В страну ледяного молчания - Леонид Муханов

Далеко, поднявшись над ледяной страной, высился огромный остров, покрытый бирюзовым покрывалом льда. Ледяной барьер преградил ледоколу путь.

Это было на 80°58′ норд и 90°33′ ост.

— Застрянем во льдах!

Капитан забеспокоился и бросил в машинное отделение:

— Стоп!..

— Полный назад!

Приказание исполнено. Корабль покинул льды и вековые торосы, направился на юг в Архангельск, закончив за два месяца задание, данное Арктическому институту на два года.

„…Седов вышел из льдов в обратный путь. Продолжаем вести научные работы, останавливаемся для них через каждые 30 миль (50 км). Свежий ветер. Освобожденный от груза ледокол сильно качает, тем не менее работа идет. Производим химический анализ морской воды с разных глубин и течений, определяем планктон (мельчайшие организмы воды). Тралом вытягиваем со дна целые горы причудливых морских звезд, разнообразнейших раковин, медуз, мелких рыб, — целый своеобразный мир раскрывается перед взором ученых. Идем к новой земле.

Нач. эксп. Шмидт“.

Мы летим в бунтующем океане…

Бои со льдами ушли в прошлое. Свирепое Карское море встретило нас штормом.

Мы летим в бунтующем океане.

Водяные горы обрушиваются на корабль, катятся по палубе, бьют по бортам и рассыпаются миллиардами холодных брызг. В темном трюме железные бочки с бензином перекатываются бильярдными шарами.

— Крепите!..

— Спасательные!…

— Шлюпки!…

Голос боцмана заглушается штормом. Волна бьет по круглым иллюминаторам кают-компании. Разбитая фаянсовая посуда звенит. По палубе кто-то идет, пошатываясь и напевая.

…В последний рейс,Моряк, плыви.Пой песню, пой…

Обогнув мыс Желания, „Седов“ вошел в Баренцово море.

Уже поздняя осень стояла в Арктике. На небе вечерами появлялась лучезарная арка в роде огромной сверкающей радуги. Сполохи зажигали темную синь небосклона отблесками пожара. Они сначала вспыхивали тонкими изумрудными лентами, потом распадались на огневые змейки, вившиеся вокруг пылающего столба полярного (северного) сияния. Белое море прошли в солнечную погоду.

Радостным румяным утром, капитан Воронин ввел корабль в широкую Двину. Он ходит в Арктике без лоцманов, не нужен лоцман и в родной реке.

Навстречу, заломив трубы, шли иностранные пароходы, груженые советским лесом.

Чижовка. Контрольный пункт.

— Стой, кто идет?…

— Ледокол „Георгий Седов“.

— Откуда?

— От ворот полюса!…

— Откуда??

— С края земли!!

— Откуда???

— С Земли Северной!!!

— Проходите…

Зеленые луга, стройные ели тянутся по обе стороны серебряной реки. На берегу люди. Как их много! Они замечают нас, машут руками.

— Лево на борт!

— Есть на борт!

Юркий катерок сделал крутой вираж, как говорят, „срезав нос“, и пошел рядом с ледоколом.

Его гудок, тоненький и звонкий, потом — второй и третий как-будто говорят:

— Добро пожаловать…

Простуженный бас „Седова“ отвечает с шипением, с придушенным кашлем и хрипом:

— Спа-си-бо…

Стена кораблей, пароходов, ледоколов, катеров, буксиров, расцвеченная приветственными флагами, загуторила сиренами, гудками.

И опять с трудом басит „Седов“.

Проходим Соломбалу, вот уже виднеется знакомая Красная пристань, запруженная народом.

Моторная лодка „Молния“ оторвалась от берега и пошла навстречу ледоколу. Стоящий посреди шлюпки человек в форменной фуражке весело кричит в рупор своих широких ладоней:

— К хо-ло-диль-ни-ку!…

— Ну, вот, из Арктики и снова на мороз! — не удержался и сострил чисто выбритый, при галстухе и в шляпе наш веселый кочегар Московский.

Вечером, когда город потонул в разливе электрических фонарей, Архангельский клуб водников был набит до отказа. Седовская экспедиция рапортовала о завершении задания правительства. Зал молчит. Толпа слушает. Говорит Шмидт.

— Экспедиция закончена. Собранный научный материал, представляющий всемирный интерес, рассортирован по исследовательским учреждениям. Далеко, на островах Сергея Каменева, в ледовом окружении, под красным флагом страны Советов началась подлинная героическая борьба советских зимовщиков за освоение Северной Земли….

Прибоем бьются аплодисменты.

„…Перемены мирового значения происходят на русском континенте, — пишет буржуазная газета „Тагебух“ (Берлин, 1 февраля 1932 года). — Первая пятилетка, выполняемая к концу 1932 года, дала громадные результаты. Контуры второй пятилетки подавляют. Они являются чем-то беспримерным в истории. В Арктике в тундрах вторая пятилетка предполагает разработать источники сырья, о наличии которых вряд ли знали когда-либо геологи…“

Газета „Тагебух“ права.

Легендарная Арктика гибнет. Полезные ископаемые, скрытые в грунте „вечной мерзлоты“, приобщаются на службу социалистическому хозяйству.

Геологами осваивается Земля Советская…

Стране „ледяного молчания“ наступает

КОНЕЦ

ПРИЛОЖЕНИЯ

ПЕРВЫЕ ВЕСТИ С ОСТРОВОВ С. С. КАМЕНЕВА СЕВЕРНОЙ ЗЕМЛИ (Радиограммы начальника Североземельского экспедиционного отряда, коммуниста-краснознаменца Г. А. Ушакова)

Живем одной жизнью с трудящимися Союза.

(Передано через радиостанцию Ленинградской секции коротких волн)

Остров Сергея Каменева. 26 сентября. Скоро уже месяц, как на островах Сергея Каменева, в виду Северной Земли, сойдя с ледокола „Седов“, остались четыре человека. Мои спутники — смелые люди, испытанные полярники, дружные товарищи. Имеем сорок две собаки, трехлетний запас продовольствия и снабжения. Наша задача — исследовать западный берег Северной Земли. На него не ступала нога человека. В ясные дни видим таинственные гигантские скалы, покрытые глетчерами и снегом. Зная обиженную природой „Чукотку“, „метельный“ Врангель, блестящую красавицу — Землю Франца-Иосифа, плачущую туманами Новую Землю, поражаемся суровости Северной Земли. Редко на несколько часов покажется солнце, небо всегда серо-свинцовое, только ночью, обычно на севере, видим узкую, словно ножом прорезанную щель, окрашенную багровой зарей.

Дни убывают, скоро солнце скроется на четыре месяца, и наступит полярная, по-эскимосски — „большая ночь“. Луна и полярные сияния будут единственными источниками света, поэтому торопимся использовать светлое время и пройти по льду северней, чтобы обследовать ближайший район и устроить депо продовольствия для будущих работ.

(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});