Завещание чудака - Верн Жюль Габриэль

Следует, однако, прибавить, что Том Крабб, очень рекламируемый Джоном Мильнером, тоже привлекал к себе внимание многих держателей пари. Казалось вполне естественным, что такое колоссальное богатство достанется этому колоссальному животному. Случай любит подобные контрасты, или, лучше сказать, подобные сходства, и если он чужд привычкам, то, во всяком случае, у него бывают капризы, с которыми приходится считаться.

Что касается командора Уррикана, то в самом начале на всех биржах его акции стояли очень высоко. Первые полученные им девять очков, составленные из пяти и четырех, отправили его в пятьдесят третью клетку, и каким это было блестящим началом! Но, будучи отослан при втором метании в пятьдесят восьмую клетку, в Калифорнию, и вынужденный сызнова начинать партию, он лишился всех симпатий публики. К тому же знали, что он потерпел кораблекрушение около Ки-Уэста, что его переезд туда совершился при самых отвратительных условиях и что утром 23 мая он был еще без сознания. Неизвестно, будет ли он когда-нибудь в состоянии добраться до Долины Смерти и не был ли он мертв вдвойне — как человек и как партнер.

Оставался один только X. К. Z., и было серьезное основание предполагать, что ловкачи и хитрецы, у которых мозг устроен не так, как у других людей, и позволяет им заранее угадывать удачные удары игральных костей, остановят свое внимание именно на нем. Если же в этот момент его оставляли в покое, то потому, что не знали, отправился ли он уже в штат Висконсин или нет. Но этот вопрос должен был выясниться, как только он явится в почтовое бюро Милуоки за получением телеграммы.

И день этот был уже не за горами. Приближалось 27 мая, когда должен был произойти четырнадцатый тираж, в котором был заинтересован «Человек в маске». В этот день после метания игральных костей нотариус Торнброк пошлет ему телеграмму в почтовое бюро Милуоки, куда около полудня он должен будет явиться лично. Легко можно себе представить, какая толпа любопытных соберется в это бюро, людей, стремящихся увидеть, наконец, господина X. К. Z.! Если и не узнают его имени, то, по крайней мере, увидят его самого, и фотографические аппараты не замедлят сделать с него моментальные снимки, которые в этот же самый день будут напечатаны в газетах.

Кстати нужно заметить, что Вильям Гиппербон расположил различные штаты Союза на своей карте самым произвольным образом. Все эти штаты не были помещены ни в алфавитном, ни в географическом порядке. Вот почему штаты Флорида и Георгия, в действительности соседние, занимали один — двадцать восьмую клетку, другой — пятьдесят третью. Техас и Южная Каролина были помещены под номерами десятым и одиннадцатым, тогда как их разделяет расстояние в восемьсот или девятьсот миль. То же самое можно сказать и про все остальные. Такое распределение не было, конечно, результатом сознательного выбора, и возможно даже, что они были помещены завещателем в том порядке, какой им выпал по жребию.

Как бы то ни было, именно в штате Висконсин таинственный X. К. Z. должен был ждать телеграммы, извещающей его о результате второго тиража.

Что касается Лисси Вэг и Джовиты Фолей, то, приехав в Милуоки только 23 утром, они поспешили его покинуть, для того чтобы не встретиться там с седьмым партнером, когда тот явится в городское телеграфное бюро.

Наконец наступило 27 мая. Общее внимание сосредоточилось на этой таинственной личности, которая неизвестно по каким мотивам не желала объявить своего имени публике.

Вот почему в этот день зал Аудиториума не был так переполнен, как он мог бы быть: тысячи любопытных с утренним поездом отправились в Милуоки, где надеялись увидеть наконец в почтовой конторе этого таинственного X. К. Z.

В восемь часов нотариус Торнброк, по обыкновению очень торжественный, окруженный членами Клуба Чудаков, выбросил из футляра на стол игральные кости и при наступившем общем молчании громко произнес:

— Четырнадцатый тираж. Седьмой партнер. Десять очков, из четырех и шести.

Вот что означали эти выброшенные десять очков.

