь за столом. – У Вербицкого алиби на вечер убийства. По просьбе руководства он провел семинар в одном из отделений компании в соседней области. Семинар закончился в 19.20. Оттуда до нашего города больше сотни километров, если точнее, сто тридцать два.

– Тачка у него так себе, но… – пожал плечами Вадим.

– Он ехал на поезде. Его проводили до перрона, поезд прибыл в 23.25. Если допустить мысль, что в поезд он так и не сел и его где-то ждала машина, времени остается ничтожно мало, отправление в 19.55, а звонок в полицию поступил в 20.40.

– Алиби железное, – кивнул Вадим. – И это скорее настораживает. Кто сказал, что стрелял он? Исполнителя найти не так трудно.

– Такому парню, как Стас? Не смеши. Где он его нашел? По Интернету?

– Тоже, кстати, вариант. Валяй вторую новость.

Бергман достал из верхнего ящика диктофон и положил на стол, нажал воспроизведение, пояснив:

– Запись поступившего в полицию звонка.

Голос был едва слышный, не мужской и не женский, вроде бы вовсе бессвязный набор звуков… Тяжелый вздох, точно человек собирается с силами, а потом: «Помогите, всех убили» – и торопливо произнесенный адрес.

– Еще раз, – попросила я. Мы все склонились над диктофоном, хотя Бергман включил его на полную громкость. – Это не Надя, – сказала я, когда запись мы прослушали трижды.

– Уверена? – вскинул голову Вадим.

– Да.

– Что же получается…

– Получается, что полицию вызвала не девушка, а стрелявший в нее киллер, – сказал Бергман. Он в отличие от Вадима сомнений не испытывал. – И все это прекрасно вписывается в нашу версию. Киллер столкнулся с ней в коридоре и вынужден был стрелять. Но в его планы смерть девушки не входила, и тогда он вызывает полицию, ее должны были успеть спасти. А чтобы у полиции не возникло вопросов по этому поводу, он оставляет на трубке кровавый отпечаток ее руки.

– Джокер, лично у меня сомнения, – возразил Дима. – Неужели этот Стас полный идиот? Так подставляться, не имея никаких гарантий, что заполучит девчонку и ее наследство. Они же, по сути, были едва знакомы. Он просто брат школьной подруги.

– Если не Стас, то кто? – сказал Бергман, обводя нас взглядом.

– А если у Вербицкого был повод расстрелять семейку и без видов на наследство, а идея заполучить деньжата появилась уже потом, когда выяснилось, что Наде, кроме как к подруге, податься некуда? – предположил Вадим.

– Это не Надин голос и не Стаса, – сказала я. Теперь все трое с немым вопросом смотрели на меня. Может, ждали дальнейших откровений?

– Могу подкинуть такую версию, – вздохнул Димка. – Стас здесь вообще ни при чем. Киллер расправился с семейством из-за делишек Лотмана, а девчонку ему просто стало жаль. А что? Киллеры тоже люди. Особенно если он у нас новичок и это его первое дело. Не хотел брать лишний грех на душу.

– На всякий случай проверим окружение Надежды, – кивнул Бергман. – Может, на самом деле все очень просто?

– У девчонки не было приятеля, если ты об этом. Дед с нее глаз не спускал. Ну а потом, на фига киллеру с девчонкой знакомиться? Чтобы иметь доступ в дом? – хмыкнул Вадим.

– Ну да, – сказал Димка. – Откуда-то он взял ключи.

– Ключи можно раздобыть куда менее хлопотным способом. Знакомство с потенциальной жертвой – гиблая идея. Это значит почти наверняка подставиться. Девчонки обожают болтать о своих знакомых с подружками.

– У Нади одна подружка – Инна. С ней не раз беседовали и мы, и следователь.

– Надо использовать фору во времени, – сказал Бергман. – У следаков пока нет сомнений, что полицию вызвала Надежда. Но они могут появиться в любой момент. Ты вчера разговаривала с девушкой? – обратился он ко мне.

– Нет. Она отказалась со мной встретиться. – Против воли получилось так, точно я оправдываюсь. Бергман кивнул, словно соглашаясь, и продолжил:

– Если она где-то познакомилась с парнем, то это скорее всего в автошколе. Она ходила на курсы. Там довольно много молодых людей.

– И что? Всех проверять? – вздохнул Димка. – А если впустую?

– И такое может быть. Но в этом и состоит наша работа, за которую нам неплохо платят.

В следующие три дня работы у нас было даже слишком много. Мы проверяли всех, кто в одно время с Надей учился в автошколе, особое внимание уделив ее одногруппникам. В группе было двенадцать женщин и только пять мужчин, но поиски это совсем не облегчило. Сезон отпусков, народ разъехался кто куда, и нужные сведения мы собирали буквально по крупицам.