Бордель: Призови мою боль (СИ) - "Lion_official"

- Ладно, я понял. - Сдался мужчина, поднимая руки вверх, - Между прочим, Гарри решил заделаться в модели!

Внезапно разговор развернулся абсолютно другим углом. Тереза чуть челюсть не отвесила, ведь было ясно, что сказанное - не шутка.

- Когда ты успел? - она свела брови на переносице и повернула голову к Гарри. Он был поражён, как всё быстро всплыло наружу.

- На днях мы подписали совместный контракт на несколько проектов.

- Это уже интересно!

Тогда Гарри и рассказал, как Алессандро предложил ему возможность создать свой парфюм, представить новую коллекцию и стать официально новым лицом линии. Насколько? Пока временные рамки ограничивались двумя годами, но решено было продлить, если всё пойдёт в гору. Конечно, Терезу взволновал вопрос, как Гарри будет выглядеть в экстравагантной одежде от Gucci. Особенно она напряглась, когда брюнет показал несколько готовых идей и образов на своём смартфоне. Пёстрое. Яркое. Классическое.

Прекрасный день за обедом плавно перетекал в ужин. Тереза знала, что ей уже пора ехать за Ханной, заняться делами по дому, которых накопилось полно. Но ещё минуту и ещё. Гарри после трапезы подвинул свой стул вплотную к ней, чтобы наконец насладиться компанией в полной мере. Хрупкая кисть опустилась в его волосы у самых корней. Недавно он их обстриг, возвращая прошлый имидж. У Терезы сразу в голове прокатилась волна воспоминаний. Так он больше походил на хладнокровного Стайлса, который искусно мучил её одним только взглядом. Ветер перемен. Он теперь аккуратен с ней, ступает осторожно и высчитывает каждый шаг.

- Когда ты уезжаешь? - решительно девушка коснулась той темы, которую они избегали всё это время. Легче было поверить в безграничное время и пространство их сказки.

- Через десять дней. Мы сначала отправляемся в Токио. И… - Гарри терпким прикосновением провёл от лопаток до поясницы, нащупывая две ямочки, - Я хочу, чтобы ты отправилась со мной. Это ведь твоя мечта.

Её взгляд задержался на его счастливых изумрудах. Неужели он так внимательно отнёсся к каждому разговору? Разговору про Японию и мечты уже, кажется, тысяча лет. Она в то время наивно полагала, что перед ней принц на белом коне. Обернулось всё по-другому. Всё изменилось, но не её подростковая любовь к нему. И всё же! Трудно было поверить, что он не забыл.

- Ты не обязан, - поджала губы и отвела взгляд, повернувшись всем телом.

- Обязан. Я хочу, чтобы каждая твоя мечта сбылась. И если я могу хоть как-то на это повлиять, просто терпи, потому что я не успокоюсь до её выполнения.

- Это называется чрезмерная забота! - посмотрела с укором в ответ, вновь вернув пронзительный взгляд серых глаз к его холодным и решительно настроенным изумрудам.

- Говорит тот, кто заботится о всех постоянно. - Фыркнул без негатива, как бы возвращая на круги своя разговор.

Она искренне не хотела портить идеальный момент, когда они остались вдвоём за столом. Алессандро отошёл на десять минут, чтобы проверить всё ли готово для отправления обратно. Что-то заставило её замолкнуть. Лёгкими прикосновениями мужчина возвращал спокойствие в атмосферу.

- Ты заботишься обо всех, стараешься уделить каждому внимание, и я прекрасно знаю, почему. - Стайлс нехотя заговорил. Меньше всего ему хотелось оставлять какие-то вопросы после. Лучше выложить всё на стол.

- Меня так воспитали… - необдуманно ляпнула, но он даже не услышал.

- Потому что ты не смогла спасти свою маму.

Повисла тишина. Опечаленные серые глаза опустились, взгляд застыл на бокале воды. Тема не станет однажды легко переносимой. Это каждодневный груз, который ей придётся нести всю жизнь, знать, что мама умерла от какой-то болезни. Лечение есть, но спохватилась она слишком поздно. Урок был выучен: нельзя терять и секунду, нельзя всегда думать только о своём эго, пока другому человеку нужна помощь. Но Тереза и не была той, кто пройдёт мимо протянутой руки, сделав вид, что не услышала призыв о помощи.