Так как X. К. Z. был в двадцать шестой клетке, штат Висконсин, то десять очков отослали бы его в тридцать шестую, если бы эти очки не должны были бы дублироваться, так как эта тридцать шестая клетка была занята штатом Иллинойс. В силу этого, неизвестному X. К. Z. нужно было, покинув штат Висконсин, отправиться в сорок шестую клетку, которая на карте Вильяма Гиппербона находилась в округе Колумбия.

Фортуна несомненно покровительствала этому таинственному партнеру! Первое метание костей послало его в штат, соседний с Иллинойсом, а второе — направило всего только на три штата дальше, через Индиану, Огайо и Западную Виргинию, в округ Колумбия, в его столицу Вашингтон, являющуюся в то же время столицей Соединенных штатов Америки. Какая разница между этими путешествиями и теми, которые выпали на долю его конкурентов, отсылаемых на самые окраины федеральной территории!

Разумеется, необходимо было держать пари именно на негo, которому так везет, если только он в действительности существовал.

И вот в это утро в Милуоки не осталось на этот счет никаких сомнений: незадолго до полудня толпа любопытных, находившихся внутри и вне почтового бюро, раздвинула свои ряды для того, чтобы пропустить человека среднего роста, крепко, пo-видимому, сложенного, с легкой проседью в бороде, с пенсне на носу. На нем был костюм путешественника, и он держал в руках небольшой чемодан.

— Есть у вас телеграмма для X. К. Z.? — спросил он почтового чиновника.

— Вот, получите, — ответил тот.

Тогда седьмой партнер, — так как это был именно он, — взял телеграмму, распечатал ее, прочел, снова сложил, положил в свой портфель и, не высказав никакого признака ни удовольствия, ни неудовольствия, вышел из бюро при полном молчании взволнованной публики.

Его наконец увидели, этого седьмого партнера! Он существовал! Это не продукт фантазии, он один из представителей человеческого рода! Но кто же он? Как его имя? Какое он занимает общественное положение? Каковы его качества? Этого никто не знал. Он явился тихо, бесшумно и так же тихо исчез!

Но все равно, раз он в назначенный день явился в Милуоки, то так же точно он в назначенный день явится и в Вашингтон. Для чего же нужно знать его социальное положение? Нельзя сомневаться в том, что он будет продолжать точно выполнять все условия, раз он выбран самим завещателем. К чему же тогда предпринимать те или другие шаги, чтобы узнать что-нибудь больше? Пусть каждый, не колеблясь, держит за него пари! Он сделается, невидимому, баловнем судьбы, так как, судя по первым полученным очкам, все говорит за то, что удача будет ему сопутствовать в течение всего путешествия.

В итоге вот каково было положение дел в этот день, 27 мая:

Макс Реаль 15 мая покинул Форт Рилей, штат Канзас, для того чтобы отправиться в двадцать восьмую клетку, штат Вайоминг.

Том Крабб 17 мая выехал из города Остина, штат Техас, в тридцать пятую клетку, штат Огайо.

Герман Титбюри, откупившись от наказания, покинул 19 мая город Кале, штат Мэн, чтобы направиться в четвертую клетку, штат Юта.

Гарри Кембэл 21 мая выехал из города Санта-Фе, штат Нью-Мексико, в двадцать вторую клетку, штат Южная Каролина.

Лисси Вэг 23 мая покинула город — Милуоки, штат Висконсин, для того чтобы отправиться в тридцать восьмую клетку, штат Кентукки.

Командор Уррикан, если он еще жив, — а надо надеяться, что он поправился, — получил сорок восемь часов тому назад, 25 мая, телеграмму, которая отправила его в пятьдесят восьмую клетку, штат Калифорния, откуда ему предстоит вернуться в Чикаго, для того чтобы начать всю партию сызнова.

И, наконец, X. К. Z. 28 мая был послан в сорок шестую клетку, в округ Колумбия.

Миру остается теперь только ждать дальнейших событий и результатов следующих тиражей, которые будут производиться каждые два дня.

Идея, выдвинутая газетой Трибуна, пользовалась большим успехом и была принята не только Америкой, но и всеми другими странами.