О чем молчит диктофон - Марина Серова

Полицейский автомобиль выехал с участка Ястребовых, следом вырулила машина «Скорой помощи». Когда автомобили покинули территорию поселка, Векшин распорядился включить сирену, и я некоторое время слушала постепенно удалявшийся вой. Постояв немного на крыльце, я медленно вернулась в холл. Там я застала Кирилла Ястребова, который молча сидел у стола, держа в руке фужер с коньяком. На другом конце диванчика примостилась Вика, боязливо поглядывавшая в сторону хмурого супруга.

– Ступай наверх, – негромко произнес Ястребов, и Виктория, ни слова не говоря, мгновенно повиновалась. Ястребов некоторое время молчал, уставившись в одну точку, затем медленно отпил немного коньяка.

– Хотите? – Он придвинул ко мне пустой фужер и собрался налить коньяка.

– Нет, благодарю вас, – отказалась я.

– А если в кофе? – осведомился Ястребов.

– В кофе можно.

Он налил мне кофе, который оказался на удивление горячим.

– Серебро, – пояснил неизвестно зачем Ястребов. – Обладает высокой теплопроводностью. Прекрасно сохраняет тепло.

Я добавила в чашку немного коньяка и принялась с удовольствием пить кофе.

– Вот скажите мне, Женя, – Ястребов поднял на меня усталые воспаленные глаза, – вы хоть что-нибудь понимаете?

На мгновение я почувствовала себя той самой умной собакой, которая абсолютно все понимает, но не имеет возможности сказать. Я промолчала, но Ястребов и не настаивал на продолжении беседы. Он явно был подавлен, сейчас ему стоило бы поспать часов десять.

– Странная вы женщина, Евгения, – произнес он задумчиво. – Я и представить не мог, что у моей… гм… жены могут быть такие подруги. Умная, сильная, бесстрашная… Ведь именно вам я обязан жизнью. Не будь вас, был бы я сейчас на месте бедного Славика, а может, и вовсе уже бы умер.

Он испытующе посмотрел на меня.

– И кстати, Виктория вам обязана своим освобождением из лап похитителя, – эту фразу Ястребов произнес каким-то странным издевательским тоном. – Во всяком случае, этот настырный майор именно так и заявил.

– Это мой знакомый, – холодно пояснила я. – И очень хороший человек.

– Не смею спорить, – отозвался Ястребов и снова сделал глоток.

– Вот что, Кирилл Борисович. – Я решила взять инициативу в свои руки, поняв, что эта аморфная неторопливая беседа явно затягивается. – Вам лучше пойти наверх и прилечь.

К моему удивлению, Ястребов с готовностью поднялся.

– Вы правы, Женя. Я, пожалуй, так и поступлю. – Он направился к лестнице, но, сделав несколько шагов, остановился. – Женя, позвольте обратиться к вам с небольшой просьбой.

– Я вас слушаю.

Ястребов замялся.

– Я буду у себя в кабинете. Вы, может быть, видели дверь в конце коридора, рядом с балконом?

Я кивнула.

– Если будут какие-нибудь новости, не сочтите за труд, разбудите меня. Я хочу быть в курсе всего этого…

Он беспомощно развел руками и вопросительно посмотрел на меня.

– Хорошо, нет проблем, – коротко ответила я.

– Ну вот и замечательно. – И Ястребов отправился на второй этаж.

Оставшись в одиночестве посреди огромного холла, я медленно огляделась. На полу, где недавно лежал Вячеслав, так и осталось громадное пятно крови. Странно, что нервная впечатлительная Виктория осталась здесь, чтобы выпить рюмку коньяка. Хотя она упомянула, что работала санитаркой, значит, видом крови ее не испугать. Вероятнее всего, Вика пыталась наладить отношения с мужем. Судя по всему, ей это пока не удалось. Я искренне желала ей успеха в этом плане, но, увы, у меня были серьезные сомнения на этот счет.

На столике громоздились тарелки с бутербродами и чашки. Я не собиралась все это убирать. В конце концов, в особняке есть хозяйка, пусть она и печется о том, чтобы все было в порядке.

Я решила последовать примеру Ястребова и тоже поднялась в отведенную мне комнату. Приняв душ, включила ноутбук и с наслаждением растянулась на кровати. Просмотрев сайты городских новостей, я не обнаружила ничего относящегося к нашим приключениям. Ни о какой перестрелке в доме известного предпринимателя в тарасовских СМИ не было ни единой строчки. Векшин свое дело знал. От просмотра местной прессы меня отвлек осторожный стук в дверь, и сразу вслед за ним, не дожидаясь моего ответа, вошла Вика. Вид у нее был испуганный, даже, пожалуй, какой-то жалкий.

– Можно я здесь посижу? – спросила она жалобным голосом.

Я молча кивнула.

– Что же теперь будет? – растерянно спросила Вика, усаживаясь на краешек кресла. – Так это все Вячеслав… Ты слышала, что он кричал про меня?

Еще бы! Я ведь стояла гораздо ближе.

– А Кирилл? Что он подумал? Он и говорить-то со мной не захотел. Ушел к себе в кабинет и закрылся.

– Может, он просто до сих пор злится из-за того, что ты устроила на той вечеринке? – предположила я. Подобное объяснение мне и самой показалось довольно шатким. Я подозревала, что Ястребов не перестает обдумывать то, что услышал от своего телохранителя перед тем, как тот попытался в него выстрелить.

– Как там оказался этот перстень? – испуганно таращилась на меня Вика. – Он что, тоже там был? Ты его видела?

Под «ним» Вика подразумевала телохранителя своего мужа. Я покачала головой.

– Нет, конечно, не видела. Иначе его сразу бы задержали, ты ведь это понимаешь.

– Да, наверное, – пробормотала девушка. – Хотя я вообще ничего не понимаю.

– Я считаю, что женщина, с которой ты встречалась, его сообщница, – высказала я свое предположение. – Больше пока мне сказать нечего. Будем надеяться, что Вячеславу окажут необходимую помощь, и он сможет прояснить ситуацию.

– Думаешь, он выживет? – Вика с сомнением посмотрела на меня. На этот счет у меня тоже были серьезные сомнения. Ответить моей клиентке мне было нечего, оставалось только ждать. Ведь диктофон до сих пор не найден, и где он – неизвестно. Так же как и деньги.

– Вот что, Вика, – деловито заговорила я, чтобы отвлечь свою клиентку от щекотливой темы. – Там внизу сейчас такой… Как бы это помягче выразиться…

У меня на языке вертелось весьма неприличное словцо для обозначения беспорядка, царящего в холле.

– Ты бы спустилась и прибралась, – продолжала я как ни в чем не бывало, делая вид, что не