Близкие враги - Владимир Михайлович Мясоедов

поклониться чародею, и самостоятельно пронести фарфоровое блюдо оставшиеся полтора метра до пиршественного стола. Некоторые отряды еще вели преследование отступающих англичан, в городе то и дело звучали выстрелы, свидетельствующие о том, что был обнаружен еще один пытавшийся затеряться в трущобах вражеский солдат, сотнями умирали раненные с обоих сторон...Но правитель княжества повелел вот прямо сию минуту устроить торжественную вечеринку в честь победы. И если бы уже вставший к операционному столу Олег проигнорировал приглашение, то это определенно бы стало оскорблением влиятельного аристократа, с которым теперь невесть сколько времени придется сотрудничать.

— Передайте князю мою искреннюю благодарность, — вздохнул чародей, внимательно изучая предложенное кушанье, которому каким-то воистину мистическим образом все-таки нашлось место между покрывающих собою практически всю поверхность стола тарелочек, блюдечек, чаш, бокалов, соусников и прочей посуды, которой капитан «Тигрицы» и названия-то не знал. Впрочем в большинстве своем все было вкусно, хотя местами слишком остро или чрезмерно сдобрено пряностями...А вот вырезка из сердца птеродактиля не внушала ему особого доверия. Во-первых, она представляла из себя одни сплошные мышцы и даже на вид выглядела крайне жесткой. Во-вторых, Олег теперь несколько опасался найти в предложенном блюде кусочки принца Джириша, второго сына лорда Динеша. А в-третьих, от мяса даже после жарки слегка тянуло отчетливыми демоническими эманациями. Не то за ворозжденную популяцию птеродактилей следовало благодарить какого-нибудь проживающего в преисподней чернокнижника, на досуге балующегося палеонтологией, не то это были все-таки не ископаемые ящеры, а лишь похожие на них демонические существа, не то Земля и все её аналоги в мультивселенной когда-то входили в число нижних планов с характерной для них монструозной фауной, пока вследствие перенесенных космических катаклизмов не стала представлять из себя более-менее нейтральную реальность. — Или застольный этикет вашего княжества предусматривает в данном случае совершение еще каких-то действий?

— Поскольку вы не подданный князя, сражались вместе с ним в сегодняшнем бою и являетесь персоной, близкой к моему господину по своему положению, то этого будет вполне достаточно, — заверил с вежливой улыбкой переводчик, а после разразился длинной цветастой речью минуты на три, в которой Олег от лица которого якобы все это и говорилось не понял ни слова. Чародей вполне допускал, что русский тут знают не многие, пусть их лидер и обратился за помощью к императору Возрожденной Российской Империи. Но английский-то находившиеся долгие века под властью Лондона аристократы Индии не могли не знать..И пусть использование его было бы не патриотичным, особенно во время открытого восстания против власти Туманного Альбиона, но зато позволило бы хозяевам пиршественной залы и их гостям понимать друг друга.

Дворец не остался целым и невредимым во время минувшего сражения, пусть даже до штурма резиденции правителя дело все-таки не дошло. Однако огромный зал, где на специальном возвышении располагался трон из золота и серебра, украшенный драгоценными камнями и пятью парами торчащих в разные стороны полированных слоновьих бивней, все равно требовал ремонта, ибо по расписанному цветными фресками потолку разбежалась паутина трещин, а в одной из стен через узкий длинный пролом виднелся кусочек окружающей квартал знати зеленой стены. Капитан «Тигрицы» мог рассмотреть помещение во всех подробностях, поскольку отведенное ему место располагалось на том же возвышении, где восседал и сам князь. И за тем же столом, пусть не через одно место от владыки местной земли, и не через два. Но даже то, что между ним и обладателем самой энергетически насыщенной в помещении ауры, вполне сравнимым с кем-нибудь из учеников Саввы в ранге магистра, находилось всего три человека уже следовало считать знаком оказанной чести и большого доверия. Возможно кому-нибудь подобный успех и виделся мечтой всей жизни, но Олег обольщаться не спешил. Восток — дело тонкое...И коварное. Впрочем, в политике всегда лидируют наиболее подлые, расчетливые и беспринципные, о каком бы месте ни шла речь. Сегодня ты нужен властителю и пируешь с ним за одним столом, завтра тебе с улыбочкой преподнесут бокал отравленного вина, дабы поплакать крокодильими слезами над могилкой скончавшегося от внезапной болезни бывшего союзника или вообще внезапно отрубят голову, обвинив в каком-нибудь заговоре.

Сидящие за пиршественными столами индусы, являющиеся лидерами восстания или, по крайней мере, наиболее успешными воинами из тех, кто имелся в данном регионе и сражался против англичан, на взгляд Олега были подозрительно похожими друг на друга. Почти все из них являлись крупными и мускулистыми людьми, хотя он как-то ожидал, что обитатели данной части света будут обладать относительно худосочным телосложением. Почти все оказались одеты в относительно единообразные мундиры и доспехи, словно бы являющиеся униформой разных частей единой армии. Практически каждый, за исключением наиболее опытных и влиятельных магов, более-менее равномерно развивал два направления волшебства, оставивших на их энергетике достаточно отчетливый след, дабы даже капитан «Тигрицы», всегда полагавший себя плохим чтецом аур, мог увидеть признаки занятия друидизмом и какой-нибудь из трех стихий: воздух, огонь или земля. Сам владыка княжества Лакхаш, которого кстати звали совсем не Лакхаш, а Санджит Чатурведи Третий, был могуч, брутален и краснолиц. Рост под три метра, бицепсы размером с голову чародея, растрепанная черная шевелюра и напоминающие обувную щетку усищи дополнялись кожей примерно того же оттенка, который принимает панцирь вареных раков. Поначалу Олег заподозрил, что в жилах хозяина дворца течет немалая доля демонической крови, но внимательно присмотревшись, переменил свое решение. Сильнейший в округе чародей явно не отсиживался во время сражения в своей резиденции доказательством чего служил тот факт, что его голову кто-то ошпарил! Кисти рук мужчины заметно отличались по цвету от обваренного лица, и если целитель хоть чего-то понимал в физиологии одаренных, то раз князь еще не устранил полученные травмы сам или при помощи целителей, то пострадала не только его плоть, но и энергетика. А повреждения ауры, если не души, всегда причиняли дикую боль, которую даже самые лучшие медикаменты могли в лучшем случае лишь отчасти ослабить. Но Санджит, наверняка испытывающий прямо сейчас страдания от которых большинство людей будут орать и плакать без остановки до тех пор, пока не охрипнут, упорно делал вид, что все хорошо: пил в три горла, жрал не меньше, шутил над поверженными врагами и прославлял воинов, бившихся на его стороне. Ну, если переводчик все переводил правильно...Но скорее всего так и было, ибо когда тяжелые и сытные блюда на столах сменились легкими десертами, сигнализируя о скором окончании пира, то лестные слова князя и, в некоторых случаях, его приближенных, стали дополняться наградами, без которых не остался ни один из тех, кто оказался допущен в