В когтях у хищника - Дороти Иден

— А кто же еще, — самодовольно призналась Генриетта. — Я сразу заявила, что следует поинтересоваться прошлым Айрис. Но куда там! Разве мой умный сын станет прислушиваться к своей матери? Вот я и подумала — не обратит ли он внимание на постороннего? Это вы надавили на него с этим письмом, мисс Фокс?

— Мне показалось, было бы разумно навести справки — принимая во внимание размеры наследства Майлдмеев, конечно.

Генриетта закивала головой:

— И вы обнаружили, что мисс Айрис Мэтьюз занимала в самолете скромную должность стюардессы. С ее-то амбициями! Теперь нам кое-что ясно. Но скажите, кто была та вторая женщин'? Вы сказали, что их было две.

— Вторая была компаньонкой мисс Майлдмей, мисс Рич. Вероятно, они многие годы путешествовали вместе и были неразлучны. Скорее всего, перед смертью Лауры Майлдмей мисс Рич тоже жила с ней в Окленде. Но что стало с ней после? Что?

Проницательные глаза мисс Фокс победоносно сверкнули. Впервые Генриетта молчала, озадаченно качая головой.

Мисс Фокс продолжала:

— Когда я услышала сегодня то сообщение по радио о потерявшейся женщине, не знаю почему, но я сказала себе: «Это непременно следует выяснить». Я почему-то чувствую, что эта потерявшаяся, которая, вероятно, не в себе и, наверное, в беспамятстве, бедняжка, не кто иная, как компаньонка Лауры Майлдмей. Мисс Рич.

— Невероятно! — прошептала Генриетта. Затем вскочила, дрожа от волнения. — Я знаю! Освещенное окно! Этот таинственный свет в нежилом крыле Хилтопа! Они держат ее там. И это именно она строит Антонии козни, потому что в своем умопомрачении завидует ей. Антония жива, а Лаура — нет. А может, у нее какое-нибудь опасное расстройство. Теперь мне все ясно!

Мисс Фокс, казалось, заразило волнение Генриетты.

— Но почему они ее прячут?

— Кому приятно держать в доме сумасшедшую. Возможно, они думали, что старуха испугает Антонию. Они нашли кого-то, кто за ней ухаживает, и решили, что умнее вообще ничего про нее не говорить.

— Все это очень правдоподобно, — задумчиво сказала мисс Фокс. — Но, возможно, мы и ошибаемся. Может быть, пропавшая женщина и не имеет к Хилтопу никакого отношения.

Генриетта нетерпеливо отмахнулась:

— Вам, как и Дугалу, подавай доказательства! Хотя некоторые вещи строятся на одной только интуиции. Пойдемте, я покажу вам окно, в котором обычно горит свет. Сначала я подумала, что в дом залезли грабители. — Ни на минуту не умолкая, миссис Конрой раздвинула шторы.

Вскрикнув от изумления, она схватила мисс Фокс за узкое плечо:

— Смотрите! — прошептала она. — В третьем окне снова горит свет!

Через несколько минут из кухни была вызвана Этель. Увидев, что Генриетта наводит на нее дробовик, служанка громко вскрикнула.

Генриетта отвела от нее дуло ружья:

— Извини, Этель! Я совсем не собиралась в тебя целиться. Честное слово, я не хотела тебя напугать. Я знаю, что оно заряжено. После смерти мужа я настояла на том, чтобы в доме было заряженное ружье. В жизни никогда не стреляла, но клянусь, если надо — сумею.

Этель молча открыла рот.

— Одевайся, — скомандовала Генриетта. — Мы идем в Хилтоп. На всякий случай я возьму с собой ружье. Мы должны быть готовы ко всему.

Пухлое лицо Этель побледнело. Казалось, еще немного — и она начнет умолять, чтобы ее не впутывали в эту авантюру. Однако привычка подчиняться властной Генриетте одержала верх. Этель робко ушла переобуваться, а Генриетта, накинув пальто и сияя от возбуждения, крикнула:

— Вперед, три мушкетера! В бой!

Только мисс Фокс оставалась здравомыслящей до последнего:

— Но что мы будем там делать? Не можем же мы требовать показать, что в той комнате! Они все равно заставят нас подождать и переведут того, кто там есть, в другое место.

Генриетта задумалась:

— Вы совершенно правы. — Она от чистого сердца рассмеялась. — И вряд ли я смогу появиться в дверях с этим дробовиком. Пожалуй, нам следует все сделать тайно. И только тайно. Мы можем заглянуть в окно.

Этель, которая как раз вернулась, слабо взвизгнула.

— Но окно может оказаться в тридцати футах от земли, — возразила мисс Фокс.

— Правильно. Поэтому мы захватим лестницу. Ну что ты смотришь на меня такими круглыми глазами, Этель? Пойди отопри сарай с инструментами. Уж три женщины как-нибудь смогут занести на холм лестницу. И побыстрей, а то вернется Дугал и все нам испортит.

Глава 21

В коридоре снова раздались шаги. Антония не могла ни пошевелиться, ни позвать на помощь. Она с ужасом смотрела, как дверная ручка повернулась, и дверь начала медленно открываться.

Затем послышался знакомый голос, и от обл егчения ей стало не так страшно.

— Ну что, Антония, затряслись поджилки?

Она радовалась, что это хотя бы не Дугал. Если бы каким-то невероятным образом ее запер Дугал, она молилась бы сейчас о смерти.

Девушка спокойно взглянула в бледное лицо Ральфа Билея с узкими блестящими глазами:

— Да нет, я совсем вас не боюсь. Я просто думаю, что вы ведете себя ужасно глупо. Ведь я могу рассказать Айрис и Саймону.

Растянув плоские губы в подобие улыбки, Ральф оскалил зубы:

— Если сможешь, дорогуша. И если они, конечно, станут слушать. По-моему, им будет не очень интересно. — Закрыв за собой дверь, он шагнул к ней. В его петлице краснела гвоздичка. Вечерний костюм подчеркивал его стройность. Однако узкое лицо с близко посаженными злобными глазками казалось Антонии отвратительным. Лицо смерти, вспомнилась ей избитая фраза. Как ни странно, теперь, когда она видела перед собой врага, она его уже не боялась.

— Вы прямо как Синяя Борода, — сказала она. — Женщин запираете. Кто это там внизу постоянно зовет Лауру? Она тоже под замком?

Билей нахмурился. Антония почувствовала, что он предпочел бы, чтобы она дрожала от страха. Вне всякого сомнения, он садист, если не хуже… По ее телу пробежала дрожь. Неужели он еще и убийца? Или скоро станет им?

— Кто этот человек, — ответил он, — не может вас больше интересовать. — Неожиданно он подался вперед. — А вы такая хорошенькая. Меньше всего мне хотелось бы вас убить. Почему вы меня не слушаетесь?

— Не слушаюсь? — холодно переспросила Антония.

— Не хотите выйти за меня замуж.

Она даже рассмеялась от изумления:

— Знаете, а у вас очень своеобразное чувство юмора. Хотите меня убить и тут же собираетесь на мне жениться. И все из-за каких-то денег! Так или иначе, но все-таки получить их. Вы ведь разделите их с Айрис? Похоже, вы имеете на нее влияние. А как же Саймон? Или он тоже занят в этом представлении?