Она бескорыстно помогла Гарри, поставила его на путь выздоровления. Нет, ей не пришлось, к счастью, винить себя за безучастие. Она винила себя за отвлечение. Момент был утерян. Когда надо было ехать к матери, она поддалась самобичеванию и упустила момент. Для неё это сродни греху теперь, который никогда не искупить.

- Я виновата в том, что она умерла, в том, что выкинула последнее письмо, последнее слово или послание мамы. И никакие твои слова не загладят эту вину.

- Я и не пытаюсь ничего загладить, но ты из-за одной ошибки пытаешься поменять всю свою жизнь и быть той, кем ты не являешься.

- Нет, я подобным не занимаюсь! - слишком резко отреагировала.

- Ладно, - прочистил горло, не желая порождать конфликт. Он не к чему, - дома поговорим.

- Мне как раз пора, - всё ещё угрюмая, Тереза глянула на экран смартфона, - Ты допоздна?

Они встали из-за стола.

- Надо ещё обсудить парочку моментов, касающиеся более официальной части.

- Работа? - устало улыбнулась.

- Да, я ведь будущая модель! - он ёрничал в ответ.

- Хорошо, модель. - Тереза остановилась на выходе из беседки. Их пути разойдутся: Брайан уже ожидает с другой стороны холма, - Не задерживайся сильно, я хочу провести вечер совместно, договорились?

Внимательно и заботливо её руки потянулись к воротнику лёгкой хлопковой рубашки, она попыталась стереть еле заметное пятнышко. Его глаза в это время любовались её личиком без косметики. Веснушки, словно крошечные бусинки, осыпали нос.

- Договорились, - пробурчал, сжимая её в своих руках.

- До вечера, - Тереза легко чмокнула его сначала в щёку, а затем в губы, - Люблю тебя. - Слова произносились уже легче, потому что всегда был ответ.

- Люблю тебя.

Целую минуту он всего лишь смотрел, как Тереза удаляется к автомобилю. Брайан открыл ей дверь, как и следовало, усадил, а затем, качнув головой, скрылся из виду. Спокойно стало на душе: девушке не надо париться из-за комфорта или дискомфорта, теперь у неё есть всё, осталось только привнести в их жизнь гармонию и понимание.

- Тереза уже уехала? - Алессандро встретил подошедшего мужчину тёплой улыбкой, - Я надеялся, мы проведём с ней времени побольше.

- Она поехала к дочери, так как обещала с ней прогуляться перед сном.

- Это святое. Нарушать обещания, данные ребёнку, нельзя.

- Меня научила жизнь, что обещания, данные любимому и родному человеку, вообще нарушать нельзя.

- Ты бы мог с ней поехать, - учтиво отозвался.

- Я наоборот стараюсь их почаще оставлять наедине, чтобы и Тереза, и Ханна привыкали к компании друг друга. Это своего рода эксперименты.

- Думаю, Тереза любит детей.

- Да, но любит ли она их, как своих?

Любой родитель, который приводит в дом вторую половинку, надеется, что остальные члены семьи с ним поладят. Да, Гарднер с трепетом относилась к Ханне, особенно потому, что знала всю трагичность прошлого. Но вдруг со временем это уйдёт? Для него ведь Ханна всегда будет номером один, а для неё?

- Я смотрю, вы прям работаете над своими отношениями, доводя их до идеальности. - Алессандро решил отметить это вслух.

- Не люблю слово идеальность, хоть к ней и правда стремлюсь. Как и не люблю говорить о своих отношениях.

Ему итак сложно впускать психолога и тренера по трезвости в каждый уголок своего разума, что иногда хочется говорить о чём-то нейтральном. О погоде. Но, увы, не сейчас.

- Послушай, Гарри, знаю, что этот вопрос давно закрыт, но я всё же ещё раз хочу предложить… - насторожено произнёс итальянец, когда они остановились около пары лошадей, - Я видел несколько работ Терезы, эскизы, которыми она сегодня поделилась за столом, и рискну предложить снова. Пусть ставки повысятся. На кону теперь не место штатного работника, а моего ассистента.

Стайлс резко перевёл взгляд на мужчину. Дело было куда серьёзнее. И не потому, что касалось Терезы, а потому, что должность ассистента у Алессандро - это перспектива на зрелое, уверенное будущее. И всё же есть вопросы.